Комдив - Александр Айзенберг

-Переведите его куда с повышением товарищ Василевский, он тоже хорошо себя показал в прошедших боях.

-Будет сделано товарищ Сталин.

На этом Сталин удалился с совещания, по его мнению Прохоров за это время вполне набрался необходимого опыта, да и имя себе в войсках тоже сделал, так что теперь ни кто не назовёт его выскочкой за генеральское звание. А ещё через полгода пожалуй вполне можно будет поставить его командовать 4-ой гвардейской армией. Пока он ещё ни разу его не разочаровал.

Получив одобрение Ватутина и переночевав в штабе армии, на утро мы двинулись назад к себе, обратный путь тоже прошёл без сюрпризов, а прибыв к себе принялись за подготовку к новому рейду и через день, когда подготовились, выступили. В первой части моего нового плана мы должны были вдоль побережья Азовского моря с боями пройти до Крымского перешейка, после чего по возможности оттеснив немцев, полностью его занять, тем самым полностью отрезав армию Манштейна в Крыму. Так-то до освобождения Крыма еще почти год, ну может немного поменьше, а если у меня всё получится, то произойдет это значительно раньше.

В нашей истории освобождение Крыма от немецких оккупантов произошло весной 1944 года, во время проведения Крымской наступательной операции с 8 апреля, по 12 мая 1944 года.

Не смотря на то, что немцы уже успели придти в себя и выстроить оборону по новым рубежам, но сдержать наш натиск они не смогли, всё же мы били на достаточно небольшом участке фронта, что позволяло нам сконцентрировать там значительные силы бронетехники и артиллерии. До Бердянска мы дошли за день, но там пришлось задержаться почти на два дня, пока мы не зачистили город полностью. За то время, пока мы тут прибирались к нам подошли части Воронежского фронта, так что мы оставили освобожденный город на них и двинулись дальше. Следующим на очереди был Мелитополь и до него мы прорывались полтора дня, после чего пришлось брать его в планомерную осаду, так как противник нас ждал и с ходу его было не взять, да и время шло уже к вечеру. Отбросив немцев от города, мы окружили укрепившихся там противников и с утра приступили к штурму. Снова первыми шли тяжёлые штурмовые самоходки и танки, и пускай у КВ-3 калибр орудия был поменьше, чем у тяжёлых самоходок, но и его вполне хватало для городских боёв. Как только обнаруживалась огневая точка, как сразу самоходка или танк её уничтожали, а кроме того в этом активное участие приняли и бронетранспортёры. Они шли чуть позади тяжёлой техники, задрав к небу стволы своих пулемётов, и давили своим огнём любые проявления противника. Стоило только немцам где высунуться, как почти сразу раздавалась пулемётная очередь, а порой и не одна и осмелившегося открыть по нам огонь немца засыпало пулями. Пехотинцы шли прижавшись к стенам домов и позади бронемашин, попутно проверяя все встречные дома и то и дело в них вспыхивали короткие, но ожесточённые схватки, но преимущество в короткоствольном автоматическом оружии всегда решало их в нашу пользу. Здесь нам пришлось столкнутся с новой тактикой противника, когда эти утырки стали массово использовать мирное население в качестве живого щита. Они стали массово выставлять в окнах женщин и детей, а сами под их прикрытием вели по нам огонь и в таких условиях бить на поражение из орудий и пулемётов мы не могли, так как это гарантировано убивало заложников. Пришлось нам на ходу менять тактику боя и вместо орудий и пулемётов использовать снайперов, которые точечными меткими выстрелами стали отстреливать немцев. В ответ наши бойцы перестали брать пленных, если до этого они не убивали сдающихся в плен, то теперь пощады не давали ни кому. Раненых безжалостно добивали, даже когда бойцы захватили немецкий госпиталь, то перестреляли всех и раненых и медиков. Бой за город шёл почти неделю, нам пришлось даже разделится, часть армии сдерживала попытки немцев прорваться к окружённому городу, а другая часть пусть медленно, но планомерно зачищала Мелитополь. Бойцы проверяли каждую комнату, каждый закуток и каждый подвал, так что в конце абсолютно все немцы были уничтожены, а захваченный живьём комендант города вместе с несколькими своими подчиненными был показательно повешен в центре города. Всё это, а также и выставленных в окнах домов заложников из мирного населения приданные нашей армии кинооператоры засняли на свои кинокамеры и затем мы отправили эти плёнки спецрейсом под охраной истребителей в Москву. Я хотел, что бы об этом узнали все, и у нас и у немцев, что бы те знали, что за такие штуки мы будем уничтожать всех, не глядя, здоров ты или ранен и в таких случаях негласное соглашение по госпиталям и раненым не будет работать, под нож пойдут абсолютно все, и выживших тут не будет. За эту неделю немцы успели построить новую линию оборону, но и у нас не оставалось другого выбора, как зачистить Мелитополь, сил на продвижение вперёд с учётом задействованных на штурме города не хватало, а потому нам и пришлось задержаться. Наконец город был захвачен и зачищен, после чего оставив там один полк, мы двинулись дальше, правда для этого нам пришлось прорвать довольно сильную линию немецких укреплений, которую немцы успели построить буквально за неделю. Наши потери росли, но пока были в допустимых пределах и за три дня дошли до Крымского перешейка. Сначала один полк захватил Геническ и переправившись через протоки продвинулся на пяток километров, после чего сапёры принялись спешно строить постоянные переправы, причём для их маскировки настил располагали чуть ниже уровня воды. Затем одна дивизия ударила на Чонгар и с ходу овладела им, после чего переправившись через водную преграду двинулась вперёд и остановилась только у села Тотай (Сейчас это Ермаково), где и стала спешно строить укрепления. Остальные части нашей армии ударили на Перекоп, который и захватили, после чего пользуясь возможностью, дошли до Красноперекопска и тоже стали вставать в оборону, перекрывая проходы между озёрами и проливами. При этом нам ещё приходилось держать оборону и снаружи, так как немцы нас в покое не оставят. Сейчас получалось так, что наша армия отрезала немецкую и румынскую армии в Крыму от своих основных сил. То, что нам удалось так легко захватить Крымский перешеек я мог объяснить только несогласованностью немецких войск. Похоже немецкое командование в Крыму просто не могло предположить такой наш