Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Азольский Анатолий

– Сядьте на табуретку! Руки на стол! 

Павлюк выполнил приказ. 

Незнакомец сел на койку, напротив Павлюка. 

Теперь Павлюк мог разглядеть того, кто так бесцеремонно распоряжается им "Он попал в плен к парню лет двадцати трех. Одет он был в изношен, смят серый костюм, из-под пиджака выглядела грязная рубашка. Очевидно, парню пришлось пережить немало лишений, однако голос и манеры его были проникнуты уверенностью. Возможно, одной из причин этой уверенности был парабеллум, нацеленный прямо на Павлюка. Павлюк не мог отвести глаз от круглого, темного ствола, зловещая точка, как магнит, притягивала взгляд. 

– Ну, чего вы бежали? - Грубо спросил парень. 

– А почему я должен вам это объяснять? - Когда шло страх, Павлюка возвращалось дерзость. 

– Потому что иначе я вас пристрелю, – все так же грубо и решительно ответил молодой человек. - Я должен знать, с кем имею дело. 

– А вы сами кто такой? 

– Ты, сволочь, ответишь или нет? - Разъяренно воскликнул парень и поднял пистолет, целясь … 

Павлюк понял: шутки плохи. 

– Какой вы нервный, – с деланной улыбкой сказал он, пожал плечом. - Неужели не ясно, что если бы за мной не погнались, я бы не убегал. 

– Оружие есть? 

– Есть, – Павлюк вынул из кармана кольт. Пистолет парня был нацелен прямо ему в грудь. Взял кольт за дуло, протянул, парню. - Возьмите на некоторое время себе. Я не боюсь вас и доверяю вам. 

Он понимал: парень все равно отнимет у него оружие, и решил его, инсценировав "до-ВИРЬЕМ". 

Парень, взяв оружие, положил ее рядом с собой на кровать, но парабеллума не выпустил. 

– Документы? 

– И документы есть. - Пошарив в кармане, Павлюк протянул запасное удостоверение своих до-ющих документов решил до поры до времени из осторожности не показывать. 

Парень левой рукой небрежно пролистал серенькую книжечку, презрительно скривился: 

– Липа. 

Павлюк пожал плечами: 

– Вы не милиционер, с вас достаточно и такого. 

Молодой человек подумал и согласился: 

– Пусть и так. 

Взял кольт, щелкнул пружиной, вынимая обойму, повернул оружие хозяину. 

– Положите обойму в правый карман, пистолет в левую. Зарядить его можно только на лестнице, не раньше. Я буду следить, и в случае чего – пеняйте на себя … А теперь – убирайтесь вон отсюда. 

Павлюк остолбенел. 

– Я кому сказал – убирайтесь вон, – повторил парень. 

– Послушайте, – начал урезонивать его Павлюк. - Вы меня выручили, а теперь хотите погубить. Ведь квартал, несомненно, еще окружен, и меня схватят. 

Довод показался парню убедительным, поскольку, немного поразмыслив, он посоветовал: 

– Бегите через крышу. Я покажу дорогу. 

– Вы что, их за дураков имеете! По крышей они следят. Боюсь, что там засада. 

– Мне до этого дела. Сбежали раз, убежите и вторично. - На Павлюка смотрели холодные глаза. 

– Да чем я вам мешаю! - Вскипел Павлюк. - Я вас не собираюсь высказывать, а в случае опасности нам даже лучше защищаться вдвоем. - Сказав это, подумал: "Такой нам пригодится. Парень, видно, бывалый ". - Я могу быть вам полезен, если хотите знать. 

– Вы? - Полные губы скривились в презрительной усмешке. - Для меня может быть полезен какой бандит, криминалист? 

– Часто люди совсем не такие, какими кажутся, – многозначительно сказал Павлюк.

– Высказывайтесь яснее. 

– Поговорим сначала о вас. С советской властью вы далеко не в дружеских отношениях … 

– Допустим, – согласился парень. - Что же из этого следует? 

– Много чего. 

Павлюк видел, что разговор заинтересовала парня. Он опустил парабеллум, смотрел на Павлюка уже без пренебрежения. Однако раскрываться перед незнакомцем диверсант не спешил – многолетнее конспирация приучила его к большой осторожности. Прежде всего надо узнать, что представляет собой этот молодой человек. Тогда уже можно будет решить, можно ли ему доверять, 

– Давайте сделаем так, – предложил Павлюк. - Вы позволите мне переночевать, а завтра познакомимся ближе и поговорим. 

Парень согласился. 

– Хорошо, идите сюда. 

Открыл дверь в смежную комнату, провел туда своего нового знакомого, дал ему спички, свечку и показал на деревянный топчан в углу. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Спите. Предупреждаю, что у меня острый слух: я услышу, когда вы встанете. Для верности защепну дверь со своей стороны на защелку. 

– Как хотите, – пожал плечом Павлюк. Недоверие, подозрительность и грубость парня ему нравились. В нем все больше укреплялась мысль, что из этого молодого человека может выйти надежный помощник. 

Утром он проснулся с твердым намерением узнать, кто этот загадочный парень.Тот в свою очередь тоже заинтересовался Павлюком, был заинтригован его многозначительными намеками. Разговаривать со своим "гостем" начал мягче, почти вежливо, пистолета из кармана не вынимал. 

– Как вас зовут? - Спросил парень. 

– Павлюк. А вас? 

– Демьянко. 

Хозяин достал из рассохшийся шкафчики в углу банка американской тушенки, кусок черного хлеба, а из-под кровати – бутылку с мутной жидкостью. Поставил все это на стол. 

– Позавтракаем. 

Мутная жидкость оказалась очень крепким самогоном-первачом. Павлюк незаметно завладел бутылкой, подливал и подливал в стакан хозяину. Сам же пытался пить как можно меньше. Такая тактика быстро дала свои результаты.Движения Демьянка потеряли четкость, язык начал заплетаться. Молодой человек стал многословен, откровенен. С лишними, совсем не связанными с делом подробностями он начал рассказывать, как в сорок третьем году завербовался в дивизию СС "Галичина", созданную гитлеровцами для борьбы на Восточном фронте. Когда Советская Армия наголову разбила ее, Демьянко – одном из немногих – удалось спастись. Некоторое время он бродил по селам, жил у крестьян. Но долго засиживаться на одном месте боялся: его могли заметить, спросить о документах, а их у бывшего эсэсовца, конечно, не было. Но однажды Демьянко таки повезло: хозяин хутора призрел на положение "отверженного" и дал ему паспорт своего сына, который бежал с фашистами. С этим паспортом Демьянко уехал в Клены и доныне, работает где придется, потому что на постоянную работу с таким документом устроиться опасно – сразу поймают.Сколько он так еще протянет, трудно сказать. Лучше всего было бы убежать за границу, но как … 

Демьянко склонил голову, уставился на бутылку с самогоном. 

– Понимаю, – сочувственно сказал Павлюк, положив руку на плечо парню.Почувствовал, как тот вздрогнул от неожиданного прикосновения. - Вы мне помогли, а я не люблю оставаться в долгу. Сверьтесь на меня, и мы устроим вашу жизнь. Вы еще попадете за границу, увидите мир и не раз вспомните меня добрым словом … А теперь выпьем еще. 

– Выпьем, – тяжело мотнул головой окончательно опьяневший Демьянко. - Достаньте из-под кровати еще одну бутылку. 

XI. Волк среди людей

Богданна Багрий сидела в чайной села Вилиска, что протянулось вдоль шоссе Кленов-Дрогобыч. Чайная находилась в маленькой, грязной, оклеенной слиняли обоями комнаты с одним окном. Кроме Богданна, здесь был почтальон в форме, пожилой крестьянин в шляпе, с трубкой в зубах и трое проезжих – их грузовик Богданна видела возле чайной, когда заходила. Эти трое остановились перекусить. Один из них, худощавый мужчина, вынимал из солдатского мешка всевозможные припасы. Левый рукав его куртки был задвинут в карман, но и одной правой рукой он управлялся не хуже, чем другие двумя, ловко извлекая из мешка и раскладывая на столе сало, вареные яйца, домашней выпечки хлеб.

– Пол-литра? – Лаконично спросил однорукий.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– А не многовато, Стефане? – Возразил второй в потертой кожаной куртке.

– По сто мало, по двести много, выпьем дважды по сто пятьдесят, – пошутил третий, рослый, пышноусый, с черным чубом.

Однорукий Стефан то возразил, но Богданна перестала прислушиваться к их разговору. Человек, на которого она ждала, вот-вот появиться в чайной. Он подойдет к стойке, попросит три пачки "махорочных", коробку спичек и уйдет. Минут через пять Богданна надо выйти следом и направиться налево по шоссе. Он будет ждать ее. Девушка отдаст ему пачку денег и записку. После этого попутной машиной вернется в Клены и скажет пан-отцу Иваньо о том, что его поручение выполнено. Вот и все.