И аз создам! (СИ) - Зеленин Сергей

Многое чего выращивало, в том числе красных ульяновских дождевых червей - производящих гумус из вскрышного торфа, дальневосточные травы для изготовления лекарств и, «грибочки от алкоголизма» - моё тайное биологическое оружие, которое я ещё массово не использовав – держу в запасе на «чёрный день»…

Но практически монокультурой была конопля, которую акционеры с хорошей маржой сдавали государству по твёрдым расценкам. Из этого растения много чего полезного делали, но нам сегодня интересна так называемая «посконь»: волокна мужской конопли - идущие на изготовление шпагата, веревок и канатов, брезента, парусины и мешковины, рыболовных сетей и пожарных рукавов.

Русская северная конопля была лучшей в мире, являлась одной из важнейших статей традиционного российского экспорта и поэтому торговля ею - являлась государственной монополией ещё, едва ль ни со времён Ивана Грозного и его лихих опричников.

И надо сказать на наших переувлажнённых пойменных, окультуренных перегнойно-болотных почвах и осушенных торфяниках – эта культура давала воистину рекордные урожаи, сравнимые с Чуйской долиной.

Кстати, предвижу вопрос: а почему бы не забить соответствующий «болт» на искусственное выращивание этой культуры? Ведь, в вышеупомянутой долине – самосеянно-саморастущей конопли, просто до фигища?

Увы, на деле оказалось не всё так просто…

Чуйская дикорастущая конопля, хоть и являлась «волшебной шайтан-травой», способствовало экономическому развитию Казахстана и приносила нам с Вели изрядный доходец – за который я как известно, планировал завладеть никелевыми месторождениями в Петсамо… Но в технологическом плане оказалась беспонтовой как советский маргарин, как ни бились над этой проблемой казахские специалисты-селекционеры под руководством самого(!) Николая Ежова. Как раз такой случай, когда даже центровой менеджмент не может победить проблемы технологии. Поэтому, волокна чуйской конопли шли в основном на изготовление всякого рода утеплителей для строительства, упаковочной бумаги, картона – ни на что большее они не годились.

В то же время русскую северную коноплю невозможно курить, хотя многие недобросовестные кустари-производители пытались подделать папиросы «Летучий голландец» - изделия Алма-атинской табачной фабрики, продающиеся в аптеках по рецепту врача, как официальное лекарство от более тяжёлых форм наркомании и алкоголизма.

Даже, сам московский «Дукат» был пойман за руку и оштрафован на кругленькую сумму!

«Воняет похоже, - жаловались знатоки-любители «травки», - но не лечит от пагубных пристрастий совершенно».

Почему так – я не Копенгаген. Возможно, здесь генетик нужен.

Но Трофим Денисович Лысенко на картошке, а других таких же способных специалистов сельского хозяйства - у меня нэма. Разве что Вавилова кастрировать, чтоб поменьше по заграницам за казённый счёт шастал, да побольше в родном Отечестве по специальности работал.

***

Так, так, так…

Мы с вами, вообще, про что?

Ах, да – про авиацию.

Изделия из русской поскони не боятся влаги, не гниют в морской воде и, до того прочны - что до появления искусственных волокон типа капрона, лавсана да кевлара - по прочности превосходили на разрыв вся и всё. Из них делали, к примеру - гарпунные лини для охоты на китов, которые при толщине 17 миллиметров - выдерживали вес до 2800 килограмм.

Дальше можно самим догадаться, да?

Не моя идея, кстати: я лишь задолго до этого - познакомил хроноаборигенов с предварительно напряжённой арматурой железобетона. Инженеры «ОПТБ-007» же, сами догадались-додумались перед склейкой - поместить между двумя слоями берёзового шпона предварительно натянутую ткань из поскони.

Когда мне предложили, я подумал вслух:

- Pourquoi pas?

И дал добро на эксперименты, которые к нашему всеобщему удовольствию - не затянувшись надолго, дали положительный результат. Не останавливаясь на достигнутом, попробовали пластифицировать аммиаком полученную армированную волокном фанеру…

Получилось сказочно дёшево для авиаматериала и, при этом достаточно сердито!

Когда же непосредственно после процесса пластифицирования, «не остывшую» армированную фанеру приноровились штамповать - придавая ей нужную форму, получилось ещё и сказочно технологично – вполне сравнимо со штамповкой, положим из дюралевого листа.

Хотя, конечно, не до такой степени: дерево – оно и есть дерево, соль над ним не выёживайся.

Из такого «авиакомпозита» изготовлялись, как просто усовершенствованные модели «старых» «Яков» - со значительно улучшенными лётными характеристиками, так и совершенно новые. К примеру, вместо двухместного учебного «Як-1 Октябрёнок» - стал выпускаться «Як-7 Пионер», где инструктор мог обучать сразу четырёх курсантов - по очереди заходящих в кабину из салона.

Однако, ещё раньше - даже задолго до начала производства «ульяновского авиакомпозита», мы с Александром Яковлевым взялись за «большую авиацию»…

***

Но сперва, где-то через месяц после моего возвращения из Парижа, у меня произошёл такой разговор с ним:

- Как ты думаешь, Саша – какой тип самолёта самый главный?

Вопрос был типа: кого ты больше любишь, дитятко – маму или папу?

Будучи в соответствующем возрасте, моя дочь на него обычно отвечала:

- Я больше всего на свете люблю мороженное.

Вот-вот…

И я про то же!

Но будущий Главный конструктор ответил по-детски непосредственно и прямолинейно:

- Истребители!

Деланно удивляюсь, и:

- Почему?

Тот, пожав плечами:

- Потому что, истребители завоёвывают господство в воздухе.

«Эге…, - думаю, - стало быть, эта дурь - засела в его башке с самого раннего возраста. Надо срочно её оттуда выбивать!».

Показывая пальцем за спину:

- Вот посмотри на карту Нижегородского Края, Саша и скажи: как ты собрался это так называемое «господство» завоевать?

Тот, внимательно посмотрев на рисованный ландшафт, проведя над ним ладонью что-то вроде заговоренного круга от нечистой силы, с самоуверенностью дилетанта молвил:

- Ну… Как увижу вражеские самолёты в воздухе – пошлю свои истребители их сбить.

- Когда ты увидишь в воздухе вражеские самолёты, Саша, уже будет поздно кого-то и куда-то «посылать» - они спокойно отбомбятся по целям и улетят.

- Значит, надо встретить их уже в воздухе.

- А как заранее узнать, когда вражины прилетят бомбить? Заслать к ним шпиона, что ли?

- Организовать постоянное дежурство в воздухе над важными объектами!

Тычу в карту, показывая дороги, мосты и населённые пункты:

- «Важных объектов» - от слова «до фига»! А как определить какой из них противник задумал бомбить? И когда - утром с рассветом, в обед, или на закате дня? А завтра? А через неделю? Через месяц?

Тот, упрямо:

- Все объекты и всегда надо охранять!

- Главный принцип стратегии, Саша: тот, кто стремиться везде быть сильным – будет в любой точке слабым и проиграет. Твоих истребителей будут клевать по очереди – над каждым объектом.

- Значит, надо иметь как можно больше истребителей – чтоб их хватало в достаточном количестве везде и везде!

- Это сколько же, Саша? Конкретные числа можешь назвать?

- Эээ… Много! Очень много!

- А ещё конкретнее?

- Намного больше, чем у противника. И они – истребители, должны быть лучше – быстрее и выше летать и быть более маневренными.

- Ха!

Тот, внимательно посмотрев мне в глаза:

- Ведь, мы же смогли создать лучший в мире планер? Почему мы не можем создать лучший в мире истребитель?

Только и остаётся, как перефразируя известную поговорку про девушку и хутор, изречь:

- Мда… Хроноаборигена – ещё можно извлечь из эпохи, но эпоху из хроноаборигена – никогда.

- Что ты сказал, Серафим?