День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Прошу прощения, сэр!

— Нужно немедленно установить местоположение этого «Борея».

— Наверняка он бросит якорь в одной из баз русского флота под Североморском или Мурманском, адмирал, сэр! Там много защищенных укрытий, подземные стоянки, в которых может поместиться даже стратегический ракетоносец.

— Вести за ними непрерывное наблюдение! Запросите поддержку у ВВС, пусть направят туда беспилотники. Русские наверняка попробуют провести свою субмарину, пользуясь «окнами» в графике пролета спутников. Но у нас должны быть там «глаза» каждую секунду!

— Я немедленно свяжусь со штабом ВВС, сэр!

— И еще, какими силами мы располагаем в этом районе сейчас?

— Сэр, в Норвежском море находится авианосная ударная группа во главе с атомным авианосцем «Джордж Буш». Также там действуют ударные субмарины «Гринвилл», «Санта Фе» и «Хемптон» класса «Лос-Анджелес» а также новейшая «Норт Кэролайн» типа «Виржиния».

— Всем подлодкам приказ — немедленно выдвигаться в Баренцево море. Обнаружить русский «Борей» любой ценой и установить за ним непрерывное слежение.

— Сэр, если русские обнаружат у своих берегов наши субмарины, это будет поводом для новой войны, — осторожно заметил офицер.

— Какого дьявола, кэптен? Русский флот ржавеет или на дне, или догнивает в своих базах! И в лучшие их времена мы ходили в эти воды, как к себе домой, черт возьми! Нам никто не смеет помешать! Выполняйте мой приказ!

— Есть, сэр!

Связь в американском подводном флоте была организована почти идеально. Уже через час самолет дальней связи Е-6А «Меркюри», барражировавший над северной Атлантикой, выпустил длинный «хвост» антенны сверхдлинноволнового диапазона, передав короткую радиограмму находившимся на боевых позициях подлодкам. Получив неожиданный приказ, четыре американские субмарины разом изменили курс, стремительно ускоряясь, но оставаясь при этом все такими же бесшумными, смертоносными призраками холодной океанской бездны. Невесомо паря над глубоководными котловинами и подводными хребтами Норвежского моря, они мчались на восток, будто почуявшие след гончие. Охваченные азартом предстоящей охоты на русскую подлодку, настоящего дела, капитаны и их команды дрожали от нетерпения, но им предстояло еще преодолеть тысячи миль, продираясь сквозь сжатую под собственным весом толщу соленой воды. Гораздо быстрее до цели добрался противолодочный самолет «Орион».

Вылетев из исландского Кефлавика через два часа после поступления приказа, патрульный Р-3С взял курс на восток. Мощные экономичные турбовинтовые двигатели позволяли ему находится в воздухе несколько десятков часов, гораздо дольше, чем мог выдержать организм пилотов, при этом перемещаясь гораздо быстрее, чем «основной противник» — атомные подводные лодки. А несколько десятков гидроакустических буев на внутренней подвеске могли накрыть частой сетью, сквозь которую незамеченной не проскользнула бы даже самая современная и скрытная субмарина, несколько сотен миль морской поверхности.

Преодолев границу полярных владений России, скорее чисто символический, чем реальный рубеж, американский самолет взял курс к берегам Кольского полуострова. Он неторопливо летел на юго-восток на высоте восьми тысяч метров, выше облаков, чуть покачиваясь в хаотичных своевольных воздушных потоках.

— Думаю, сэр, русским не понравится, что мы летаем так близко от их границ, — заметил, без особого, в прочем, волнения, второй пилот, видевший перед собой только плотную стену облаков, похожих на серую скомканную вату.

— Мне плевать, что нравится русским, а что нет. Пусть захлебнутся желчью, глядя на нас, а мы будем летать, где хотим!

— У них есть истребители и ракеты «земля-воздух»!

— Стрелять они все равно не посмеют!

Внезапно наполнивший кабину визг системы предупреждения об облучении заставил обоих пилотов выругаться, одного с удивлением, а другого — с нескрываемым испугом.

— Нас подсвечивает радар!

— Активировать станцию РЭБ! Ослепить их!

Экипаж Р-3С действовал слаженно и быстро, ведь сейчас на кону оказалось самое ценное для каждого — собственная жизнь. Поток активных помех «забил» несущий диапазон русского локатора, заслоняя истинную цель множеством то возникавших, то исчезавших «фантомов». Увидев, как по экрану суматошно перемещаются десятки отметок, порой полностью скрывавшихся в завесе «крупы», оператор РЛС 91Н6Е зенитного комплекса С-400 «Триумф», выругался от досады. Находившийся в тесном, наполненном гулом работающей аппаратуры чреве приборной кабины полковник Попов, поняв причину такого проявления эмоций, приказал:

— Отстроиться от помех! Сменить несущую частоту!

— Есть!

Пальцы оператора буквально порхали над приборной панелью, и через несколько секунд экран очистился от мусора. Луч обзорного локатора, продравшись сквозь плотную завесу помех, вновь осветил неторопливо летящий вдоль воздушной границы России самолет. Находясь в нескольких десятках километров от береговой линии, он уже оказался в зоне поражения зенитно-ракетного дивизиона. Комплекс «Триумф», позиции которого находились в полусотне верст от авиабазы в Мончегорске, заодно накрывал непроницаемым «зонтиком» и основные базы Северного флота. Уже пришли в боевую готовность укрытые в ложбинах меж отполированных полярным ветром и снегом сопок пусковые установки. В системы наведения ракет были загружены параметры цели, и командиру дивизиона полковнику Попову оставалось только отдать приказ.

— Цель опознана?

— Так точно, — отозвался радиометрист. — Судя по сигнатуре, это патрульный самолет типа «Орион».

— Американский, — задумчиво пробормотал Попов, потирая подбородок. — Хотя, возможно, и норвежцы решили пошалить. Взять цель на сопровождение! Огонь только по команде!

Дивизион ЗРК С-400, совсем недавно еще защищавший небо Москвы, являлся основой ПВО Северного флота, обладая просто фантастической дальностью действия по сравнению с любыми другими аналогичными комплексами. И сейчас его ракеты были наведены на незваного гостя, тщетно пытавшегося укрыться за помехами. Расчеты пусковых установок выполнили все приготовления, ожидая приказа своего командира. Точно так же готовились к бою и несколько дивизионов более старых систем С-300ПМУ. Многие из тех, кто нес на них службу, хорошо помнили Майскую войну, помнили, как волна за волной на Мурманск, Североморск, Видяево накатывали с моря «Томагавки», волна за волной, сжигая, разрушая, убивая сотнями ничего не понимающих людей, и никто не желал дать еще один подобный шанс врагу.