Мир Терпа - Борис Долинго

Лис пополз по ложбине, благо она уходила вниз по склону, скрывая его от шаровиков. Снова раздались крики, но времени смотреть, что там происходит, не было. Не поднимая головы и лихорадочно работая локтями и коленями, Лис добрался до деревьев, которые тянулись вплоть до обрывистого берега реки, и только здесь позволил себе остановиться.

В шаровиков летели стрелы и копья: это перегруппировавшиеся индейцы предприняли новое нападение. Лис отдал им должное — несмотря на очевидное превосходство шаровиков в огневой мощи, ишту-хо не отступили и атаковали снова. Со стороны нападавших ударил лучемет, значит, еще уцелел кто-то из тех, кого обучали работе с оружием, и Лис порадовался, что его усилия не пропали даром: сейчас это была для него неоценимая помощь.

Индейцы, разбившись на несколько отрядов, атаковали шаровиков с разных сторон. Оставшись втроем, шаровики с трудом отражали атаки, даже несмотря на свое вооружение. Лис видел, как они несколько раз перезаряжали лучеметы и возобновляли стрельбу уже тогда, когда индейцы подбирались почти вплотную. Среди нападавших были и женщины. Большой лучемет шаровики почему-то не использовали.

Лис удивился, почему шаровики не возьмут и просто не улетят, ведь они серьезно рисковали своими жизнями. Очевидно, желание добраться до Творцов и до него, как полагали не без основания шаровики, находящегося в стойбище, было чрезвычайно сильно.

— Ну не знаю, ребята,— пробормотал Лис,— мне, например, своя жизнь была бы дороже.

Лис с удивлением заметил у одного индейца полевой меч из захваченных им ранее у шаровиков. Индеец размахнулся и в момент, когда получил в грудь заряд из лучемета, обрушил меч на шаровика. Видимо, кнопка на рукоятке была уже нажата.

Лис и сам впервые видел действие меча с полевым лезвием на живой мишени. Удар пришелся шаровику сбоку по шее и, очевидно, срезал воротник-стойку грудной брони, потому что шаровик упал, обливаясь кровью. Вместе с ним упал и прожженный насквозь воин-индеец.

Пользуясь тем, что внимание обороняющихся полностью поглощено атакой индейцев, Лис подобрался поближе и, прицелившись в спину одному из шаровиков, тому, который находился в наиболее статичной позе, выпустил непрерывный луч. Шаровик почувствовал, что броню прожигают, когда ему начало жечь спину. Он резко повернулся и, скорее всего, остался бы цел, уведя из-под луча уже почти пробитое место на доспехах, но ему не повезло, или, можно сказать, повезло Лису: поворачиваясь, шаровик случайно подставил под луч узкий участок соединения рукава доспехов и грудного панциря. Установленный на постоянную мощность тонко сфокусированный луч прожег более тонкую в этом месте защиту, и шаровик упал, неестественно подвернув под себя подрезанную руку.

В этот момент его оставшийся в одиночестве товарищ прикончил последних из нападавших индейцев и открыл огонь по Лису, заметив его за деревьями. Луч полоснул по стволу, за которым укрывался Лис, и дерево рухнуло. Лис бросился в сторону, но ствол, цепляясь кроной за стоявшие близко деревья, изменил траекторию падения и, пружиня ветвями, мотнулся, ударив Лиса в спину. Лис кувыркнулся, и дерево рухнуло на него, придавив толстыми ветвями. Лучемет отлетел в сторону.

На несколько секунд Лис даже потерял сознание от удара, а когда пришел в себя, над ним, ухмыляясь, стоял шаровик. Ствол лучемета, глухой, как торец карандаша, не имеющий отверстия, как у огнестрельного оружия, но не менее смертоносный, смотрел на Лиса.

Правая рука Лиса с браслетом, столько раз выручавшим его, оказалась прижатой к земле так, что браслет перевернулся, и излучающий выступ смотрел в другую сторону. Пока Лис вывернет руку, он будет уже мертв.

Шаровик целился в голову. «Вот же сука! — без всякой связи с полом шаровика мелькнула мысль. И сделать ничего не могу!»

Он с ненавистью смотрел на шаровика, не пытаясь закрыть глаза, как будто хотел взглядом остановить луч.

Вдруг раздался хлопок, похожий на негромкий выстрел, и броня на груди шаровика взорвалась изнутри. Хлынула кровь, и шаровик упал почти на Лиса. «Вот так вовремя! — подумал Лис. Неужели Эльот?» Он сообразил, что в шаровика выстрелили сзади из какого-то оружия, пробившего доспехи насквозь.

Ободравшись о ветви и сучья, Лис выполз из-под придавившей его кроны и схватил валявшийся на земле лучемет.

Сильно болела ушибленная спина, он чувствовал, что здорово ободрал щеку и шею, но в целом, похоже, пострадал мало, хотя и был забрызган кровью, которая принадлежала шаровику, точнее — тому. телу, в котором шаровик находился.

Схватив оружие, Лис резко обернулся, ища причину своего неожиданного, но от этого только более радостного спасения, и чуть снова не выронил лучемет: к нему, усмехаясь, шла Монра. В руке она держала небольшую, сантиметров пятнадцать длиной, трубку, а бронзовая грива волос была почти черной — Монра явно совсем недавно выбралась из воды.

Лис узнал трубку в руке женщины — это было некоторое подобие гранатомета, стрелявшего гранатами, создающими при контакте с поражаемой поверхностью мощнейший импульс гравитации силой почти в тысячу g.

Монра остановилась рядом с Лисом, продолжая усмехаться, но на лице ее, однако, не было сейчас никакой надменности или презрения, которые Лис так часто наблюдал до этого. Усмешка была именно такой, какую Лису всегда хотелось видеть у безумно красивой женщины, особенно если женщина эта смотрела на него: она выражала слегка ироничную, но искреннюю радость встречи и… возможно, еще что-нибудь.

Лис тряхнул головой и посоветовал себе не фантазировать, затем глубоко вдохнул и выдохнул.

— Слушай, откуда бы ты ни взялась, я чертовски рад тебя видеть,— сказал он. Ты как раз вовремя. Как тебе это удалось?

— А я была в какой-то степени предупреждена о ситуации. Гораздо раньше, чем Эльот или Нимрат.

— Не понял,— удивился Лис,— что ты имеешь в виду?

Монра не успела ответить — в ствол дерева рядом с ними вонзилась стрела. Это остатки индейских воинов снова атаковали чужаков. Лис схватил Монру за руку и увлек за сосну пошире.

Монра чертыхнулась:

— Эти идиоты даже не понимают, что мы не враги им!

Лис объяснил:

— Они в состоянии аффекта. Мне их, в общем-то, жаль: сама посуди, у них погибли жены и дети, сожжен практически весь караван. Мне не хотелось бы их убивать, но боюсь, что для сохранения собственной шкуры нам придется действовать так же, как и шаровики.

Лис высунулся из-за дерева, но сейчас же отпрянул. Стрела, выпущенная кем-то, звонко вонзилась в сосну почти в том месте, где только что была его голова.

Индейцы, наученные горьким опытом, уже не бросались очертя голову в атаку, а, засев за деревьями метрах в тридцати, подкарауливали противника. Лису очень хотелось, чтобы среди воинов не осталось никого из тех, кого он научил пользоваться лучеметом.