Как влюбить дракона - Полина Вечерница

Каждой из названных вами долин я могу причислить красивый цветок. А вот для Изумрудной… разве бывают цветы изумрудного цвета?

— Довольно! — вскрикнул вдруг Адайн.

И даже со стула вскочил.

Надо ли говорить, что его поступок привлёк всеобщее внимание? Танлиды заозирались и зашептались. В шелестящем потоке Лика уловила слова «эксцентричный» и «нервный». И как и в доме Лачарров, семейство с места не сдвинулось.

Лишь хозяин дома нехотя поднялся из-за стола.

— Благодарю, — пожал губы Адайн. — Обед был… весьма хорош. Очень питательный.

— Но ваше величество, — добродушно ответил старший Танлид, — вы даже второе не доели. Может останетесь на десерт? Будут заварные пирожные со сливочным кремом.

— Ваше величество, — Адайн грозно глянул на Лику, — идёмте со мной.

— Прошу прощения, ваше величество, но я, пожалуй, останусь. Я ещё не насытилась, — Лика заглотила большую ложку пюре с красным соусом.

— Вам пора принимать лекарство, — настаивал драконий король.

— Но Форцерин ещё здесь. Вряд ли оно готово, — глянула она в сторону лекаря в поисках поддержки.

И получила её:

— Госпожа Ликария права, — старый дракон до сих пор старательно вылавливал что-то в супе. — До приёма отвара целый час.

— Кроме того, простите меня великодушно: профитроли — моё любимое блюдо, — невинно хлопнула ресничками Лика.

Да, она знала, что Адайн знает: её любимый десерт — крем-брюле. И что?

Что он сделает против силы столь жёсткой и неумолимой, что побеждает даже королей? О, да, она имела в виду этикет. Бесшумное и мощное оружие королев. И она использует его.

Она воспользуется, чем угодно. Любой малостью, что предоставит ей жизнь — чужими слабостями и чувствами, желанием внимания и самоутверждения, алчностью и жаждой власти.

«Или какие там мотивы у Форцерина?» — Лика продолжала сосредоточенно поглощать овощное пюре.

Адайн едва ли не скрипнул зубами. Но всё же вынужден был извиниться за столь поспешный уход, пожелать всем приятного аппетита и, собственно, уйти.

И да, Лика могла сглупить и продолжить расспрашивать заневестившуюся драконицу об Изумрудной долине ещё до того, как драконий король покинет пределы столовой. Но не посмела. И Танлиды не стали возобновлять свои беседы за спиной удаляющегося короля.

Разговор сам собой начался через некоторое время, когда принесли ароматный кофе и хрустящие профитроли.

— Так какие цветы растут в Изумрудной долине? — уточнила Лика у юной Танлид.

— Никакие. Вся долина заросла травой. Нет, раньше там были сады, но потом случилась какая-то битва. Оочень давно. Даже в книжках по истории нашей Республики не сказано, кто и за что воевал.

«Республики?.. Наверное, так звучит «королевство» на грайгцурском,» — Лика на всякий случай запомнила не знакомое слово.

Девушка же продолжала щебетать:

— В общем, все растения и семена повыжгли. С тем пор там цветы не растут, зато травы по колено. Ну сейчас там вообще люди живут, места-то много.

— Люди? — Лика изобразила изумление.

— Ну да, человеческие кочевники. Я много читала о них. Такой колорит. Ещё у них редкая форма общественного устройства, — задумчиво проговорила Эфи. — Вы, наверное, знаете, когда эйдивры объединились с арахнидами и напали на них, им здорово досталось. Людские короли, конечно, пришли на помощь. Но в обмен попросили земли. Все земли. Чтобы каждому алчному королю достался кусочек чорских долин. Кажется, они надеялись на залежи золота, — усмехнулась юная Танлид. — Тогда-то драконы тоже решили помочь.

— В обмен на кусочек земли, — напомнила Лика, которая гораздо лучше знала эту историю.

— Ну да. А иначе, как бы нам удалось тайком собрать всех выживших чоров и перетащить их в Изумрудную долину?

— Нам? Вы были там? — Лика помнила, что драконы выглядят обманчиво молодо, а пару вообще могли искать лет до сорока.

Об этом ей по большому секрету сказала Брянка. Возможно, девушка не столь юна и наивна?

— Конечно. Правда, я тогда мелкая была. Поэтому мне только переброску коней доверили. Они так смешно отбрыкивались во время взлёта. И потом убегали, как бешеные. Боялись, что сожру, — хихикнула Эфи, вгрызаясь в хрустящий бок пирожного.

— Представляю, — заворожённо ответила Лика.

На самом деле, ничего она не представляла. Просто не могла. Не сейчас. Тяжёлое то было время, вспоминая его, она всегда плакала. Вот и сейчас готова была…

«Нельзя. Хватит терять время».

И она пошла ва-банк:

— Эфи… вы можете мне помочь? — прошептала она проникновенно.

И вдруг почувствовала на себе взгляд Форцерина, обманчиво довольный, прищуренный после обильной и вкусной трапезы.

«Приглядывает? Ну и путь глядит. Кажется, он не против моего просвещения».

— Что надо делать? — деловито отозвалась девушка.

— Вы только что подарили мне надежду. Возможно, она выжила… Возможно, в Изумрудной долине находится близкий мне человек.

— Кто она? — таинственно прошептала Эфи.

— Моя тайная единокровная сестра, которую в детстве похитили чоры.

— Ого… — расширила глаза драконица. Но тут же скептически произнесла: — А почему о ней ничего не известно?

«Лучше скажи, почему вы знаете о нас всё, а мы о вас — ничего?»

— Ну, это же тайна, — принялась выкручиваться Лика. — Представляешь, как бы это выглядело со стороны? Кочевники похитили принцессу. Огромный скандал. Полетело бы столько голов. А самое главное: Ардар обнажил бы свою уязвимость.

— Так он всё-таки уязвим? — у Эфи Танлид хищно сверкнули глаза. — Скажи. Ты ведь знаешь, ты же бывшая королева.

Из уст капризной, хотя и образованной маленькой драконицы это прозвучало, как пощёчина — так же хлёстко и болезненно. Но ничего, Лика выстоит. И не такое терпела.

Опустив глаза, она поднесла кружку чая и пригубила её, делая вид, что наслаждается вкусом и ароматом, а на самом деле выигрывая время.

— Знаешь, с тех пор много времени пошло. Мы учли свои ошибки. Сейчас Ардар неприступен, как скала, — лицо её дёрнулось. Она воспользовалась этим, сморщила его ещё больше, изображая скорбную мину: — А вот по сестре я скучаю.

«Точнее, по Ардару. И по своему замку, по его кухне и служанкам, по Совету министров и по аудиенциям. Ещё скучаю по Брянке. И вообще…»

Глаза сами собой наполнились влагой.

— Я думала… — Лика манерно вдохнула и уставилась в потолок, чтобы не дать слезам пролиться, — что уже никогда не увижу её… Но я понимаю: я никто в вашем королевстве. Мои желания несущественны, а чувства ничтожны. К тому же у тебя сегодня свидание, — она глянула на затаившую дыхание Эфи, одаривая ту печальной улыбкой сквозь слёзы.

— Ты что, загадки истории — это так захватывающе, — восторженно прошептала юная Танлид. — Я верно понимаю, его величество держит вас в рабстве и ни за что не отпустит?

— Угу, — ради возвращения домой Лика голова была, не задумываясь, подтвердить самую гнусную ложь.

— Тогда действовать