Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

не стала. Вместо этого нашла в шкафу дорожный мешок Аля, даже не разобранный. Достала извечную мантию – и зачем только брал с собой? Уткнулась лицом в ткань и разрыдалась. Аль, возвращайся, умоляю! Пусть без свадьбы – да какая разница? Лишь бы рядом.

Ненадолго мне удалось забыться сном. А потом раздался стук в дверь, и голос Гардена возвестил:

– Милия, нам пора. Или идти спасать твоего жениха без тебя?

Немедленно поднялась. Быстро переоделась, привела в порядок волосы и поспешила в коридор, где меня дожидались четверо хмурых магов. Они ни слова не сказали при моем появлении, просто повернулись и пошли к лестнице. А внизу ждала заспанная Лайза. Видимо, ее тоже подняли среди ночи.

– Лайза, прости… – начала было я.

– Да что вы, госпожа Милли, – отмахнулась она. – Если это поможет найти профессора Дагеора, будите, не стесняйтесь. Идемте, тут совсем рядом.

Далеко идти действительно не пришлось. Мы оказались в темном углу неподалеку от трактира. Значит, здесь.

– Возвращайтесь домой, – обернулся Гарден к Лайзе.

– Спасибо за помощь, – вставила я. – Дальше мы сами.

Девушка скрылась в темноте, а мы уставились друг на друга. Наверное, каждый, как и я, опасался увидеть то, что здесь произошло, и желал этого. Чего мы боялись? Того, что не найдем ни Аля, ни Дара. Того, что их может не быть в живых. Но я заставила свои страхи замолчать.

– Начнем, – сказал Шип. – Отойдите, пожалуйста, я попробую.

Мы расступились, прекрасно понимая, чем грозит нам аномальная сила. Только Найт остался поблизости – это ведь его магию использовал Шип. Несколько минут ничего не происходило. Только бисеринки пота выступили на лбу Шипа. А затем вдруг взметнулись тени – и тут же улеглись у его ног.

– Да, здесь был крон, – сказал он. – И с ним – девушка. Найт, лови.

И небольшая тень словно метнулась от Шипа к другу.

– Одна и та же, – подтвердил теневик. – Шип, долго не стоит…

– Дар ее не боится, – перебил его друг. – Скорее, чем-то в ней заинтересован. А вот она – боится. И его, и тех, кто сюда придет. А потом магия крона обрывается, словно ее и не было. Возможно, он потерял сознание.

– Или умер, – сквозь зубы процедил Кертис.

– Нет, энергия смерти отсутствует, – замотал головой Шип. – Кто-то пришел и забрал его отсюда. Очень агрессивная магия. Без аномалий. Скорее, там с другим проблемы. Просто жестокость, любовь к крови.

– Хватит, – Гарден резко опустил руку Шипу на лоб, и тот растерянно заморгал. Словно вдруг вспомнил, где находится. – Ты чем думал, уходя так далеко? Мог не вернуться!

– Я просто… – растерянно пробормотал Шип. – Я же чувствовал!

– Мало чувствовать, думать надо, – перебил его Гарден. – Итак, Милли, его величество и твоего жениха сманила одна и та же барышня, которую они, видимо, знали. Аль – так точно. Да и Дар не пошел бы среди ночи не пойми куда. Узнать бы теперь, кто это был. Но это уже утром. Возвращаемся в трактир.

И пошел вперед, даже не дождавшись нас.

– Мутный тип, – пробормотал Найт.

– Сумасшедший, – кивнул ему Кертис. – Ты бы видел его в лучшие годы.

– Тише, – шикнула на ребят. – Услышит ведь.

Хотя, была уверена, Гарден и так слышал. Потому что ускорил шаг. В одном он был прав – надо было отдохнуть. А потом уже бросаться на новые поиски. Поэтому я поспешила за ним, убеждая себя, что мы обязательно найдем эту девицу и я ей выдеру пару клоков волос, забыв о воспитании и титуле.

Глава 12

Убить или помиловать

Дарентел

Время шло, а мы метались в четырех стенах. Кто-то глухо всхлипывал, но большинство хранили молчание и устало таращились в стены, а я продолжал испепелять молнией браслеты. Магия поддавалась, награждая усталостью и головной болью. Мне не хватало моей аномалии, будь она неладна. Раньше я бы не оставил от браслета даже тонкой полоски, а теперь едва мог применить силу.

Сколько прошло часов? Дней, лет? Больше всего меня беспокоил Аланел. От того Аля, которого я знал, будто осталась тень. Молчаливый Аль – неправильный Аль. Но он ничего не говорил, просто думал о чем-то своем. Знать бы еще о чем. Зато парнишка, Иврин, глазел на меня, и в его взгляде читалась плохо скрываемая ненависть. Не может простить, что вывалял его в пыли? Так ему не привыкать. Тьма, ну что же так долго?

Лязгнул замок. Наверное, когда вернусь во дворец, этот звук будет сниться мне ночами. Страшный визг замочных петель. Значит, Свин пришел за очередной жертвой.

– Ты и ты, – ткнул пальцем в меня и Ива.

Вот и повод выяснить отношения. Аль обеспокоенно взглянул на меня.

«Все будет в порядке», – пообещал мысленно. И все-таки подло – выставлять на бой мальчишку. Я-то еще не успел превратиться в тень, а он успел. Весь серый от грязи, хромающий. Жалкое зрелище. Надо сильно не бить. Не покалечить. Хотя он ведь аномальный маг. Сам может кого хочешь ранить.

Нас вели по длинному коридору. Свин шел впереди, следом – мы, и замыкали шествие двое охранников.

– Я не буду сдерживаться, – шепнул Ив, и по его глазам я понял, что парень серьезен. – Прости, я хочу жить.

– Хорошо, – кивнул в ответ.

– Хватит болтать, сволочи, – шикнул Свин, не оборачиваясь. – На том свете наговоритесь.

И разразился противным визгливым смехом. Я готов был стереть его в порошок, но для этого надо сначала не угробить парнишку. Аль не простит. Да и сам себе не прощу. Он мне ничего не сделал. Такая же жертва обстоятельств, как и все тут.

– Для новичка – условия боя, – заговорил Свин, замедляя шаг. – Деретесь, пока один не сможет встать. Бежать не пытайся – вокруг арены установлен защитный барьер. Выкинешь какую-нибудь штуку – сгною в яме. Понял?

О, так тут есть еще и некие подобия карцеров? Учту, когда буду превращать это место в пепелище. Мы все еще находились под землей. На это указывали отсутствие окон и смрадный, сырой воздух. Тем больше хотелось солнца и ветра. Я редко бывал надолго заперт в четырех стенах. И с каждой минутой это злило все больше.

Наконец коридор закончился, и мы остановились перед массивной дверью. Свин стукнул, и она открылась. Я ощутил веяние магии. Значит, коридор с камерами от арены тоже отделял защитный барьер. Ничего, нет такого барьера, который я не смог бы пробить.

Нас вытолкнули в круг света. Я не мог видеть зрителей – после темноты подземелья свет резал глаза. Ив замер