Загадка Александра Македонского - Неля Гульчук

Халдей выбрал правильный путь к сердцу молодого царя маленькой неизвестной страны, которого сама жизнь назначила сокрушать прогнившие государства и заводить в них новые порядки.

Более двух тысяч вельмож и военачальников сидели за пиршественными столами и слушали по велению царя македонского песнь о Гильгамеше.

Меж столов стояли изукрашенные цветами чаны, откуда рабы без устали черпали ковшами вино, наливая его в кубки гостей.

Едва халдей закончил пение, снова был произнесен тост во славу нового царя царей, одержавшего победу над персами, во славу и честь Александра, царя македонского.

VIII

Впервые за несколько дней Птолемей очнулся и застонал от дикой, ослепляющей боли в раненой голове. Кто-то дотронулся до его плеча и сказал тихим голосом:

– Кажется, приходит в себя… Схожу приготовлю ему лекарства…

Другой голос обратился, вероятно, к нему:

– Ты слышишь? Все в порядке, не двигайся.

Птолемей приоткрыл глаза и снова закрыл от резкой боли. Если не двигаться, то боль затихала. Вздохнув, он услышал собственный стон и снова попытался приоткрыть глаза. Он удивился, что лежит в роскошных покоях, похожих на дворцовые. Его затуманенный взгляд блуждал по стенам, отделанным красным деревом и украшенным барельефами, высеченными на черном граните. Воздух в комнате был напоен сладким ароматом нарда.

«Неужели я в плену у персов?» – содрогнулся Птолемей и снова застонал.

Неожиданно к нему приблизилось чье-то лицо: черные волосы, прямой нос, пронзительные глаза.

– Клит? – с облегчением выдохнул он.

– Да, Птолемей. Это я.

– Мы в плену?.. У персов?..

– Нет.

– Тогда где?

Широкая улыбка озарила лицо Клита:

– В Вавилоне!.. Во дворце одного из персидских вельмож, который теперь по праву принадлежит тебе.

– Значит, мы победили… Кровавая была победа…

– Да, мы победили, а город городов открыл ворота перед победителями без битвы и осады… Тебе повезло, ты остался в живых…

– А Гефестион? – сердце Птолемея тревожно сжалось.

– И он жив, Птолемей. Опасность миновала, – успокоил друга Клит, заметив страх в его глазах.

– Да, но… я сам видел, как его ранили, он упал с коня под копыта персидских лошадей…

– Скоро мы все встретимся за пиршественным столом. Александр ждет тебя и Гефестиона, каждый день справляется о вашем здоровье…

– Слава богам! А где сейчас Гефестион?

– В своем дворце. Александр щедро одарил всех своих сподвижников и воинов. Ведь ему досталась сокровищница Дария. Мы все теперь сказочно богаты.

– А где мои воины?

– Воинам царь предоставил отдых, чтобы залечить раны, избавиться от недугов. Больных было больше, чем раненых. А главное, насладиться жизнью, ведь Вавилон – город греха. Здесь много красивых женщин. Выздоравливай скорее. Царю достался огромный гарем.

Птолемей попытался улыбнуться, но тут же сжал зубы от боли. Он ощупал тело, – руки и ноги оказались целы. На лбу выступили капли пота. И снова Птолемей ощутил смертельную усталость.

– Сейчас я позову Филиппа. Он быстро поставит тебя на ноги, – заметив состояние друга, поспешил сказать Клит.

Клит тут же приказал стоящему у входа рабу срочно позвать лекаря.

– Подожди, – окликнул друга Птолемей, – а сколько времени прошло?

– Ты был ранен семь дней назад, незадолго до окончания сражения. Парменион оказался в окружении, если бы Александр не подоспел вовремя, неизвестно, что бы случилось со всеми нами…

От болезненного биения в голове Птолемей снова застонал. Ему вдруг показалось, что жизнь оставляет его. Более того, он не мог избавиться от ощущения, что в лицо ему веет дыхание царства теней.

– Что с ним? – обеспокоенно спросил вбежавший лекарь.

Птолемей тяжело дышал и молчал. Филипп дал ему успокоительных снадобий, которые должны были облегчить боль и помочь заснуть.

Несмотря на резкую боль, Птолемей быстро погрузился в сон. Ему приснилась Таида…

Уютно устроившись в дорогой крытой повозке, которую ей удалось нанять у богатого купца большого каравана, Таида в смятении и тревоге приближалась к Вавилону.

Что ждет ее впереди? Удастся ли ей снова встретиться с Александром, о ближайшей коронации которого она узнала в дороге? Как встретит ее Птолемей, которому она должна срочно сообщить о готовящемся на Александра заговоре? Не следят ли уже за ней сторонники Персея? Эти вопросы будоражили ее, заставляя содрогаться от страха.

Но мысли о миссии, возложенной на нее жрицей Панаей, возвращали ей уверенность в свои силы. Таида решила, что, как только все определится, она направит Панае подробное письмо, а также пошлет приглашение Иоле с просьбой срочно приехать. Всю дорогу она думала об Иоле и скучала без нее.

У главных ворот города стража остановила повозку с Таидой и ее рабами и потребовала разрешения на въезд в город.

Таида сначала растерялась, но, заметив вдали военный отряд в доспехах македонских воинов, обрадовалась и решила подождать, чтобы въехать в город вместе с македонцами и разузнать, где можно разыскать Птолемея.

Впереди отряда скакал военачальник с несколькими воинами, следом за ними вооруженные всадники. Македонцы объезжали крепостные стены города, проверяя надежность охраны городских ворот.

Возглавлявший македонский отряд военачальник обратил внимание на дорогую повозку и поинтересовался у стражи, что случилось.

– Да вот, – объяснил стражник, – гостья из Афин без разрешения хочет попасть в город.

Занавески раздвинулись, и в полном блеске своей красоты перед военачальником предстала Таида.

– Меня никто не предупреждал, что надо иметь разрешение на въезд в город.

– Таида! Это же Таида! – воскликнул военачальник. – Что привело тебя в Вавилон?

В военачальнике Таида узнала Кратера, одного из приближенных царя.

– Рада встрече с тобой, Кратер, – приветствовала она его. – У меня есть важные новости из Афин для Птолемея.

– Доблестный Птолемей с нетерпением ждет их, – рассмеялся Кратер. – Уверен, что твое сообщение быстро вернет его к жизни.

– Он ранен? – прошептала Таида, неожиданно потеряв дар речи.

В эту минуту ей показалось, что она попала во власть опустошительного урагана.

– Не волнуйся, Таида, вчера он пришел в себя. Я велю проводить тебя в его дворец.

Она кивнула все еще не в состоянии свыкнуться с мыслью, что Птолемей ранен.

Двадцати всадникам Кратер наказал сопровождать Таиду во дворец к Птолемею.

Распахнулись ворота, и повозка с Таидой устремилась в город.

Это был добрый знак! Она не сомневалась, что Птолемей будет жить. Наконец-то близок берег, долгожданный берег после угроз Персея, после долгого плавания среди невзгод и потрясений.

Птолемею снова и снова снилась Таида.

Ее юное лицо было совсем рядом. Ее щека коснулась его щеки. Он крепко обнял ее. Его губы слились с ее губами. Дыхание у него перехватило. Он терял рассудок и летел в какую-то пропасть.

Он снова привлек ее к себе. Еще никогда, держа в объятиях женщину, он не чувствовал такого жара в крови и такого блаженства. От сознания этого он опять стремительно полетел в бездну. И горячо, в бреду бормотал:

– Ты лучшая из тысяч, десятка тысяч, из сотен тысяч женщин.

Именно в Таиде он надеялся найти близкое существо. Ему так недоставало сейчас женского тепла. Хотелось приникнуть к ее ногам и обнять без ненужных слов, только бы найти в ней покой, в котором он больше всего нуждался сейчас.

– Я хочу, чтобы ты была только моей, чтобы ты была всегда рядом.

– Я рядом, рядом с тобой, Птолемей! – ясно и отчетливо услышал он голос Таиды.

Он почувствовал, что на щеку ему упала слеза. И снова услышал голос Таиды:

– О Птолемей, очнись! Ты должен жить.

И тут он открыл глаза и слабым, но ясным голосом произнес:

– Таида! Значит, я жив? И ты рядом?..

Она вскрикнула от радости. Ее залитое слезами лицо засияло и сделалось еще прекраснее.

– Тебе нельзя говорить, Птолемей! Тебе нужен покой!

– Я, кажется, родился заново…

Она присела на скамью, стоящую у ложа Птолемея, и опустила ему на лоб прохладную ладонь, шепча:

– Спи! Спи!..

Когда Птолемей снова пробудился, Таида по-прежнему была около него, а всю комнату заливал солнечный свет.

– Таида, – шепотом позвал он ее, – я спал?

– Да, Птолемей, а сейчас уже день, и ты пробудился.

– И все эти долгие часы ты провела здесь, возле меня?

– Я прибыла в Вавилон два дня назад. И эти два дня я была с тобой.

– Ты, наверно, измучилась? Тебе нужен отдых!

– Нет, пока ты не встанешь на ноги, я не уйду от тебя ни на шаг.

Она, такая прекрасная, была совсем близко, а он в своей слабости даже не мог обнять ее и поцеловать.

Неожиданно за много дней Птолемей почувствовал сильный голод.

Таида сама принесла ему еду, и он тут же все съел.

– Мы победили!.. И я не умер!.. – с облегчением воскликнул он. – Расскажи мне про Вавилон!