Красавица и ее чудовище - Ева Никольская

Воодушевленная его обещанием, я воспрянула духом и яростно замотала головой вместо того, чтобы коротко ответить «нет». Аж шею заломило от усердия.

– Очень древний ритуал, который берет истоки еще со времен Таосса. – Пока Лу пояснял, я терла зазвеневшие от моей чрезмерной активности виски. – Создания, населяющие материальные миры, с помощью него могут вызвать демона из Безмирья и потребовать ис-с-сполнения одного желания.

– А Безмирье это..?

– Территория, не подчиняющаяся законам сотворенных миров, если это хоть что-то тебе говорит. Дома наподобие Карнаэла тоже к ней относятся, кстати. Хотя Эра вряд ли сообщает своим Хранителям и их Арэ такие подробности.

– Хм… – Я задумалась, а потом с надеждой уточнила: – А желание могут загадать все, кто участвует в Аваргале?

– Нет, только Ведущие, – охладил мой энтузиазм собеседник и (о счастье!) закинул ногу на ногу, избавив меня от необходимости постоянно смотреть выше линии его груди. – Спутники или в данном случае С-с-спутницы подобных привилегий не имеют, но я же не изверг, чтобы лишать девушек удовольс-с-ствия, – сладко так прошипел он и во внеочередной раз подмигнул. Я честно попыталась выдавить из себя ответную улыбку, получилось плохо. Но демона мои сложности с мимикой не особенно беспокоили, он продолжал рассказ о ритуале, в котором я оказалась всего лишь бесправной Спутницей. Эх, нет в жизни справедливости. – Видишь ли, Ар-р-рэ… – Чую, это птичье прозвище прилипло ко мне намертво. Ну ничего, ничего… хоть поганкой назови, только сапогом давить не надо. – Аваргала открывает Печать Безмирья, которая в обычном состоянии не позволяет нам проникать в миры, подконтрольные чужим Домам. Ключом к ней служит магический круг, окропленный двуцветной кровью. Поэтому одним из условий удачного проведения ритуала является участие в нем двух рас. Нес-с-сложно понять, в чем должно заключаться их основное различие, верно? – Я кивнула, юноша тонко улыбнулся и нарочито громко вздохнул: – В семерке ваших миров только у четэри черная кровь, у остальных – красная. И, хоть знания об Аваргале хранятся также у некоторых из людей (не будем углубляться, у кого именно), на практике ритуал осущ-щ-ществлялся только здесь. И то не часто. Во-первых, велика плата, а во-вторых, новая Хозяйка Карнаэла хорош-ш-шо наблюдает за случайными и вынужденными переселенцами. Редко кому удается протащить раба или рабыню из другого мира незамеченными. Такая вот ситуация, Арэ. – Он картинно развел руками и заявил: – Теперь спрашивай, что интересно. В противном случае я буду рассказывать долго.

– Ведущие заплатили кусками тела, не так ли? – немного подумав, проговорила я. Он утвердительно кивнул. – И что получили взамен?

– Это секретная информация, по закону Аваргалы я не могу тебя в нее посвящать.

Ну вот, как плату за их «подарочки» брать, так с меня и других девушек, а как рассказать, за что страдаем, так сразу тайна, покрытая мраком и присыпанная вековой пылью. Нечестно! А что делать? С демоном не поспоришь, с Законом тем более.

– А с нас что тогда возьмешь? Эмоции? – спросила я в надежде на то, что хоть на эти данные здесь не наложено вето.

– У, сразу видно, без-с-с-с пяти минут жена Хранителя, – засмеялся Лу. – Почти верно. Спутники рассчитываются нематериальными вещами. Эмоциями или магическим даром, если таковой в них присутствует. Та мертвая красотка была пустышкой, увы. Пришлось ее выпить до дна. – Его ресницы невинно моргнули, а на лице отразилось поддельное сожаление.

– А у спящей пленницы, значит, есть дар?

– И немалый.

– А… – Я сглотнула, облизав внезапно пересохшие губы. – А у меня?

– Я ещ-щ-ще не пробовал твою кровь, она является носителем силы. Так что пока не знаю, Арэ, – пожал плечами демон и встал. – Самое время это проверить.

Может, я особенная какая-то? А? Да вроде нет. Ни рогов, ни копыт, ни груди седьмого размера. Тогда почему у других это «голое чудовище» слизывало засохшую на шее кровь, а на мне такое же пятно изволило превратить в пыль одним коротким щелчком пальцев, заявив при этом, что, дескать, неэстетично! «Неэс-с-стетично» прозвучало в его исполнении на чистом русском языке с непомерным растягиванием свистяще-шипящих букв. Зато потом сделать новый надрез на моей бедной шее было ну о-о-очень эстетично! А в ответ на мои попытки воспротивиться происходящему я услышала короткое и ничего не объясняющее: «Так надо!» Спасибо Небесам, что дегустация длилась всего несколько секунд, а потом демон, облизывая окровавленные губы, осторожно погладил пальцем ранку, она тут же затянулась и перестала болеть. Я дрожащими руками ощупала место пореза, но кожа там была сухой и гладкой, только тонкая ниточка шрама чуть выделялась на поверхности. Что-то подобное сотворил со мной Арацельс в его каэре. Что ж… получается, что способность лечить прикосновением происходила от демонической сущности, находящейся внутри него.

– Ну что там с даром? – Мой вопрос заставил Лу отвлечься от размышлений, погрузившись в которые, он машинально водил кончиком языка по своим губам, будто пытался собрать с них остатки давно слизанной крови.

– Негусто, – ответил демон.

– Значит, дара нет, – обреченно вздохнула я.

– По сравнению с той плаксой совсем мало, но… – Хитрая улыбочка расползлась по его юной физиономии, оживив тем самым забавные ямочки на щеках. – Есть идея.

– Какая? Отпустить меня за «спасибо»? Что-то сомневаюсь в твоей гуманности. – Кислая усмешка на лице словно маска прикрыла блики отчаяния в моих глазах.

Лу поморщился и довольно резко произнес:

– Жить хочешь? – Я кивнула. – Тогда дай сюда правую руку и повторяй за мной.

– Зачем? – прижав к опутанному веревками торсу вышеупомянутую часть тела, осторожно спросила я.

– Чтобы жить, разумеетс-с-ся, – ехидно зашипел демон, растягивая слова. Он наклонился ко мне и сжал своими цепкими пальцами мою ладонь. – Будеш-ш-шь повторять?

– Угу. – Большего мне выдавить из себя не удалось.

Незнакомые слова свинцовыми каплями полились мне в уши, я честно пыталась произносить похоже, но постоянно запиналась и путала звуки, а уж когда встречались непривычные для голосовых связок сочетания, меня совсем клинило. Помучившись минут пять с такой нерадивой ученицей, Лу скорчил зверскую физиономию и, обдав меня жаром синего пламени, полыхнувшего в его сузившихся глазах, сказал:

– Ладно, куколка. Я сделаю тебе маленький подарок. Проведем более простой… – он плотоядно улыбнулся, заставив меня напрячься еще сильнее, – обряд.

– Э-э-э… так это был обряд?

– Повторяй и останешься жить!

Темные брови демона сдвинулись, глаза остекленели, и на какой-то миг мне показалось, что его внешняя молодость – лишь маска, прикрывающая бесконечную древность.

Это был приказ, которому, как оказалось, невозможно не подчиниться. И я словно зачарованная тихо повторяла за ним. Короткие фразы шипели, будто змеи, перетекая из его губ в мои. Слова оказались более отрывистыми и легкими, чем те, которые он произносил ранее. В общих чертах мне удалось не сбиться. А те незначительные огрехи, которые я периодически допускала, Лу со скрипом, но игнорировал. А потом словесная пытка закончилась, я хотела было вздохнуть с облегчением, когда этот… слов нет! Когда этот проклятый «нудист» вжал меня в столб своим телом и впился в губы яростным поцелуем. Я пыталась оттолкнуть его руками или хотя бы лягнуть ногой, но неожиданно твердые мышцы юноши никак не реагировали на мои жалкие попытки сопротивления.

Больно! И когда только удлинились его клыки? Они вонзились в рот, затопив его кровью. Моей и… чужой? Или это какое-то выделяемое демонами вещество с кислым вкусом, от которого вяжет нёбо? По венам неслись странные импульсы, в висках стучало, а голова дико кружилась. Он наконец отпустил меня, но вместо долгожданного вдоха я сплюнула на землю ярко-красную жидкость и тихо застонала, ощупывая языком саднящие десны. И только потом позволила ворваться в мои легкие новой порции свежего воздуха.

– Скоро все заживет, – успокоил Лу, вытирая алые потеки со своего подбородка. – Кровавый поцелуй – это завершающая часть одного из брачных обрядов Таосса. Так что потерпи пару минут. Ритуальные укусы быстро затягиваются.

Смысл сказанного до меня дошел не сразу, зато, когда все-таки дошел, я аж подавилась очередным глотком смешанной с кровью слюны.

– К-какого обряда? – Сквозь кашель вопрос прозвучал как-то придушенно, впрочем, состояние у меня было подходящее.

– Таоссы – предки богов и демонов, – просветил Лу, сосредоточенно поглаживая мое разрисованное запястье, я же замотала головой, прикрыв свободной ладонью рот, из которого с кровавыми брызгами все еще вырывались хриплые звуки.

– Ты сказал… бр-брачный? – После минутной борьбы с противным кашлем мне удалось-таки вернуть себе относительно нормальный голос.