Они были мелкие и золотокрылые - Юлиана Лебединская

вернётся домой, а Мари будет бодаться с Ритой и пить вечерами чай с Дорой. Лиза, к слову, в последние свои рабочие дни в ресторане стала работать гораздо сноснее и даже ни разу ничего не испортила. Однако и от решения вернуться домой не отказывалась.

А вот вторая новость оказалась не из весёлых… Взорвалось ТиВи, взорвались соцсети и новостные каналы в Сети. «Сподвижница известного шоу-мена и лидера сообщества «Чисто-Людь» погибла от когтей златокрыла!»

Поначалу Дора не обращала внимания на очередную шумиху вокруг Филипа, пока не увидела фотографию Зои на экране небольшого ТиВи на кухне ресторана. Зоя улыбалась. Добрая сумасбродная Зоя, которая везла её к больной матери среди ночи, а потом отрабатывала за неё в ресторане, чтобы Дора могла проводить время в больнице.

Следом за снимком сияющей Зои шёл другой – растерзанное тело, в котором с трудом угадывалась когда-то жизнерадостная девушка. И – растерянная златокрылка над ней.

– Мать твою, – выдохнула Дора.

Её бросило в дрожь, затем в жар, потом она едва не выронила поднос не хуже какой-нибудь Лизы.

Дора с трудом доплелась до стола, который еле разглядела в сгустившимся перед глазами тумане, и поставила поднос. Что-то звякнуло.

Мертва? Зоя мертва?

Она схватила слимфон и принялась листать новости.

«Жертва златокрыла! Так ли безопасны инопланетные зверушки?»

«Что сподвигло златоткрыла на убийство?»

«Инопланетные эмпаты: что мы о них знаем?»

«Филип Огаров поднял вопрос об уместности златокрылов на Земле»…

– Дора, там клиент ждёт свой заказ, – пискнуло от двери.

Дора метнула в Лизу сердитый взгляд.

– Обслужи его, пожалуйста, сама. Там ничего сложного. Ты мне должна, в конце концов.

Лиза растерянно заморгала, но потом кивнула.

Так, что пишут в соцсетях?

«Бред какой-то, сколько живу со златокрылом, ни разу не видел никаких признаков агрессии…»

«Не знаю, чё там Огаров со своей девкой делали, чтобы так вывести из себя мирнейшую зверушку…»

«Это фотошоп, грубый и неотёсанный, а сама девка где-то на инопланетном курорте сейчас валяется…»

«… если Огаров сам её не съел!»

Это всё, конечно, весело, но…

«У меня дети маленькие! Я никогда не доверяла этим тварям – носятся вечно по парку, с ребёнком не выйдешь. Всегда боялась, вдруг они нападут! Это же даже не собаки, а вообще непонятно что».

«На меня постоянно шипел златокрыл моей бывшей. Оказалось, она меня тоже ненавидела. Счастье, что не скормила…»

«Спасите наших детей!!!!!»

«Бедная Зоя, – на экране слимфона возникла круглая рожа Филипа и запричитала слащавым голосом, – она только-только начинала жить по-настоящему. Она поняла, что такое на самом деле эти инопланетные захватчики. И её бывшая питомица почувствовала – поняла, что её раскусили. Зачем, зачем я позволил Зое остаться с ней наедине? Да ещё и – в «слепой зоне» Аколитуса. Теперь и доказательств стопроцентных нет, кроме посмертных фото и видео, которые успел на слимфон записать…»

Дора свернула все окна.

Не может быть. Нереида никогда бы не тронула Зою, сколько бы сама Зоя ни говорила и ни делала глупостей. Что же случилось?

На её кухне Зоя безмолвно пообщалась с Пряником, после чего в слезах умчалась прочь. После этого больше недели не выходила на связь – Дора звонила ей несколько раз. Молчали и её соцсети, не появлялась она и на ТиВи. А потом – вот это.

Что же случилось?

Что показал ей Пряник? Как ни старалась Дора убедить питомца поделиться их с Зоей беседой, он не соглашался ни в какую.

– Ты что здесь, заснула? Выходной себе устроить решила? – Дора подпрыгнула на стуле, где так и сидела со слимфоном в ладонях.

– Рита, Зою убили, – сказала она.

– И это повод не работать?

– Там Лиза, она справляется. И… Убили вашу бывшую сотрудницу, которая провела здесь несколько лет. Неужели вам всё равно?

– Я тебя убью, если ещё один клиент спросит, сколько ему ждать, ясно?

Доработала Дора, как в тумане. Рита ещё несколько раз за день на неё прикрикнула, а затем сказала, чтобы на завтра Дора взяла выходной и «пришла в себя».

Но Дора полностью не пришла в себя ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю. Над златокрылами стремительно сгущались тучи. Хотя многие не верили в историю с убийством, однако находилось и немало тех, кто начал остерегаться златокрылов – просто на всякий случай. Типа, «нет дыма без огня», – и всё такое.

Сама Дора не раз замечала, как завидев её с Пряником на прогулке, кто-то лихорадочно переходил на другую сторону улицы.

И в Сети всё чаще встречалось истеричное: «Спасите наших детей!!!» Филип же теперь и вовсе не выползал с экранов ТиВи и новостных лент. К счастью, Нереиду у него забрали в Центр внеземного сотрудничества. «До выяснения обстоятельств». Сама Аколитус это порекомендовала. Хотя Филип и возражал, требуя оставить «опасного зверя» ему, правда, не мог толком объяснить, что собирался с ним делать. И теперь под Центром регулярно собирались Филиповы сторонники, требуя «уничтожить зверя-убийцу». Сотрудники же Центра говорили, что слишком уж Нереида выглядит измождённой и исхудавшей. В ответ раздавался вой, «вот, мол, почему она на человека напала!»

Очередным вечером Дора в отчаянии сгребла в охапку Пряника. Происходящее ей нравилось всё меньше. Да что там «нравилось»… У неё мурашки по коже бежали и волосы становились дыбом при виде начинающейся травли. Ей снились кошмары, от которых она просыпалась среди ночи в холодном поту и потом не могла заснуть до утра.

– Пряник, это не закончится ничем хорошим, – сказала она, глядя в янтарные глаза. – Что нам делать? Скажи, что нам делать? Что случилось с Зоей? Как на самом деле она погибла?

Пряник моргнул. Очень внимательно посмотрел ей в глаза. И комнату затопило янтарное сияние. На мгновение всё исчезло. Замелькали картинки, хаотично сменяя друг друга.

Позже, анализируя увиденное, Дора так и не смогла собрать целый «паззл», но в одном была уверена – Нереида не убивала Зою. Её вообще не было в непонятного вида помещении, где умерла подруга. По крайней мере – в момент, когда она умерла. Нереиду привели туда позже. Пряник показал ей боль и отчаяние крылатой сородички. Златокрылка выла и кричала от ужаса, а в Сети пытались выдать это за кровожадные крики убийцы. Она била крыльями, металась по круглому полу, оплакивая хозяйку, а Филип рассказывал, как кровожадно «тварючка» себя вела, пытаясь сожрать ещё кого-то.

Отчаяние златокрылки и боль утраты, захлестнувшие Дору, в разы превосходили её собственные боль и отчаяние. Она и представить не могла, что кто-то может настолько убиваться из-за смерти дорогого