"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей

– Что думаешь, Кошкин? – спросил я у кота.

Тот отреагировал тем, что просто пошёл вперёд, к остовам домов.

Я подумал, что он знает, что делает, поэтому пошёл следом. Иногда остов – это просто остов…

Ну, что сказать? Всё уже украдено до нас.

Металлических частей чего-либо тут нет, никто не оставил и гвоздя. Что-то подсказывает мне, что я, выбросив кинжал буквально в сортир, совершил очень щедрый жест. Металл тут ценят.

Есть засыпанный песком колодец, я подошёл к нему. Как и ожидалось, водой даже не пахнет.

Разочарованный, сел на колоду для колки дров, достал пачку Черчилля и зажигалку.

– Эх… – вздохнул я и подкурил сигарету.

Семнадцать сигарет до полного исчерпания запасов. Если буду экономить, то сдохну от жажды гораздо раньше, чем они закончатся. Хоть один плюс.

Курю, думаю. Сигаретный пепел падает на серый песок, становясь трудноразличимым. А ведь здесь, в этих домах, стоящих сейчас бессмысленными остовами, когда-то жили люди… На колоде, на которой я сижу, отец семейства колол дрова, укладывая их в поленницу, что стоит сейчас одиноко, погребённая под не выдержавшим испытание временем навесом.

Воду они брали из этого колодца, а там, справа от домов, где самый низкий уровень песка, было поле, засеиваемое какой-нибудь агрокультурой.

У меня ведь тоже когда-то была семья. Мама, папа, я.

Папа был археологом, судя по тому, что я о нём помню. В детском доме не удалось прояснить хоть что-то. Знаю только, что отца звали Иваном Алексеевичем Душным, то есть у меня когда-то был дед, мой полный тёзка, так как тоже был Иванович.

Не знаю, кем была мама по профессии, но её лицо я помню лучше, чем отцовское. Александра Михайловна, если верить записям в архиве детдома. Эх…

Вообще ничего не осталось. Как они попали в аварию – так и всё. Дома нет, никаких личных вещей нет. Воспитательница, Ольга Сергеевна, рассказала мне, что я, в чём дома был, в том и приехал в детдом. Штанишки в клетку, рубашка с короткими рукавами, плюшевый медвежонок без одного глазка. На новогоднем фото я запечатлён в этой самой одежде, иначе бы и не знал.

Родственников нет, квартиру присвоили какие-то ухари из предприимчивых. Но об этом я узнал сильно потом, когда, уверенный, что мне будет где жить по выпуску из детдома, пришёл по адресу, записанному в детдоме, и наткнулся на автопарковку. Дом снесли, задним числом переписали на кого-то и этот кто-то получил квартиру в новостройке. Тогда можно было всё, это были 00-е…

Да и сейчас, думаю, возможно. Чёрные риелторы, престарелых жертв которых иногда привозят в морг, ведь продолжают свою паскудную и подлую работу…

Сигарета докурена. Пора готовить себе ночлег.

Жёлтая луна если и светит хуже Солнца, то ненамного. Видно всё как перед закатом, то есть хреновато, но всё же.

Начал обыскивать руины домов. Полусгнившая древесина, уже явно проверенная и перепроверенная десятки раз. Нихрена. Но это ожидаемо.

Расчистил себе место на полу, разлёгся там и закрыл глаза. Если здесь есть какие-нибудь хищники, то пусть жрут на здоровье. Единственное, о чём буду жалеть – что не докурил остаток сигарет. Да, вот такое поганое и депрессивное настроение у меня всякий раз, когда вспоминаю о родителях.

Несправедливо, конечно, судьба обошлась со мной. И я как в детстве попал в эту обоссанную чёрную колею, так и продолжаю по ней двигаться. Без просветов, с ежегодным увеличением сложности. Вот и сейчас…

Лежу, думаю. Тут на грудь ко мне забрался кот. Подготовив «площадку», то есть, потоптавшись у меня на груди, он свернулся калачиком и затарахтел своим кошачьим двигателем.

Под это мерное тарахтение я и уснул.

//В Серых песках, 7 мая 2021 года//

Сон снился. Будто цифры какие-то перед глазами мелькают. Какое-то «меню», «характеристики», «навыки», «способности» и что-то про «безальтернативный выбор класса».

Я открыл глаза и уставился на сидящего среди деревянных обломков кота. Он ожидающе смотрел на меня. Чего-то ждёт. Только чего?

– Чего надо? – недоуменно спросил я у него.

– Ответь на предложение о патрона-а-аже, – донеслось от кота.

– Чего?! – отшатнулся я поражённо.

– Ты поначалу показался мне сообра-а-азительным малым, – вновь донёсся голос.

– Ты кто?! – воскликнул я.

– Мои сородичи называ-а-ают меня Саволом, – представился голос. – А ты кто?

– Алексей Иванович Душной, – ответил я.

– Рад зна-а-акомству, – ответил голос.

– Взаимно… – ответил я, а затем опомнился. – Покажись!

– Да я перед тобой, А-а-алексей Ива-а-анович Душной, – ответил голос. – Ну и длинное у тебя имя.

– Ну так я тебя не вижу перед собой! – раздражённо воскликнул я.

– Да-а-а неужели? – кот помахал мне правой лапой.

– Твою м-м-мать… – прошептал я. – Здесь воздух отравлен, да? Галлюцинации?

– Не исключено, – ответил кот. – Серые земли непредска-а-азуемы…

– Почему я должен тебе верить? – спросил я.

– Здесь кто-то кому-то что-то должен? – удивился кот и спустился с обломков на пол. – Никогда не слышал о таком, А-а-алексей Ива-а-анович Душной.

– Зачем ты каждый раз называешь меня полным именем? – недоуменно спросил я.

– Ты представился именно та-а-ак, – к моему удивлению, кот махнул левой лапой.

– Зови меня Алексеем, – сказал я ему. – Это моё настоящее имя.

– Глупо называть своё настоящее, а тем более полное имя таким, как я, – покачал мордой Савол. – Но я расценю это как акт велича-а-айшего доверия. Ита-а-ак, ты примешь предложение о патрона-а-аже?

– Какое предложение? – не понял я.

– Открой меню и выбери вкла-а-адку «Сообщения», – попросил кот Савол.

– Какое ещё меню? – снова не понял я его слов.

– Ох, как же сложно объяснить такое тем, кто этого никогда не видел, – совсем по-человечески вздохнул кот. – Закрой гла-а-аза, сфокусируйся на жела-а-ании открыть меню. Мне помогло, когда я оказа-а-ался здесь впервые.

Я честно попытался попробовать. Тем более, что это было знакомо мне по… по сну. Чёрт, а ведь это…

Меню открылось легко. Даже слишком легко.

– Что за чертовщина?! – воскликнул я.

– Не кричи, пожа-а-алуйста, у меня чувствительный слух, – попросил кот. – А «чертовщина» это, как говорят местные, Дар богов или Дар Господень. Или Проклятье Молоха, как говорят совсем редкие здесь предста-а-авители богоизбранного на-а-арода.

– Ничего не понимаю, – признался я, глядя на таблицы перед глазами.

Они прямо перед глазами. «Меню» открылось, и я начал одновременно видеть как то, что показывали мне глаза, так и то, что представляло собой меню. Вкладки «Характеристики», «Навыки», «Способности» – всё как во сне. А главное – окошко как в компьютере, с надписью «безальтернативный выбор класса: „Служитель смерти“, смена невозможна».

– Это норма-а-ально, что ты ничего не понима-а-аешь, – ответил кот снисходительно. – Скоро всё поймёшь.

– Что такое «Служитель смерти»? – спросил я у кота.

– О, значит, тебе уже повезло обза-а-авестись классом? – спросил кот удивлённым голосом. – «Служитель смерти» – это то, из-за чего ты здесь оказа-а-ался. Точнее, та особа, которую ты отова-а-арил киянкой по голове, и есть «служитель смерти III класса». На са-а-амом деле, это сквозная классифика-а-ация, а по специальной классифика-а-ации она «Некрома-а-ант». И уровень у неё не слишком высокий, поэтому опции с уда-а-арами киянкой в затылок всё ещё допустимы. Лет через два-а-адцать ты и подойти к ней не сможешь…

– И не собираюсь подходить, так-то… – хмыкнул я.

– Даже если за-а-ахочешь, – уточнил кот Савол. – Я всё ещё жду ответа на предложение о патрона-а-аже.

– Дай разобраться, что это значит, – попросил я его. – Какие ты выгоды получишь от того, что я соглашусь на патронаж?

– Ну, во-первых, это интересно, – загнул один когтистый палец кот. – Во-вторых, мне надоело скита-а-аться по песка-а-ам в одиночестве. В-третьих, ты обла-а-адаешь мощным источником некроэнергии, что выгодно для меня и не очень выгодно для тебя.