Возвращение (СИ) - Фарг Вадим

— И это всё, Ито-сан? — смеялся тот. — Ты меня расстраиваешь. Знаменитый охотник на монстров упал всего под несколькими ударами?

Ну уж нет, так дело не пойдёт.

В голове царил хаос. Я не мог собраться. Перед глазами плыли круги, а к горлу подступила тошнота.

Чёрт, да что же это такое? Даже в бою с Сидзаки было проще. Хотя, что удивительного? Кто такой купец по сравнению с капитаном Усао. Но сдаваться нельзя. Нет. Слишком далеко зашёл.

— Давай, поднимайся, мальчишка, — противник медленно подходил. — Иначе последний удар…

Я не позволил ему закончить фразу. Взмахнул здоровой рукой и ударил ему по стопе. Капитан вскрикнув от боли, подняв ушибленную ногу. Этого мгновения мне хватило, чтобы подпрыгнуть на месте, извернуться и ударить пятками по колену противника.

Усао завопил от боли, когда коленная чашечка вылетела из сустава. Его одежда тут же пропиталась кровью. Ван упал и покатился по камням, держась за рану.

Я же рухнул на спину и застонал от жара в больном плече. Мне казалось, что по венам заструилось пламя. Воздуха не хватало, я лежал, смотря на хмурое небо, раскрывая рот, как рыба, но никак не мог надышаться.

Рядом послышался шорох. Повернув голову, увидел, как Усао приподнялся и отползает от меня на руках, кривясь от агонии.

— Мы были братьями, мальчишка, — шипел он, смотря на меня. — И разработали нашу личную тактику боя — «Рассветная смерть».

Я попытался подняться, но стоило пошевелиться, как тело сковало. Лёгкие сжались и не желали впускать воздух. Уставившись на противника, постепенно понимал, о чём он говорит.

— Одному из нас следовало проколоть тело врага, хотя бы иглой. Это могло быть похоже на комариный укус. Второй же бил по этой точке несколько раз. Также несильно. Достаточно лёгкого дружеского хлопка, — продолжал усмехаться Усао. — Но наутро яд, что был на конце иглы, сковывал всё тело, и противник умирал. Никто бы и не понял отчего, ведь не остаётся никаких следов. Но чем больше яда и чем сильнее удары, тем раньше враг…

Горло свело спазмом. Меня тошнило, однако из-за нехватки воздуха, я не мог даже вызвать рвоту. Тело горело адским пламенем. Кровь бурлила с неимоверной силой, я чувствовал, как она давит на вены, как сочится из носа и ушей, но не мог сопротивляться, в бессилии скребя ногтями по камням.

— Тсукико…

Голос Эми раздался где-то вдалеке. Я понимал, что она стоит всего в нескольких шагах от меня, но звуки постепенно стихали. Тьма поглощала меня, готовилась принять в свои объятия.

Неужто проиграл? Вот так просто? Но я должен был победить, ведь Эми, Джиро…

— Человек.

Незнакомый грубый голос раздался из тьмы. Я попытался сконцентрироваться на нём, но ничего не вышло. Даже повернуть голову было выше моих сил.

— Человек! — на этот раз крик заставил меня вздрогнуть.

А в следующее мгновение передо мной появилась красная обезьянья морда с длинным носом.

Тэнгу!

Морда оскалилась, обнажив клыки. И через миг я рухнул на каменную дорожку. Тьма никуда не делась, но теперь я ощущал своё тело, а рядом… стоял тэнгу. Высокий монстр с дьявольским блеском в глазах.

— Человек! — вновь воскликнул он и ударил палкой.

Лицо обожгла боль. Я пошатнулся и сплюнул на камни кровь. Но следующий удар не заставил себя долго ждать. Тэнгу врезал по раненому плечу, тогда-то я и воскликнул от боли.

— Правильно! — красномордая обезьяна схватила меня за шею, крепко сжала и подняла. — Давай, человек! Кричи!

Но как? Мне не хватает воздуха!

— Кричи как можно громче!

Не могу, нечем дышать.

— Кричи!

Я раскрыл рот и выдавил из себя слабый хрип, держась за лохматую руку. Хотелось вырваться из цепкой хватки или ударить ногами, но те беспомощно болтались над землёй.

— Не подведи меня, человек! — тэнгу взмахнул мной, словно тряпичной куклой. — Кричи же!

Я снова захрипел. Но с каждой секундой хрип усиливался, пока не перешёл в откровенный крик. И в тот миг раскрыл глаза и увидел серое небо.

— Тсукико?! — голос Эми раздался совсем рядом.

Я кое-как перевернулся набок и посмотрел в ту сторону. Рыженькая тётушка всё ещё была в руках воинов и пыталась вырваться. Но всё было тщетно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ещё жив? — смеялся неподалёку Усао. — Это ненадолго. Мне остаётся только ждать.

— Смерти… — вырвалось у меня.

Ярость распирала меня изнутри. Погибнуть в таком простом бою, только потому, что меня надули Ватанабэ? Этому не бывать!

Я вновь закричал и опёрся на здоровую руку. Капитан удивлённо распахнул глаза. А когда мне удалось подняться на колени, быстро заговорил:

— Да как тебе это удаётся, щенок? Думаешь, что сможешь одолеть меня одним лишь усилием воли?!

Он тоже злился. Кровавый след тянулся от меня к противоположному центру арены, где и лежал противник. Но, поняв, что я скоро поднимусь, и сам попытался встать. Но стоило ему чуть наклониться на больную ногу, как ван воскликнул и снова рухнул на камни.

А тем временем я уже стоял на двух ногах и, шатаясь, медленно двинулся к нему.

— Упрямый ублюдок! — закричал Усао и пополз в сторону, кривясь от боли. — Сдохни уже!

— Нет, — пробормотал я и, закричав, бросился на врага, вложив в рывок остатки сил.

Капитан взмахнул здоровой ногой, но я оттолкнул её врезал по его разбитой коленке. Ван взвыл от боли. Я же рухнул на него, словно безвольный кусок мяса, выбив из противника воздух. Он ударил по больному плечу, но я уже давно его не чувствовал. Левая половина тела практически онемела. Усао схватил меня за лицо, целясь в глаза. Мне удалось извернуться и вцепиться зубами за его большой палец, прокусив до мяса.

Удар! Ещё удар!

Капитан бил меня по лицу свободным кулаком, однако уже ничто не могло заставить меня отступить. Понимание того, что умираю, придало сил. Меня ждала одна лишь участь, поэтому я желал продать свою жизнь, как можно дороже.

Здоровой рукой сжал горло противника. Тот захрипел и ещё раз ударил, попав мне в нос. Послышался хруст. Кровь брызнула фонтаном, испачкав даже зрителей. Боль и ярость затмили разум. Отклонившись назад, с размаху ударил врага по лицу. А потом ещё и ещё.

Я никуда не целился, просто бил, как получится. Кровь хлестала по сторонам, и я уже ничего не видел. Но, не прекращая кричать, сжимал горло вана. А через пару секунд пальцы порвали мягкую плоть. Ещё один удар головой, потом резко оттолкнулся от противника и рванул здоровую руку на себя.

По сторонам послышались крики. Я рухнул на спину, чувствуя в ладони нечто тёплое и… мерзкое. Приоткрыв один глаз, увидел в пальцах вырванную окровавленную трахею. И только тогда смог облегчённо вздохнуть, хотя в моём положении даже этого не получилось.

Вот и всё. Усао мёртв… как и я.

— Тсукико!

Крик Эми донёсся совсем рядом. Она подбежала ко мне и обхватила побитое тело. Очередной спазм свёл ноющие мышцы, но мне не удалось издать и звука, так как не осталось никаких сил.

— Тсукико, — шептала она, прижавшись к груди. — Зачем, зачем ты это сделал? Так не должно было произойти. Только не с тобой.

Эми… зачем так говоришь? Моё сердце, итак еле бьётся, а ты заставляешь его сжаться от скорби…

— В этом была лишь моя вина, — холодные капли стекали по её лицу и смешивались с моей кровью. — Я ударила Усао и должна понести наказание. Не ты. Ведь так будет справедливо, ведь так…

Она резко замолчала и вскинула голову. Сквозь щелку опухшего глаза заметил, как женщина озирается по сторонам. Что она ищет? Или кого? Эми взглянула на меня, и в её взгляде увидел решимость.

Что ты задумала? Пожалуйста, только не глупи. Я не ради этого бился с капитаном. Живи, Эми.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Канон, — одними губами произнесла она и бросилась в сторону, оставив меня на окровавленных камнях.

Богиня? Но при чём здесь она? И как… нет! Не вздумай!

— Эми… — прохрипел я и с протяжным стоном перевернулся набок, уставившись на неё. — Не надо…

Женщина копалась в моей сумке. А через несколько секунд выудила на свет бутылку в виде богини милосердия. Вот только я уже сильно сомневался, что она таковой является.