Спасение из ада - Юрий Иванович

Автоматчик откатился назад и быстро сменил позицию, наблюдая теперь не за дорогой после поворота, а непосредственно за монастырем. Но ведь вроде как все оставалось в норме: коллега на башенке присутствовал, облокотившийся локтями на парапет, щелочка ворот оставалась все так же чуть приоткрыта, а лесные птахи вроде как и не прекращали надолго своего пения. Только вот ушлый противник не мог видеть, каких трудов стоит двум мужчинам держать тело и бесчувственную голову бесчувственного манекена прямо, а их третьему напарнику тщательно прицеливаться через маленькую дырочку между локтем парализованного охранника и его ребрами.

Верхняя часть головы врага, возвышающаяся над густой травой, Торговцу была видна отлично, поэтому он не стал дожидаться действий со стороны автоматчика. Начал стрелять с максимальной скоростью. Послав в желаемом направлении все оставшиеся пятнадцать пуль. Если не в голову, то уж сквозь траву хоть одна пуля да попала.

Перезаряжая новый магазин, скомандовал:

– Бон, беги к нему, мы тебя сверху прикроем.

После чего вместе с Аристархом приподнялись над краем кирпичного ограждения и приготовились к стрельбе. Место у бандита оказалось слишком уж невыгодное для обороны с этой стороны: ни в стороны сбежать – открытая дорога и простреливаемый участок склона до леса, ни голову поднять как следует. Да и мертв, скорей всего.

Нет, как оказалось, был только сильно ранен: одна из пуль сорвала ему верхнюю часть скальпа. Забежавший со стороны Бонзай произвел несколько выстрелов, хотя за секунду до этого и рванула короткая автоматная очередь из четырех-пяти выстрелов.

Сердца у прикрывающих огнем товарищей замерли от нехорошего предчувствия.

– Бон!

– Да все нормально, – послышалось прерывистое дыхание короля. – Хотя мне повезло: ему телефон в руке помешал. Не успел свою «стрелялку» как следует ухватить.

– Начал с кем-то разговор? – забеспокоился Торговец, еще не завершив облегченного вздоха и наблюдая, как полупрозрачная фигура нагнулась за кусты.

– Да нет, не успел, – обрадовал Бонзай, распрямляясь и рассматривая экран мобильного телефона. – Только в меню вошел.

– Ладно, волоки телефон как есть сюда, а ту падаль швырни в кустики пока. Мало ли кто подъедет из обывателей. – Поглядывая вокруг и прикрывая друга, обратился к придворному шафику: – Аристарх, отходи в холл и развяжи настоятеля. Сразу ему скажи, что ты со мной, с Дмитрием Светозаровым.

Когда король оказался возле ворот, Торговец и сам спустился, помогая закрыть их наглухо тяжеленным брусом.

– На всякий случай… – А перехватив телефон, стал с бормотанием присматриваться к приготовленному номеру: – Четыре семерочки на конце… кто же ты такой будешь? А? Кто еще тут у нас?.. Да, Бон, будь другом, захвати того, что в башенке. Может, и он какими секретами поделится. Так, а что здесь в записной книжке?

Уже войдя в холл, он выключил мимикрию своего костюма и снял полностью закрывающее лицо забрало вместе с капюшоном. Аристарх, тоже в нормальном виде, но с несколько растерянным лицом, стоял над парализованным телом верзилы. Тогда как стоящий возле столика с кувшином настоятель мокрым полотенцем вытирал свое окровавленное лицо. Да еще и рот интенсивно водой прополаскивал. Рассмотрев чудесные превращения костюма и появление знакомого лица, монах сплюнул прямо в окно и в удивлении ёкнул:

– Ай да Дмитрий! Вы тут прямо как космонавты расхаживаете! И не думал, что подобные чудеса лицезреть к старости придется.

– Кто бы жаловался на старость, отец Клод! Как самочувствие?

– Терпимо. А как вся остальная братия?

– В подвале. Кстати, поспешим к ним, там один тяжелораненый.

– Гранатой ему досталось, – сразу закручинился настоятель. – Бедняге не выжить.

– Ну, это мы еще посмотрим. Аристарх, со мной. Бон, присмотри тут за этими и обыщи. Парализованных в первую очередь. И особенно с этим верзилой поосторожнее: бугай настоящий.

– А че с трупом осторожничать? – Придворный шафик откинул с тела водителя кусок какой-то занавески, открывая жуткую, рваную рану на шее и поглядывая на монаха с мрачной иронией.

– Кто это его так?

Брови Дмитрия сошлись домиком, после чего отец Клод как-то нервно задергался, пару раз непонятно мекнул, но все-таки разразился возмущенной речью. Причем в кровь разбитые губы ему при этом не сильно-то и мешали.

– Что мне еще оставалось делать?! Он меня, связанного, как футбольный мяч пинал! Если бы я развязался, голыми бы руками эту скотину порвал! А так смотрю, он падать начал, словно в обморок… Меня тоже вроде как волна какая накрыла, но бешенство так хлещет, что, когда об его лицо ударился, совсем соображать перестал. Только и хлестала по нервам одна мысль: как бы этому гаду половчее сонную артерию перегрызть…

– Ладно, отец Клод, такой грех простителен. Но ты, Бон, уже за остальными тогда хоть присмотри, а то так никто из них до допроса не доживет.

Они уже спускались в подвал, когда Торговец опять обратился к настоятелю:

– Вы, отец, как я погляжу, со всякой сволочью цацкаться не станете?

– Никогда и ни за что! – последовал твердый ответ.

– Ну, тогда вам и наши грехи желательно как-то прикрыть. Там ведь и у ворот, и наверху еще пять трупов. Да и этот вон…

– Туда им и дорога! Тьфу! В течение часа безымянную могилу выроем.

– Ну а братия как, не проболтается?

– За всех, как за себя, ручаюсь.

– А ну как другие братки подъедут в поисках дружков своих покойных?

– Ничего, справимся! Это лишь эти уроды нас обманом взяли. Других мы сами в бараний рог скрутим.

Они открыли два мощных засова, и сразу в распахнувшуюся дверь настоятель стал раздавать приказы, начав с обращения:

– Осторожнее с братом Стивеном! Сейчас ему будет оказана помощь.

После согласования с освободителями несколько человек шустро побежали к воротам убирать трупы, четверо наверх, остальные поспешили заступить на посты и осмотреться на местности. Еще четверо стали выводить наверх раненых товарищей. Действительно, наблюдая за слаженными и дисциплинированными действиями братии, оставалось только удивляться, как это их всех так легко и тотально захватили в плен. Похоже, что действительно подлым обманом. А потом уже стало слишком поздно избавляться от агрессоров без чрезмерных жертв. Да и не ждали они подобного визита в свои тихие, удаленные от жизненного водоворота места.

Напоследок по команде оба знахаря вынесли наверх тяжелораненого брата. И уже там сразу четыре человека склонились над умирающим Стивеном. Его раны и в самом деле оказались опасными, практически несовместимыми с жизнью. Два осколка гранаты попали в брюшную полость, а третий застрял в легких. Если бы раненого сразу уложили на операционный стол, то шансы могли отыскаться, а так… Оставалось надеяться только на собственные магические способности.