Мир Терпа - Борис Долинго

— Следуйте вместе с ними. Вы должны присутствовать при наказании, чтобы полнее чувствовать унижение.

Лис и Эльот пошли за Монрой. Их тоже сопровождала стража во главе с Читоко. На берег реки потянулось почти все племя.

Над головой промелькнула тень. Лис поднял глаза и увидел сокола. Он обратил на него внимание Эльота.

— Шаровики будут здесь довольно скоро,— сказал Лис. Эльот обреченно кивнул, но промолчал.

-О чем ты говоришь? — спросил Шольтеак, который тоже шел рядом.

— Ты знаешь эту птицу? — спросил вождя Лис. Шольтеак кивнул:

— Конечно, это железный сокол. Когда-то давно таких птиц было много, но теперь их никто не видел уже много лет. Ее нельзя убить стрелой, и есть легенда, что эти птицы-посланцы Создателя-Творца.

— Ты хорошо осведомлен,— сказал Лис.

Факт, что соколы не появлялись много лет, лишний раз говорил о том, что владелец Дворца Терп отсутствовал давно. Видимо, раньше хозяин часто запускал соколов для наблюдения за поверхностью своей планеты.

— То, что мы увидели эту птицу сейчас,— продолжал вождь,— добрый знак. Значит, я принял правильное решение и мое племя одержит победу над чужаками.

Лис усмехнулся:

— Скорее, наоборот.

Вождь гневно взглянул на Лиса, но не удостоил его ответом.

Тропинка от лагеря индейцев к реке шла по высокому берегу над омутом, где глубина, судя по всему, была очень приличная, после чего примерно метров через двести спускалась на полосу песка, образовывавшего отличный пляж. В том месте, где сейчас шла Монра, берег возвышался над водой метра на три-четыре. Воины с луками шли в нескольких метрах позади женщины.

Неожиданно Монра схватилась за живот, застонала и присела. Воины от неожиданности тоже остановились и все как по команде оглянулись на вождя, как бы спрашивая, что делать. Это была их ошибка — они на секунду оставили Монру без внимания.

Монра, казалось, только этого и ждала. Она схватила большой камень, валявшийся у ее ног, и прыгнула с обрыва в реку. Несмотря на всю неожиданность ситуации, Лис оценил сообразительность Монры: камень ей был нужен в качестве балласта, чтобы быстро уйти в глубину.

Индейцы закричали. Несколько воинов пустили стрелы, но опоздали — Монра уже скрылась под водой. Лучники столпились на обрыве, готовые стрелять, когда женщина вынырнет, чтобы глотнуть воздуха. Шольтеак изрыгал громкие проклятия.

Лис с Эльотом, несмотря на связанные руки, тоже подошли к обрыву, чтобы посмотреть вниз. Прошло несколько минут, но Монра не появлялась.

Шольтеак приказал воинам нырять в воду и проверить, не спряталась ли беглянка на дне, зацепившись за коряги в омуте. Индейцы начали прыгать в воду, но один за другим выныривали ни с чем: Монры в омуте не было.

Лис напряженно всматривался в воды Трапхора, но солнце светило так, что высокий берег отбрасывал тень, и рассмотреть что-либо было трудно.

Прошло уже минут пять. По всем понятиям Лиса, Монра должна была бы уже или вынырнуть, или задохнуться. Сколько бы она ни проплыла под водой, все равно она должна была появиться в пределах видимости.

Индейцы начали обшаривать прибрежные кусты, надеясь там найти беглянку, но все было безрезультатно.

— Я ничего не понимаю,— неуверенно пробормотал Лис скорее самому себе, чем стоявшему рядом Эльоту.— Она что — решила покончить с собой?

— Кто — она?! — чуть не закричал Эльот.— Никогда не поверю, что она пойдет на самоубийство только для того, чтобы не отдаваться мужикам.

— Но где же она? — удивленно сказал Лис. Она же не может столько находиться под водой, если, конечно, у нее нет какого-то приспособления, о котором мы не знали…

Эльот неожиданно резко мотнул головой, как бы желая за нее схватиться связанными руками:

— Чертова сука, как же я не догадался! У нее явно были с собой носовые фильтры! Вот тварь: бросила нас, а сама удрала! — Эльот с досады пнул землю носком своего ботинка. Ушла, ушла, а нас бросила подыхать!

Лис задумался. Он понял, про какие фильтры говорил Эльот. Во дворце Лис видел материал, точнее даже, не материал, а сложнейшее устройство в виде толстой пленки, позволявшее интенсивно извлекать кислород из воды или газообразной среды. Если каким-то образом сделать из этого материала фильтры и вставить их, скажем, в нос или наложить на рот в виде повязки, то можно долго находиться под водой, в дыму или еще где-то, где просто так дышать было бы невозможно.

Однако Лису было приятно, что Монра избежала наказания и спаслась, по крайней мере пока.

Эльот продолжал бушевать, проклиная коварство Монры, бросившей их.

— Слушай, что ты сходишь с ума? — сказал Лис. Во-первых, она ничем бы нам сейчас не помогла. А во-вторых, если хоть она оказалась на свободе, то, может быть, она придумает, как нам помочь позже?

— Она?! — снова заорал Эльот.— Она уже и думать про нас забыла, говорю тебе. Ей на нас наплевать, она спасла свою шкуру — и довольна!

-Но ведь ей одной тоже придется непросто: она не знает местности, тут рядом шаровики, а оружия у нее нет.

— Я не удивлюсь, если у этой стервы припрятано где-то оружие. Она могла нам ничего не сказать. Так что не рассчитывай на ее помощь.

— Да ладно тебе,— сказал Лис. О людях надо думать лучше.

То, что он уже знал о Творцах, свидетельствовало, что Монра вряд ли будет рисковать собой ради кого-то другого. Глядя, например, на Эльота или тем более на погибшего Нимрата, Лис готов был с этим согласиться. Но был и Васак, который в Омаксе прикрывал отход остальных. Хотя, может быть, он был убит и случайно, попав под луч.

К ним подошел Шольтеак с воинами и приказал увести Эльота. Стражам было приказано держать Творца в фургоне связанным, а Лиса убить при малейшей попытке бегства.

Лис понял решение вождя: Эльот оставался единственной приманкой после исчезновения Монры. Удивление Лиса вызвало то, что Шольтеак приказал развязать его — на это он не рассчитывал. Некоторое время вождь стоял, глядя, как Лис разминает затекшие руки.

Встретившись глазами с Шольтеаком, Лис спросил:

— Ты не боишься развязывать меня, вождь?

Шольтеак скрестил руки на груди, осторожно пристроив перевязанную культю поверх здоровой руки.

— Ты не сможешь бежать — мои воины настороже.

— Но женщина же убежала,— усмехнулся Лис. Глаза вождя гневно блеснули.

— Она не убежала. Она не смогла бы убежать. Она предпочла умереть, но не быть опозоренной, и я уважаю ее за это. Мильотоко тоже хочет убить себя, и ее пришлось даже связать, чтобы она одумалась. Она еще так молода. Хотя я и понимаю, как ей трудно будет жить с таким позором, но молодые должны жить. Шольтеак повернулся. Идем к повозкам,— приказал он. Ты научишь нас пользоваться оружием чужестранцев. Но помни: ты умрешь страшной смертью, если задумаешь нас обмануть.