Сага о Ласке Сэме и его друзьях - Владислав Григорьянц

- Весело здесь проводят время... - замети Рутти.

- Ага. - спокойно ответил Герб.

Сэм не имел возможности наблюдать за короткой схваткой. Он был в комнатах наверху. Нет, нет, он не развлекался ни на девице, ни под девицей, он вообще не развлекался. Командир Доу ждал его как раз в такой комнате. В отличии от общего зала, в покоях Толстушки Поли было спокойно и можно было оговорить открыто, не опасаясь, что тебя подслушают. Поли и Гармс были многим обязаны командиру Доу, к тому же, они были людьми благодарными. Так что сейчас Доу пользовался их гостеприимством без всякого зазрения совести.

- Ну что, командир Ласка, со счастливым прибытием!

- Благодарю, Командир Доу. Твой план был великолепен.

- Как и ваше исполнение.

- Ладно расспаться в комплиментах, мы не девицы на выданье. Лучше к делу. Что-то есть интересное?

- Самое интересное в том, что ничего интересного нет.

- И что это означает, по-твоему?

- Что он в лапах Таракана.

- Граф Альвар ль'Тобрук, шеф вашей тайной полиции, разведки, контр-разведки и прочая, прочая, прочая?

- А вы хорошо осведомлены в местном... фольклоре... Именно Тобрук. Скорее всего, граф еще и агент императора Нартау Первого, хотя это скрывается тщательнее всего.

- У нас есть подходы к его ведомству?

- Граф решительно не держит возле себя местных, только уроженцы Нартау или Пегерима. А эти будут молчать в любом случае.

- Но местные есть среди обслуги, стражи, в конце-концов, среди торговцев и поставщиков. Кто-то что-то да узнает...

- Шерстим. Мои возможности столице... несколько стеснены, но все, что возможно, делается. Я даже заплатил кое что клану воров. За нужную информацию.

- Если это сработает, получишь втройне.

- Пока нет необходимости: аванса хватает.

Сэм подумал, вытащил кошель с золотыми монетами. На глаз, не меньше двухсот золонов.

- Возьми. Если надо, удваивай ставки. Сведения нужны как можно скорее.

- Сделаем в лучшем виде. Можете приглашать товарищей. Девочки давно готовы.

Как только появились Герб и Рутти, в комнату запорхнули и девочки. Из девочек пришли, наверное, действительно самые лучшие. Магор, уроженка Акавирры, с темно-шоколадной кожей и двумя кружками полудрагоценных камней, искусно впаянные местными мастерами прямо в кожу около сосков. Камни ярко блестели, оттеняя особую нежную шелковистость шоколадной кожи. Магор имела большие глаза исключительного сиреневого цвета - такими глазами отличались только коренные жительницы Аквирры, длинные черные волосы, сниспадающий почти до нижнего края лопаток. Одета она была тоже в традиционную для аквиррок одежду: прозрачные штаны из тонкой материи, под которыми ничего более не было и широкий пояс из серебряных монет. Гибкая, стройная, это была настоящая кошка-искусительница, опасный вызов, который бросает женщина мужчине в постели. Она умела и мурлыкать, но только предварительно выпустив когти. Лакрит была мягкой, довольно полноватой девушкой с копной рыжих волос и россыпью смешных веснушек на круглом лице. Она была веселой хохотушкой, простой, свойской, такие были всегда наперстницами, подружками, советницами холодных высокородных дам. Она была красива. Той красотой, которую дарит женщина молодость. Но не только: плавные линии плеча, круглые коленки и крепкие бедра могли лишить сна не одного настоящего мужчину, а белизна ее кожи была такой ослепляющей, что вряд ли нашелся бы художник, умеющий передавать такой чистый белый цвет. Она не была вызовом, она была наградой. Лакрит - типичная крестьянка, и в тоже время квинтэссенция женственного, она была совеобразной вершиной патриархального стиля в своей работе. Олера - это порок. Олера, по внешнему виду - благородная особа, пресыщенная жизнью и занимающаяся развлечением мужчин только потому, что это ее саму забавляет. Тонкие черты лица, холодный и презрительный взгляд, тонкие цигареллы с курительным зельем, которые курят столь изящно, что даже дым не мешает беседе. Она не очаровательница, Олера - покорительница. Ее игры - это игры на смеси страсти, унижения, боли, разочарования, страха быть отвергнутым. Олера забавлялась с мужчинами, но только до той непонятной черты, до которой они ее забавляли.

Странно?

Да ничего странного нет. Матушка Гармс содержала бордель самого высокого пошиба, бордель, класса семь звезд - не менее. Тут, в "Ристалище богинь" были свои особые правила. И именно эти правила привлекали сюда избранную публику. Каждый, кто приходил сюда, получал то, что хотел получить НА САМОМ ДЕЛЕ. Матушка Гармс владела кое-какими приемами из арсенала Великого Искусства Любви. Она точно знала, кому и что надо получить на самом деле. Девицы в ее заведении не были безропотными машинами, они могли отказаться от любого клиента, и их ни к чему не принуждали. Но получить работу у матушки Гармс могли далеко не всякие девушки, а только обладающие особенными данными. Конечно, для бизнеса главное не только то, какой товар тут предлагают, но и то, как предлагают товар и как его рекламируют. И в этом матушка Гармс превзошла сама себя. О ее заведении знали все мужчины в Магеллоне и многеи за его пределами. Даже быть отвергнутым всеми девицами (а таких клиентов было не мало) уже означало получить подтверждение совим мужским достоинствам. А получить кого-то из девиц!

Свирепая матросня на первом этаже служила прекрасной естественной охраной заведению, в которое клиенты попадали по тайной винтовой леснице, не заходя в таверну. Но перед тем, как попасть в святая святых заведения - комнату приема гостей, они проходили своеобразный кастинг. Матушка Гармс лично проводила фейс-контроль и сразу отсеивала большую половину желающих.

Сейчас в этой комнате находились трое молодых мужчин, по выговору северян, а напротив них сидели три самые прекрасные дамы заведения матушки Гармс. Тут выбирали девушки. Не правда ли, оригинально?

Тут матушка Гармс оказалась на высоте. Первой выбор сделала Олера. Она подошла к Гербу и выпустила облако дыма в его лицо. Герб не закашлялся и не отвел взгляд. Олера взяла юношу за руку, и они ушли в ее апартаменты. Почти сразу за Олерой двинулась Лакрит. Она не мигая смотрела на Рутти, который все больше краснел, становясь пунцовым почти до кончиков ушей. Чтобы не затягивать паузу девушка просто протянула Рутти открытую ладонь, движением, достойным королевы. Дольше всех колебалась Магор. Она подходила к Сэму, потом отходила от юноши, длала круг по комнате и снова подходила к нему. Наконец она присела к креслу, в котором сидел Сэм и положила открытую ладонь юноше на бедро.

Он лежал на спине и смотрел в потолок. Магор, свернувшись клубочком, крепко спала у юноши на плече. Она спала крепко, утомленная любовной битвой. Девушка иногда чуть шевелилась, чуть терлась о кожу мужчины своей кожей, тогда Сэм чувствовал, как нежно царапаются драгоценные камни. Всего несколько дней назад он расстался с девушкой, которую любил. Казалось, их расставание наполнит сердце юноши тоской и непередаваемой мукой.... И ничего. Расстались и расстались. Да, было какое-то щемящее чувство того, что что-то важное произошло в жизни и не вернется. Были клятвы, что он не обнимет больше ни одной девушки, клятвы, данные себе самому, а потому с такой легкостью смятые и выброшенные. Кто она? Искусный обман? Увлечение? Глупости... Кто ты Магор и почему ты так быстро вытеснила ту, чье имя я никогда не забуду. Кстати, как ее звали? Все таки я неисправимый киник. И это, наверное, правильно. Сэм немного потянулся, голова девушки чутьсдвинулась, но очень быстро Магор пристроилась на плече так же удобно, как и ранее и тут Сэм, понявший, наконец, что ничего в жизни не произошло, успокоенный, заснул. Когда он проснулся мАогр рядом не было. А вот волшебство непонятного свойства - осталось.