Цитадель бога смерти - Джуанита Коулсон

Ее слова прошли мимо Тируса, так как она был занят восстановлением колпака. Он стиснул зубы, чтобы унять раздражающий стук своих зубов. Осторожно он углубился в таинственный мир, чтобы взять дополнительную энергию для своего колдовства. Когда-нибудь наступит момент, когда он исчерпает все свои запасы. Но он должен оставить самые могущественные силы для решающего столкновения с Врадуиром!

— Возможно… возможно такие звери могут еще появиться, — предупредил всех Тирус. Он так сильно дрожал от холода, что голос его дребезжал. Впрочем, голоса у всех дребезжали, холод донимал всех. — Старайтесь… старайтесь держаться вместе. Если вы будете выходить из-под колпака, это уменьшит защиту всех остальных. И… и я не смогу помочь тем, кто будет вне экрана.

— Ты не протянешь шнур, чтобы нам знать, где находиться? — спросил Роф.

Тирус изо всех сил старался унять дрожь, одолевавшую его.

— Боюсь… боюсь, что нет. Все, что… что я могу, это держать экран. Держитесь вместе… держитесь поближе друг к другу, — слабо посоветовал он. — Создания Бога Смерти не иллюзии. Настоящие…

— Мы можем убивать их, если придется? — спросила Джателла.

Расстроенный тем, что не может правдиво ответить ей, Тирус прошептал:

— Не знаю, надеюсь, что да.

Они снова двинулись вверх по склону, скатываясь вниз и снова упрямо стремясь вверх. Все их предосторожности оказались тщетными: было слишком скользко, чтобы они могли удержаться на ногах. Лошади и люди падали и беспомощно скользили вниз, откуда только что с таким трудом поднялись. Лошади сбивали друг друга и вся куча катилась вниз. Люди старались выбраться из клубка, ругаясь, найти хоть какую-нибудь опору. Все четыре лошади и люда барахтались внутри волшебного колпака, разрывая его, вываливаясь наружу.

Этот неожиданный удар чуть не выбил Тируса из седла. Он повис на шее лошади, почти без сознания. Лошадь брыкалась, пытаясь полностью освободиться от него. Джателла и Эрейзан подхватили поводья и поддержали Тируса, не давая ему свалиться на землю.

Как только колпак разорвался, весь мир, полный ярости, льда, снега, шторма обрушился на них. Хрупкий экран не смог предотвратить это бешеное вторжение враждебных сил и вторжение произошло.

Из-за камней, которые выглядели как чудовищные звери, появились настоящие звери: двухголовые гольхи и драконоподобное существо. Они выскочили из-за скал на открытое место и обрушились на упавших лошадей и людей.

Возможности, чтобы проконсультироваться с Тирусом не было, и люди отчаянно оборонялись сталью, бронзой и дубинками. Они били как мясники, рубили мечами как топорами, убивая эти чудовища, кровь которых смешивалась с кровью двух убитых лошадей и кровью тяжело раненого солдата. Когда все было кончено, солдаты потащили своего раненого товарища к Тирусу и Джателле, и в это время появилось новое чудовище.

Это был тот же многоглазый зверь, что угрожал им раньше, только меньшего размера. Застав их врасплох, зверь успел задрать еще одну лошадь, прежде, чем сэр Микит и бандиты убили его. Уже мертвый, он лежал и судорожно перебирал сильными ногами с когтями, способными одним прикосновением разорвать человека. Люди отошли подальше, собрали растерзанные тюки и поспешили соединиться с остальной группой.

Эрейзан и Джателла с трудом вновь посадили Тируса на лошадь. Слезы текли из его глаз от непереносимой боли. Он прикусил губу, чтобы сдержать стоны. Он поднял руки, снова создавая экран вокруг них. Снег начал задерживаться невидимым колпаком, он только без помех падал и погребал под собой чудовище с огромными клыками.

— Теперь, по крайней мере, мы знаем, что их можно убивать, — сказал Роф, вытирая кровь с лезвия своего меча.

— И мы тоже можем погибнуть от их клыков и когтей, — со злостью сказал лейтенант Утей.

Он со своими солдатами сажал раненого товарища на одну из оставшихся лошадей. Солдат был слишком слаб, чтобы держаться в седле и сержант шел сзади, держа его, чтобы тот не упал.

— Тирус? — Джателла склонилась к нему, тревожно глядя в страдающие глаза.

— Долина… за хребтом. Меньше ветра…

Никого не нужно было подгонять. Кровь отмечала их путь через хребет. Спуск был таким же трудным, как и подъем. Было так же скользко, но чудовища не нападали на них. На месте битвы, оставшемся позади за хребтом, они слышали рев — это неизвестные животные пожирали трупы лошадей и своих сородичей, оставшихся на месте трагедии. Эти звуки подгоняли путников, заставляя их идти вперед через холод и снег.

Серое небо стало темнеть, впереди появилась зловещая черная завеса. И сразу же они были поражены новым явлением в стране Бога Смерти. Сильный снег, падающий крупными хлопьями, стал светиться. Голубой свет вспыхнул вокруг них, только частично задерживаемый колпаком. Часть снега проходила через волшебный экран, и холодные голубые хлопья падали на их одежду и на лошадей, вспыхивая как бесчисленные маленькие звездочки.

Как и предсказал Тирус, между хребтами была долина. Она позволяла немного отдохнуть от свирепого ветра. Все они настолько устали, что не могли дальше сделать ни шага. Люди и животные попадали на снег, они были так измучены, что даже не могли дрожать.

Раненый солдат умер при спуске. Его товарищи печально завернули его в плащ, вырубили во льду могилу и опустили его туда. Затем они завалили могилу камнями, чтобы звери не могли добраться до трупа.

Перед ними встала новая задача — задача уберечься от холода. Они остались без топлива: вьючная лошадь, которая везла его, была убита при нападении зверей. Путешественники еще имели пищу для себя и животных, но они хорошо понимали, что без огня они быстро погибнут в этом суровом климате: отнимутся конечности и кровь превратится в лед. В отчаянии они заговорили о том, что надо сжечь лишнюю одежду. Но это, конечно же, только пролетит их путь к смерти.

Тирус пообещал сделать им огонь. Он присел на корточки, сложив свои руки вместе. Погрузившись в себя, он сосредоточенно искал, а затем обнаружил все, что ему было надо, он потребовал, чтобы ему подносили камни. Эти камни мгновенно превращались в дерево. Это было странное дерево: оно загоралось само, производя какое-то чудное тепло, без дыма. Огонь пульсировал и волновался, как магический огонь. Его волшебная природа помогла Тирусу сделать защитный экран еще крепче, надежнее. Этот огонь не давал ни искр, ни дыма, которые бы постоянно разрушали целостность колпака.

Люди поели подогретого хлеба и сушеного мяса — это все, что еще оставалось у них. Лошади съели свои обычные порции и были привязаны покрепче, чтобы они не вырвались за пределы колпака. Воды не было, но куредцы предупредили Тируса и Эрейзана не есть снег. Для того, чтобы получить воду, они наполнили бурдюки хлопьями снега и растопили его у костра. Снаружи колпака продолжалось бесконечное завывание. Люди не видели этих подданных Бога Смерти, но эти звуки были такими же жуткими, как и все здесь, в этой проклятой стране. Взволнованные люди спали плохо, все время подскакивая при новых душераздирающих криках, раздающихся во мраке. Ярость людей почти довела их до безумия. Джателла сидела, крепко закрыв глаза, стараясь не обращать внимания на вой и рев.