Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

– Интригующее начало, – произнесла она и замолчала, ожидая продолжения.

– Так вот, тана Ведьма, – я заметил, что сочетание слов «тана» и «Ведьма» вызвало у нее улыбку, – я хочу эту девушку спрятать у вас. Она принцесса Снежного княжества и, возможно, будущая княгиня. Поэтому ее противники хотят от девушки избавиться, в княжестве назревает гражданская война. Но у вас она будет не в своем эльфарском образе. Я дам ей амулет иллюзии, и она станет человечкой. И такой поживет у вас в роли служанки или воспитанницы. Я попрошу швердов ее охранять. – Этими словами я давал понять Ведьме, что есть незримая ниточка, которая нас связывает крепче, чем иные цепи. Мне нужно трик-два, пока не решится вопрос безопасности Торы.

Ведьма пораженно покачала головой.

– Вы ненормальный! – непроизвольно вырвалось у нее. – Простите, юноша, вы готовы довериться совсем незнакомому человеку?

– Я доверяю своему чутью, тана. Объяснить этого я не могу. Понимаете? Может, вам покажется, что я легкомысленный или у меня нет запасного плана, но это не так. Я хорошо отдаю себе отчет о подстерегающих опасностях и считаю, что самое безопасное место для девушки у вас.

– Вы влюбились? – Она больше не улыбалась. Она оценивала мои мотивы, хотела понять, что мной движет, и сделать выводы.

– Нет, тана, у меня есть невеста, и не одна, а движет мной долг. Я дал обещание защитить эльфарку. И буду защищать ее даже ценой своей жизни. У нас, нехейцев, честь превыше всего. Но на Сивилле это сделать трудно, на меня самого объявлена охота.

– Понимаю, нехеец. И готова помочь. Идея спрятать девушку на виду у тех, кто ее похитил, мне нравится. – В ее глазах вновь вспыхнул опасный огонек и на этот раз горел дольше. – Ты готов оказать помощь мне, когда в этом возникнет необходимость?

– Готов, при условии, что это будет мне по силам и не будет подвергать угрозе моих близких.

– Я это учту, – согласилась Ведьма. – Привози свою девушку.

Нехейские горы. Отроги Старых гор

Медведь вышел из своей пещеры, сел, поднял голову и стал нюхать воздух. Он учуял запах меда и встал на задние лапы. Ветерок приносил манящий аромат лакомства со стороны одиноко стоящей сосны. Зверь довольно заурчал – он был голоден – и направился к дереву. Обошел его по кругу, полизал кору и снова поднял голову вверх. Запах, на который он пришел, доносился оттуда, сверху. Мишка ухватил лапами толстый ствол и легко стал взбираться по нему. Он долез почти до верха и неожиданно столкнулся с препятствием. Перед дуплом, в котором должен быть мед, висела большая дубина. Медведь оттолкнул ее и потянулся мордой к дуплу. Массивная дубина отлетела и вернулась обратно, ударив пещерника сбоку по глазу. Удар принес с собой боль и злость. Медведь недовольно зарычал и снова оттолкнул дубину. Та далеко отлетела и вернулась, ударив удивленного мишку прямо по разинутой пасти и высунутому языку. Теперь хищник заревел во все горло. Он с сокрушающей злобой ударил по непонятно как висевшей палке, и та, описав круг около ствола, ударила его по затылку. Медведь пришел в ярость. Он стал бить наглую деревяшку, а она каждый раз возвращалась и больно била его то по морде, то по затылку. О меде хищник уже забыл, перед ним был противник, с которым он не встречался еще ни разу. Его опыт не мог дать ему подсказку. И медведь, все больше сатанея, боролся с висящей на кожаном ремне колотушкой. Отталкивая ее и получая сдачи, он громко и яростно ревел. И чем сильнее он ее отталкивал, тем больнее она его била. В какой-то момент потерявший осторожность медведь ухватил дубину лапами и повис на ней. Ремень не выдержал тяжести, и огромная туша полетела вниз. Медведь с глухим стуком упал на камни спиной и затих, продолжая обнимать ненавистную палку.

– Ну вот, сестренка, – улыбнулся я Юллии, – теперь ты можешь пойти и добить медведя.

То, что мишка сломал позвоночник, было видно по тому, что он не шевелился.

Девочка стремительно вскочила и с воинственным криком: «Абба-аи-и!» – бросилась к лежащей без движения туше. В ее руке сверкал отполированный клинок.

«Дитя дикой природы», – глядя ей вслед, подумал я. А девочка подскочила к медведю, размахнулась и всадила в глаз зверю свой острый кинжал. Пещерный медведь, самый опасный хищник Нехейских гор, на которого матерые охотники боятся ходить даже группой, рыкнул и затих. Юллия, не веря, смотрела на медведя. Она сама добыла пещерника. Девочка вскочила на тушу и от охватившего ее ликования завизжала:

– И-и-хо!

– Ну точно как вождь краснокожих! – засмеялся я, вспомнив рассказ О’Генри.

Черридар, казалось, был поражен в самое сердце. Он до самого конца не верил, что так легко можно поймать и прикончить пещерника.

А началась наша охота затемно.

Перед рассветом я заявился в маленький лагерь, который разбили у веселого родничка Черри и Юллия. Юллия спала. Брат клевал носом. Заслышав шум, встрепенулся.

– Буди сестру. Пойдем на охоту, – бросил я и уселся на расстеленную у костра попону.

– Что, прямо вот так пойдем на медведя? – спросил, зевая, Черридар.

– Да, давай буди девочку. Я покажу вам, как надо охотиться на пещерника.

Наши голоса разбудили сестру. Она потянулась и сбросила с себя походное одеяло.

– Я готова, Ирри, – сказала она, широко зевая.

– Хорошо, иди умойся, – весело отдал я команду охотнице, – и собирайте лагерь, а я пока приготовлю завтрак.

Юллия недовольно скривилась, но спорить не стала и побрела к ручью. Черридар сердито сопел, собирая нехитрый скарб, и бросал на меня злые взгляды, когда седлал лошадей. Не обращая внимания на недовольство брата и сестры, я развернул скатерть и выложил припасенную снедь. Жареную курицу, пироги, мед в сотах и витаминизированный сок каких-то фруктов в маленьких бутылочках, взятый на корабле. За едой я стал рассказывать им свой план.

Брык скинул мне координаты двух пещер, в которых наблюдались медведи, и скалу, где можно найти мед диких пчел. Мед я забрал на обратном пути. Залез на скалу и переложил соты в прозрачный контейнер, захваченный на корабле.

– План такой, – начал я. – Где находятся пещеры, я знаю. Ты, Юллия, заберешься на дерево и спрячешь мед в дупло. Если дупла нет, привяжешь корзину к дереву…

– Ух ты, здорово! – воскликнула сестренка. – И когда медведь заберется на дерево, я его зарежу, – решительно заявила она.

Черридар фыркнул.

– Нет, Юллия. Ты на дереве сидеть не будешь, мы будем лежать внизу…

– Поняла, мы расстреляем его из луков, – подхватила девочка. – Пока он будет слезать, мы его застрелим.

– Нет, мы с Черри ничего делать не будем. И не перебивай. – Я придал лицу грозное выражение, и Юллия рассмеялась.

– Хорошо, не буду. Но как тогда мы убьем медведя?

– Он погонится за нами, – встрял Черридар, – и умрет от усталости во время бега.

Юллия удивленно посмотрела сначала на него, потом на меня:

– Это правда, Ирри?

– Он умрет, сестренка, но не от усталости и бега, – ответил я. – Посмотришь.

Подходящее дерево у берлоги мы нашли сразу. Высокая сосна и дупло почти на самом верху, метров пятнадцать над землей. На месте отломанной ветви какой-то грызун сделал себе убежище. Увидеть это отверстие мог только я.

Мы не боялись, что медведь выскочит, учуяв нас, и нападет. Топтыгин спал в пещере до обеда, как самый настоящий лодырь и бездельник.

Юллия ловко забралась на дерево, положила в дупло соты, завернутые в тряпочку, и вымазала медом ствол. Спустилась и намазала мед на ствол внизу. Я залез следом и привязал к ветке тяжелую биту, которую нашел заранее.

– Все готово, – сказал я. – Теперь уходим и найдем место, откуда будем наблюдать за пещерником.

Мы отвели лошадей за скалу и, стреножив, отпустили пастись. Поднялись выше пещеры и нашли место, откуда он не мог учуять наш запах.

Вот так мы добыли первого медведя. Со вторым оказалось сложнее. Мой гордый брат ни в какую не хотел применять хитрость.