Обнаженное солнце (сборник) - Амброз Бирс

— Попробуй шестой, — сказал он Нолану.

Освободившийся стержень медленно двинулся вниз. Это отсрочит взрыв минут на десять — пятнадцать. Но остаются заклиненными еще девять стержней.

— Ваше время истекло, сэр, — напомнил Нолан. И добавил: — Колфилд готов сменить вас.

Грегори бросил последний взгляд на зеркала. Если бы можно было растащить кирпичи руками, вместо того чтобы возиться со сломанным манипулятором, он освободил бы стержни и починил бы защиту за полчаса. Но излучение через отверстия в обшивке было так велико, что задерживаться здесь нельзя было даже на лишние две минуты.

Если он сам пойдет на такой риск, то и его подчиненные последуют примеру командира, а всякий в космосе знает, к чему это может привести. Не раз случалось, что космонавты спасали свои корабли и умирали потом на пути домой от облучения — ослепнув, с выпавшими волосами и струящейся сквозь поры кровью… Грегори предпочел бы умереть сразу, в атомном взрыве.

— Возможно, вы считаете, что в ответе за все происшедшее, — сказал Грегори сурово, разминувшись с пленником в проходе. — Да, вы за все в ответе. Но если у вас возникнут идиотские мысли в течение следующих десяти минут, приказываю забыть о них. Вы меня слышите?

— Я понял, — ответил пленник. — Наконец-то вы осознали мою действительную ценность и не намерены терять такую добычу.

Грегори хотел сказать ему, что дело совсем не в этом, что у него другие, отнюдь не корыстные желания, чтобы его собеседник остался жив. Но некогда было пререкаться, тем более что всякий спор мог бы сбить с толку Хартмана и Нолана и отвлечь их от работы. Его помощники еще не знали, что личный диск, найденный на трупе, принадлежит Джеймсу Эндрю Колфилду и что человек, которого они считают Колфилдом, на самом деле кто-то другой. Грегори полагал, что он знает истинное имя Колфилда, но сейчас не время было заниматься дедукцией подобно Шерлоку Холмсу. Так что пока суд да дело, пленник останется Колфилдом и может думать о мотивах, двигавших капитаном Грегори, что ему вздумается.

7

Грегори сердито оттолкнулся и поплыл к мостику, минуя Хартмана, который распутывал пучок проводов. Дела у Хартмана шли неплохо — Нолан склонился над пультом управления, на котором уже весело перемигивались огоньки. Он хотел было похвалить лейтенанта, но тут услышал голос Колфилда:

— Попробуйте девятый и восьмой.

Перчатки Нолана послушно потянулись к пульту, и два красных огонька сменили цвет на зеленый.

— Молодец! — вырвалось у Нолана. Затем обернулся к капитану: — Это даст нам еще двадцать минут. Теперь мы, можем быть, успеем.

— Колфилд! — закричал Грегори. — Я же приказывал вам не входить в активную зону!

— А я и не входил, — ответил пленник. — Мне просто повезло. Наверное, вы с Ноланом растревожили некоторые кирпичи. Моя карта все еще красная.

— Я вам не верю, — сказал Грегори. — Хартман, спустись вниз и проверь. Колфилд, встретите Хартмана у входа в колодец.

Он услышал, как пленник выругался про себя, затем до него донеслось тяжелое дыхание Хартмана, который пролезал колодцем. Меньше чем через минуту лейтенант доложил:

— Красная, как он и говорил, сэр. Он в порядке.

— Продолжайте, — сказал Грегори.

Его взгляд упал на экран радара и на кучное облачко посреди него. Рядом с облачком сверкала яркая точка, которая могла быть только кораблем Китли или в худшем случае обломками его корабля.

До этой минуты ему просто некогда было подумать о Китли. Он спросил Нолана, пытался ли тот связаться со “Змеем”, и в ответ узнал, что передатчик “Декарта” превратился в кучу металлолома. Грегори спросил, как дела с приемником. Нолан смущенно признался, что о приемнике не вспомнил.

— Попробуй, — сказал Грегори. — Может, он нас вызывает.

Через несколько секунд они услышали в шлемофонах голос Китли.

— Если кто-нибудь жив, отзовитесь. Если у вас есть прием, но нет передачи, дайте световой сигнал, я наблюдаю за вами в телескоп. “Змей” вызывает “Декарт”! Если кто-нибудь…

Неожиданно Грегори улыбнулся.

— Делай, как тебе велят, — сказал он Нолану.

— …Если у вас есть прием, но нет передачи… — продолжал Китли, — дайте световой сигнал… Ой, я глазам не верю! Я рад, что кто-то жив, — тут же продолжал он. В голосе Китли звучало облегчение. — Повреждения моего корабля невелики. Полетело несколько систем контроля… часа через четыре я буду в состоянии сблизиться с вами. Приходится быть осторожным, тут вокруг летают бомбы…

— Нолан! — быстро сказал Грегори. — Займись приемником. Постарайся приспособить его для передачи. Сигнал будет слабым, но Китли его услышит. Передай ему, что наш реактор может в любую минуту взлететь на воздух. Вели ему не приближаться к нам!

— Попробуйте третий, — раздался голос пленника.

Нолан нажал на кнопку, и еще один зеленый огонек загорелся на пульте.

— Но такими темпами мы не исправим реактор. Почему “Змею” не приблизиться? — сказал он.

— Мы отсрочили взрыв на полчаса, — резко ответил Грегори. — Это пока все, чем мы можем похвастать. Делай, как тебе приказали.

Когда внутренние переговоры прервались, снова стал слышен голос Китли:

— Я опознал эти метеориты как свинцовые кирпичи из защиты реактора на “Подсолнечнике”. Понимаете, что это означает? Вторая часть потока концентрируется вокруг массы кирпичей, и гравитация этой массы превосходит центробежные силы. Эта часть потока конденсируется. Поэтому его опасность для космоходства уменьшается, а лет через двадцать мы сможем попросту подогнать к нему корабль и погрузить добро на борт. Правда, об этом, наверно, лучше поговорить потом… В любом случае я зарегистрировал все данные, касающиеся потока, так что не расстраивайтесь, если ваши приборы вышли из строя. Скоро увидимся…

Не успел Китли закончить фразу, как вновь послышался голос Колфилда:

— Попробуйте пятый.

Нолан нажал на соответствующую кнопку, свет на мгновение погас, но затем снова вспыхнул красный сигнал. Нолан взглянул на капитана.

— Колфилд, что там у вас происходит? — спросил Грегори.

Пленник ответил, что гнездо пятого стержня расчищено на четверть, но дальше он снова застрял. Что-то мешает внутри реактора. У Колфилда была идея, как с этим справиться, но время истекло. Можно ему поработать еще пять минут?

— Нет, — сказал Грегори.

— Но осталось немного, — возразил Колфилд. — У меня получается лучше, чем у всех вас, вместе взятых. Дайте мне пять минут, моя карта все еще красная…