Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

прежде, чем начать открытое противостояние с великим князем. Так что отправка в этот регион такого лиса, как Данила, была вполне оправданной.

Хотя скорее все же паука. К гадалке не ходить, он опутал все княжества своей паутиной и знает о каждом чихе своих подопечных. В этой связи нет ничего удивительного в том, что бывший князь Черниговский Изяслав Владимирович, а ныне монах Филарет, сделал ставку не на Полоцких, а на князей с западных рубежей Руси…

Часа в четыре пополудни добрались до большого постоялого двора неподалеку от достаточно крепкой слободы. Ну или городка. Вот только слова Михаила оказались пророческими. За крепкой оградой находилось не менее полутора десятков повозок. Ну и народу предостаточно. Становиться тут на ночлег особого желания не возникло. Уж больно тесно будет.

Проще добежать до очередной башни, Михаил точно помнил ее местоположение. Тут всего-то осталось километров пять. Вот язык очередного леса пересекут, и сразу за ним она и стоит. Если забраться на крышу двухэтажного дома, что во дворе, то как раз можно будет ее рассмотреть.

Встав во все еще распахнутых воротах, Михаил снял треух, утер пот на лбу. Переглянулся с Ксенией и кивнул обратно на большак. Мол, нечего тут делать. Они продолжили путь и через полчаса неспешной езды были на месте.

Подворье небольшое, но предусмотрено все необходимое. Внутри могут свободно разъехаться четыре повозки. Конюшня просторная, с денниками под дюжину лошадей. Казенные стоят в дальнем углу, остальные рассчитаны под путников. Вход в башню с отдельного двора, где проживает и обслуга. Дань безопасности.

Пока Ксения договаривалась о ночлеге и еде, Михаил занялся лошадьми. Живой транспорт требует тщательного и постоянного ухода. Запустишь, а там не успеешь оглянуться, как проблемы пошли косяком.

Покончив с делами на конюшне, направился в дом. Ничего особенного. Обычный одноэтажный сруб с небольшими оконцами, затянутыми бычьим пузырем. Внутри два больших стола с лавками, вдоль стены двухъярусные лежаки на десяток человек. Так себе условия. Но и стараться особо тут никто не будет. Есть крыша над головой, очаг, место, куда кости бросить, вот и ладно.

Еда так себе. Не впечатляла. Только и того, что горячее и сытно. Впрочем, так оно всегда, если разогревать. Тут ведь не корчма, чтобы все время готовить. Вынесли на мороз, чтобы не скисло, и ожидает каша новых гостей.

Ночь прошла спокойно, разве только время от времени начинали брехать собаки, да петухи в положенный час возвещали миру о своем существовании. Ксения поднялась загодя, условившись с хозяйкой, что сама озаботится завтраком и снедью в дорогу.

Михаилу нравилось, как она готовит. Мастерица! К слову, кое-каким блюдам ее научил он. Правда, у женщины получалось не в пример вкуснее. Словом, завтрак оказался не только сытным, но еще и вкусным, что не могло не радовать. Через неделю пути начинаешь ценить такие маленькие радости.

Со двора выехали, едва рассвело. Вообще-то это уже достаточно поздно. Но путешествие по ночному лесу, которые тут кругом, то еще удовольствие. Тем более что для спешки особой нужды и не было.

– Михайло, я все спросить хотела. Так князь Матвей выплатил тебе награду за часы или нет?

– Не выплатил. Предложил поставить мастерскую, чтобы и механические ладить в Пограничном, и водяные оставить. Даже место выделил и обещал участвовать серебром за треть от доходов. Ну и, как полагается, десятину в казну с моих двух третей.

– Так у тебя, поди, и своего серебра в достатке. И без того не бедствовал. А тут еще и награда от великого князя за раскрытый заговор.

Это да. Одарили его щедро. Шутка сказать, но целых пять тысяч рублей. Хотя-а-а… Казна на этом деле куда больше погрела руки. Шестьдесят тысяч, что ушли полковым воеводам трех западных княжеств, были изъяты в пользу Мстислава. А ведь были еще и полки черниговские. Да на сами княжеские роды положили виру немалую. Так что Киев изрядно поимел. Могли бы и расщедриться.

Впрочем, не стоит забывать об обещании выделить ему вотчину на границе. Да, поднять такое хозяйство будет тяжело. Но, с другой стороны, далеко не всем перепадает такое счастье. И тут никакой фигуры речи. Ведь помимо земли он получает еще и титул, передаваемый по наследству. Награда по нынешним временам более чем щедрая. Тут и природных боярских детей с избытком, что уж говорить о выскочках.

– Серебро у меня есть, – не стал отрицать Михаил. – Только к чему отказываться от помощи князя, коль скоро она на пользу. Опять же и заработать получится куда больше.

– Как так?

– Да просто все. Самому поставить мастерскую и отдавать только десятину князь мне не позволил бы. Его рука имеется повсюду. Так заведено в Пограничном еще его батюшкой. Правда, тот все больше привечал тех, кто был готов дать жизнь его идеям, а не разевал рот на чужой каравай. Но теперь порядки в княжестве иные, и это нужно либо принять, либо искать счастья в другом месте.

– Так и искал бы. К чему держаться именно за этот град?

– А мастера? А изготовить потребные станы и инструмент? А купцы, которые никак не минуют Пограничный по пути из варяг в греки? Ведь мало что-то измыслить, нужно это еще сладить, да так, чтобы траты на труд были поменьше, а прибыль побольше. Да потом еще и продать то, что смастеришь. Вот и выходит, что я получу куда больше, чем если бы начал ладить те часы в каком ином месте. Опять же Матвей, он вроде как сразу наложил лапу на новинку, но все не отберет. Чего не сказать о других князьях. Вот взять Мономаха. Ведь после подавления заговора князя Петра мог оставить Матвею Угольный и Рудный. Но не стал этого делать. Посчитал, что такие богатые грады и ему сгодятся. А сам ума дать не смог. Народу там сегодня живет больше, печей плавильных тоже больше, а на выходе не такой уж и великий рост вышел. Потому как хозяина дельного нет. Самим князьям недосуг, а их ябетники да тиуны в свою мошну серебро тянут. Да мастера знатные подались восвояси, как только жизнь стала хуже, а когда поняли, что их начали холопить, так и вовсе побежали. А у криворукого и добрая печь выдаст куда меньше, чем у мастера худая. Вот и получается, что от размещения мастерской в Пограничном добро как мне, так и князю Матвею.

Михаил, конечно, собирался посчитаться за гибель своих родных. Но это вовсе не значит, что он намеревался сделать это ценой собственной жизни. У него и кроме этого хватает планов. Даром, что ли, столько нового изучал в своем мире, а потом по горячему фиксировал уже в этом.