Освободительная кО/Ампания - Юлия Фирсанова

— Решать ее, — угрюмо отозвался Гал, хмуро наблюдая за Темным и Еленой, которая даже не думала пресекать такого вольного с ней обращения. Пальцы воина снова принялась оглаживать рукоять верного меча.

— Каким образом, убийца? Вызовешь меня на поединок? — четко отследив жест оборотня, неподдельно заинтересовался бог, предвкушая развлечение. — Если так, то я готов. Мой меч Мрак всегда под рукой.

И действительно на секунду на поясе Темного сверкнули невидимые прежде ножны, в которых покоился черный, как сама Тьма, клинок, излучавший ощущение смертоносной опасности и могильного холода.

— Никаких дуэлей! — громко возмутилась Элька. — Это нецивилизованный способ выхода из конфликтной ситуации. Нам с тобой делить нечего. Именно поэтому Совет Богов и обзавелся посланниками — своего рода независимыми арбитрами, чтобы обеспечить беспристрастность принимаемых решения и их справедливость!

— Беспристрастность? — недоверчиво хмыкнул Темный. — Да ведь твой воинственный спутник жаждет моей смерти, маленькая колдунья.

— Прекрати лапать мою…, - Гал замешкался на сотую долю секунды, но бог уцепился за эту невольную паузу и с едкой иронией перебил воина:

— Твою кого, дракончик? Жену, невесту, возлюбленную, дочь или сестру?

— Мою ученицу, — мгновенно нашелся Эсгал, сузив зеленые глаза. Вертикальные зрачки стали острыми, как иголки. — Ты одурманиваешь ее рассудок! Прекрати! Меня злит именно это. Что же касается Алторана, пусть ты несешь зло и тьму, но во многих своих бедах даны виновны сами.

— Хм, а ты и, правда, пытаешься судить здраво, воин Света, — признал Темный и в том, как он именовал Эсгала, было больше названия профессии, чем издевки.

— Я не воин его, больше нет, право утрачено, — покачал головой Гал. — Но будь иначе, мы уже сошлись бы с тобой в поединке и бились до смерти.

— Твоей, — почти вежливо подсказал бог, впрочем, настолько увлекшийся беседой, что перестал провоцировать оборотня поглаживанием девичьих волос.

— Возможно, — даже не стал спорить Эсгал, признавая силу противника.

— Так что вы предлагаете, посланцы, и какими полномочиями обладаете? — встав, деловито поинтересовался Властелин Беспорядка, пряча, как внезапно показалось Елене, под этой деловитостью и усталость загнанного зверя, и слабый проблеск надежды.

— Свободу в обмен на некоторые обязательства с вашей стороны, — ответил сразу и по существу Лукас и никто из команды возражать не стал.

— Обязательства? — зловеще переспросил Темный, вновь мгновенно завернувшись в плащ недоверия. — Ты считаешь, демоненок, что я должен тебе что-то пообещать и сдержать слово? Не слишком ли много ты на себя берешь, ничтожный колдунишка?

— Заперт-то ты, а не он, — откровенно намекнула Элька.

Бог стремительно развернулся к дерзкой девице и, сжав ее мягкие волосы в кулак, запрокинул юной колдунье голову и прошипел:

— Но ваши жизни сейчас в моей власти, детка!

— Ну убьешь, и что будешь делать в свой тюрьме еще несколько веков с нашим трупами? Вспоминать об упущенной возможности обрести свободу? — с искренним любопытством спросила Елена, зато Мыша вцепилась коготками в запястье и расправила крылья, приготовившись ринуться на врага. (Куда только подевалась робость!). — Вот уж не думала, что боги такие идиоты. Это что закон компенсации такой: чем больше могущество, тем ниже интеллект? Нелогично получается.

Темный отпустил свою жертву раньше, чем Гал со своим мечом ринулся на помощь, дабы вступить пусть в безнадежный, но решительный бой. Удивленно покачав головой, бог спросил, не столько Эльку, сколько пространство вокруг:

— Демоненок и оборотень боятся меня, их страх скрыт тщательно, и, тем не менее, я чую его, — пленник Узилища повел в воздухе рукой, словно подхватывал пальцами некие невидимые эманации. — Они боятся, но не ты. Где только тебя такую разыскали, девочка? Неужели ты вообще ничего на свете не боишься?

— На этом? Ничего! — сверкнула полная искренней симпатии улыбка бесшабашной Эльки. — Так мы будем договариваться?

— Вот демоны, еще немного и этот гад у нее из рук есть будет. Чего только они в ней такого привлекательного находят? — удивился Рэнд, имея в виду расположение к Елене небезызвестного Господина Ильдавура, множества менее могущественных злодеев и теперь вот Темного божества. — Нет, конечно, Элька симпатичная девчонка, но…, - вор замялся, не зная, как продолжить, как объяснить свое недоумение.

— Они видят свет ее яркой души, — с печальной полуулыбкой ответила Мирей, объясняя то, что видела своим пророческим внутренним зрением. — И этот свет не отторгает их. Эльке нравится общаться с принадлежащими Тьме, но сама она стоит по другую сторону извечного барьера. Именно далекая, но никогда не умирающая окончательно тоска по Свету, принимающему и прощающему влечет к ней Преданных Мраку…

— Это так романтично, — украдкой прошептал Макс, и почем-то заморгал несколько чаще, чем обычно.

— Что ж, — Темный долго смотрел в серо-голубые глаза Эльки, словно искал и нашел в них ответ на часть вопросов Вселенной, и потом кивнул, — давайте заключим сделку. Что вы желаете для себя в обмен на мою свободу? Говори, маг, какова цена?

— Для себя? Ничего, — с достоинством ответил Лукас, глядя прямо и гордо. Сейчас он говорил не за себя, а от лица всей команды, и не желал выказать даже намека на страх, таящийся в душе, страх, с такой легкостью уловленный темным божеством. — Нас заботит будущее Алторана и ваши действия в этом мире после обретения свободы. Именно относительно вашего поведения на Алторане мы хотели бы получить некоторые гарантии, в противном случае у нас на руках будет недостаточно аргументов, чтобы убеждать данов в необходимости снятия Заклятия Печатей.

— Гарантии для мира? — переспросил Темный, весьма удивленный нестандартной немеркантильностью постановки вопроса.

— Именно, — еще раз энергично подтвердил маг. — Сразу после снятия заклятья вы откроете данам доступ к Источнику Арродрима, соберете разлитые по всему Алторану эманации своей силы, материализующиеся в чудовищ, и покинете мир, отправившись в иные, не испытывавшиеся на себе вашего влияния все эти столетия. А на Алторан вновь придете лишь тогда, когда Твердыня Зад Си Дан обретет былое могущество, дабы иметь силы сопротивляться вашему воздействию. Пока магам хватит борьбы с вашими последователями, набравшими немалую силу. Только так будет соблюдено необходимое равновесие.

— И как вы собираетесь обязать меня исполнить свою часть сделки? Что стоит мне сейчас согласиться, а потом уничтожить мир, столь долго бывший тюрьмой? — играя на нервах созданий, осмелившихся ставить ему условия, коварно поинтересовался бог, скрестив на груди руки, тонкие пальцы его перебирали странный материал алого одеяния.