Красавица и ее чудовище - Ева Никольская

– Ты сказал… бр-брачный? – После минутной борьбы с противным кашлем мне удалось-таки вернуть себе относительно нормальный голос.

– А! Тебя это интересует? – Собеседник довольно заулыбался и, отпустив мою руку, плюхнулся обратно в свое невидимое кресло. – Да, куколка, отныне ты моя тридцать девятая жена. Поздравляю! Плата за Аваргалу принята.

Гм… и куда это опять слинял пресловутый дар речи? Приоткрыв рот от удивления, я не смогла произнести ни слова, с трудом переваривая полученную информацию. За каким дьяволом ему еще одна супруга, когда дома их бродит целая орава, мне было непонятно. Гарем – это его излюбленное хобби, что ли? Тогда забрал бы лучше ту рыжую девку к себе. Уж она-то покрасивей меня будет… в смысле была. И потом… как же Арацельс? Ведь мы связаны…

Мысли мои так и замерли в голове, когда я прислушалась к чувствам. Не было связи. Просто не было ее, и все! Я не ощущала присутствия Первого Хранителя в мире живых. Я вообще его не ощущала! И от этого стало так тоскливо, будто из меня только что незаметно изъяли часть души. Не резко, не больно, как тогда во время похищения, а мягко, с анестезией, так, чтобы я ничего не заметила. Да только, как известно, любой наркоз отходит, и боль, пусть и душевная, дает о себе знать. Впрочем, не только душевная. Я громко взвыла, схватившись за запястье, легкое покалывание на котором переросло в яростное жжение. А потом кожу словно окатило холодом и… все стихло. Покосившись на руку, непроизвольно присвистнула. Вместо символа Карнаэла на ней красовался синий краб. Ну или что-то похожее на него по очертаниям.

– Знак моего Дома, – пояснил демон, когда подняла на него глаза. – Теперь не Эра, а я смогу разыскать тебя в любом из доступных мне миров.

– Это что, намек на то, что от супружеских обязанностей бегать буду? – сглотнув, полюбопытствовала я.

Раны во рту затянулись, как и было обещано. Только неприятный привкус по-прежнему сохранился.

– А кто тебя знает, Арэ? От Хранителя же ты сбежала, – съязвил собеседник, прищурив свои необыкновенные глаза: красивые и пустые, манящие и пугающие одновременно.

– Я от него не сбегала.

– Да неужели? – Лу вытащил из воздуха фужер с шипучим содержимым и пригубил, глядя на меня поверх прозрачных краев. Еще раз непроизвольно сглотнув, я честно сказала:

– Меня выкинула в Срединный мир твоя знакомая Эра, а он прыгнул следом.

– Прыгнул… вот как, – отпив еще немного, повторил собеседник. – Зачем? Чтобы продать тебя четэри? – добавил насмешливо. – Или отдать даром? Похоже, я ош-ш-шибся: это не ты от него, это он от тебя слинять пыталс-с-ся.

– Неправда! – Я даже ногой в сердцах топнула. Чуть не отбив ее при этом о каменный выступ, на котором стояла. Больно уж мягкие подошвы оказались у босоножек.

– Ух, с-с-сколько эмоций! Да все такие яркие, сильные… вкус-с-сные. Не искушай меня, куколка. Я, конечно, сыт, но ради такого десерта могу сделать исключение. – Он плотоядно облизнулся, прожигая меня горящим взором.

– Ладно, – меняя тон, проговорила я и примирительно подняла руки. – Чего ты хочешь, Лу? Зачем эта странная свадьба?

– Как? – Он изобразил удивление. Плохо изобразил, умел и лучше. – Разве ты, человечес-с-ское дитя, не веришь в любовь с первого взгляда?

– Угу, в большую и чистую, – пробурчала я себе под нос. – Хватит уже издеваться, а? Ты вырываешь органы четэри. Кстати, зачем они тебе? Боргофа кормить, что ли? Потом убиваешь одну из пленниц, вырубаешь вторую и уже полчаса беседуешь со мной, после чего заявляешь, что теперь я твоя тридцать девятая жена. К чему все это, Лу?

– Боргоф любит сладкое, это так, для справки. А плоть Ведущих является пропуском сюда в обход Печати Безмирья. Закованная в специальные футляры, она не разлагается и служит по вышеупомянутому назначению. Пока жив тот, кому она когда-то принадлежала. Рогатые ребята любят повоевать, поэтому смертность здесь приличная. Так что отдельные экспонаты моей коллекции органов время от времени приходится уничтожать за ненадобностью, – ответил он. – Ну а что касается брака… Я же не виноват, что ты не в сос-с-стоянии повторить слова, нужные для обряда удочерения, – скрестив руки на обнаженной груди, сказал демон.

– Что? – после минутной паузы наконец удалось произнести мне.

– Эх, женщина. И почему тебе все надо повторять дважды, да еще и с пояснениями? – вздохнув, проворчал он и, выпив половину, встал. – На, освежись. Может, соображать быстрее начнешь?

Я дрожащими пальцами взяла предложенный напиток и залпом осушила фужер. Пить хотелось давно, а после ритуального поцелуя в особенности. Приятный ягодный напиток охладил горло и, как ни странно, успокоил. Значит, меня чуть не удочерили. Мм… жаль, что не вышло. Такой вариант мне как-то больше нравился, чем быть последней в длинной очереди жен. Правда, неудавшийся папочка выглядел моложе меня лет на семь, но это уже детали.

– Выходит, вместо дочки я стала супругой? – Демон взял из моих рук пустой фужер и кивнул. – Интересный у тебя подход. Но я все равно не понимаю, зачем эти обряды? В чем именно заключалась снятая с меня плата?

– У тебя магических способностей очень мало, Арэ. Этого недостаточно, чтобы перекрыть долг С-с-спутника Аваргалы, – как-то слишком уж серьезно проговорил Лу. – Но вполне хватает, чтобы совершить равноценный обмен. Немного… ну хорош-ш-шо, почти весь дар, которым ты владела, перекочевал ко мне вместе с небольшим количеством крови во время поцелуя, я же отдал тебе частицу своего. Это и был мой маленький подарок.

При последних словах выражение его лица стало чересчур загадочным, и мне это не понравилось. Нехорошие предчувствия нахлынули с новой силой, а словарный запас опять дезертировал, передав эстафету первенства мыслительному процессу.

– И? – Мой голос прервал затянувшуюся паузу, возникшую после его последнего заявления.

– Что… и? – обреченно закатив глаза, простонал Лу. – Опять неяс-с-сно?

– Ясно-ясно, – торопливо заверила я. – Просто… дальше-то что со мной будет? Чем мне такой равноценный обмен грозит? В гарем свой потащишь или с мамой-папой проститься отпустишь? Да с женихом бывшим… Мм?

– Ну зачем же, – заулыбался он, сменив гнев на милость. – Я не настолько жесток, чтобы лишать твоего Хранителя жизни.

Угу, он не жесток. Он пацифист и миротворец, а то, что тут происходило, мне просто приснилось. Ладно, что дальше? Жизни Арацельса лишать не хочет… Стоп! Жизни?!

– А? – снова перезабыв все слова, выдохнула я.

– Ты не знаешь? – Его брови приподнялись в удивлении.

– Что? – О! Я совершенствуюсь! От одной к трем буквам перешла, глядишь, скоро снова начну целыми фразами изъясняться.

– Закон Заветного Дара. – Лу намотал на палец серебристую ленту, вплетенную в мои волосы, и с грустной миной на физиономии продолжил: – Раз на твоей руке был символ, значит, ты приняла его и стала невестой дем… Хранителя. А из этого следует, что в случае твоей неявки на свадебную церемонию через три условных дня твой неудачник-жених погибнет.

От таких новостей у меня сердце оборвалось. Не чувствовала жениха – не беда, если знала, что он жив и здоров. Хотя бы чисто теоретически. Ведь Арацельс – мужчина, который мне дорог. И я не хотела быть последней скотиной, наплевавшей на его судьбу. Он шел за мной по пятам, пытаясь вытащить из неприятностей. Вспорол себе шею от страха обидеть. Сражался насмерть, чтобы защитить. Посылал сообщения во сне и спешил ко мне, желая помочь, спасти… вернуть домой. Так! И каким это образом он собирался сделать подобное, если наказание за срыв их свадебного ритуала – смерть? Придурок благородный! А-а-а-а-а… как же мне все надоело.

– А если Арэ по каким-то причинам погибает до брака? – спросила я, мысленно умилившись вовремя вернувшейся способности говорить.

– Это считается веским доводом для отмены наказания.

– Понятно. Но я жива, значит… Его завтра убьют?

– Отправят в Роэ – одно из самых жутких мест Карнаэла. Живыми оттуда не возвращаются, – сказал демон, доставая из пустоты очередной полный фужер.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно поинтересовалась я. – Бывал там?

Демон рассмеялся:

– Как же я там мог бывать, если по-прежнему жив и здоров?

– Ну мало ли, – пожала я плечами. – Кто вообще придумал эти жуткие правила? Ваш Таосс?

– От Таосса нам достались обряды, а правила… хм, это уже прихоть Эры. Она Хозяйка своего Дома, что хочет, то и делает. А если я отважусь заявиться в гости, стану преступным нарушителем ее территории. И поверь мне, демон без лица долго со мной церемониться не будет.

– Демон без лица?

– Ну да. Эра. Это ее прозвище. Если ты с ней знакома, то знаешь, как она любит менять облик. Очень мало кто видел ее настоящую физиономию.