Шаг в неизбежность - Гарольд Хоук

— Выхади, дарагой, пешком пойдёшь.

— Почему? — удивился Герхард, продолжая сидеть, как ни в чём не бывало.

— Патаму! Директор с кассиршей пропал. Опять у них трали-вали. Что за люди?! Падаждать не могли, да? Лубов у них панимаешь. Тэмпература у неё поднялась, дэтэй дэлают. — Фермер покачал головой, снял кепку-аэродром, почесал в затылке. — Ты, эта, можешь падаждать, я от своих слов не отказываюсь. Обещал, значит, отвезу, но я честно нэ знаю: сколько они будут там этот трах-тибидох дэлать. В прошлый раз два часа пропадали.

— Нет, спасибо, — Миллер спрыгнул на землю, подхватил пакеты. — Я уж как-нибудь сам доберусь. Где здесь поблизости стоянка такси?

— Зачем такси? Я брату позвоню, он тебя мигом домчит, — фермер достал телефон, затыкал волосатым пальцем в круглые кнопки. — Слю-юшай, а эта, как его, вызов такси считается добрым дэлом?

Герхард пожал плечами, поудобнее перехватил пакеты. Тот, что с едой всё время норовил выпасть, видно головке сыра не терпелось почувствовать себя футбольным мячом.

— Думаю да, считается.

— Тихо! — фермер выставил руку и быстро заговорил в трубку на незнакомом языке. При этом он сильно жестикулировал, и всё время норовил растопырить пальцы. Герхард с интересом наблюдал за ним, но вот фермер спрятал телефон в карман и подмигнул:

— Вот и всё, дарагой, сэйчас Фарух приедет, дамчит тэбя быстрее вэтра. Ты, эта, извини, так палучилось. Если б не эти тибидошники я бы сам тебя отвёз.

Герхард хотел сказать, что ничего страшного, всё хорошо, но отвлёкся на пакет с едой, тот опять чуть было не вывалился из рук. В этот момент за воротами рынка раздался грохочущий рёв, глухие удары, уханье, какое-то повизгивание, затем хрипло закрякал клаксон.

— А вот и Фарух, дэжурил неподалёку, — Вартан блеснул золотыми зубами, хлопнул солдата по плечу. — Ну, давай. Понадобится в город, нэ стэсняйся, график ты знаешь. Только, эта, тэперь за дэньги ехать придётся.

— Да не вопрос, — улыбнулся Герхард.

За воротами снова простуженно крякнули.

— Иди, — фермер помахал рукой. — Фарух — парень агонь, нетэрпэлывый. Всегда таропится. Наверно уже и счётчик включил.

Миллер кивнул на прощание, потопал к выходу. До выезда с рынка было метров триста, не больше. У ворот стояли охранники в чёрной форме с жёлтыми нашивками, в загоне из сетки заходились лаем собаки. Они бросались на рабицу, волоча за собой длинные цепи.

Когда Герхард поравнялся с охранниками, те не сказали ни слова, только один посмотрел как-то по-особенному. А может просто показалось, у парня немного косили глаза и он всё время старался развести их в стороны.

Миллер вышел за пределы рынка. В тридцати метрах от ворот дымил старый тонированный «Седан» непонятного цвета с рваными дырами понизу крыльев и пятнами ржавчины на дверях и капоте. Рядом с машиной стоял водитель, чем-то похожий на Вартана, только в два раза моложе.

Хозяин развалюхи подпирал дверь спиной и каблуком остроносого ботинка, накручивая в руке деревянные чётки. Приблизившись, Герхард понял, что сближало продавца овощей и лихого наездника. У обоих крупные носы, чёрные усы и огромные кепки на головах.

В машине по-прежнему громко ухало и долбило, словно в багажнике кто-то лежал и сильно бил в стены и крышку.

— Здарова, брат! — закричал водитель, заметив Герхарда. — Друг Вартана — мой друг. Куда поедем?

— Двадцатый километр семнадцатого шоссе… Миллер изогнулся, чтобы не выронить пакет с едой.

— Дарогу покажешь? — Герхард кивнул, подтолкнул бумажное дно коленом. — Тогда поехали.

Фарух оттолкнулся от машины, пнул рядом с замком, дверь отскочила с ужасным скрипом. Брат Вартана уже схватился за руль, когда Герхард окликнул его:

— Эй, мне бы пакеты в багажник убрать.

— Палажи в салон, в багажник нэкуда, там дэдушкин колонка лежит, такой бальшой, всё место занимаэт.

— Тогда помоги открыть дверь. Видишь, у меня руки заняты.

— Пни сильнее — сама откроется, — Фарух показал крепкие зубы. — Нэ бойся, нэ развалится.

Герхард сделал, как сказал хозяин хламиды: пнул по центру двери.

— Куда пинаешь, а? — закричал Фарух. — Ты мне так весь двэр испортишь. Бей аккуратно, прямо по замку.

Герхард пнул и снова безрезультатно, если не считать крупной вмятины на исцарапанной и побитой двери.

— Кто так делает, а? — Продолжая накручивать чётки в руке, Фарух обошёл тарахтящее чудовище. — Смотри, — он ударил носком ботинка в замок. Дверь подпрыгнула и отскочила, чуть опустилась вниз. — Бросай пакеты-шманеты назад. Паехали, зачем зря бензин жечь?

Герхард поставил пакеты на заднее сиденье, сел в продавленное кресло пассажира. Динамики внутри машины хрипло изливали восточные завывания, в багажнике надрывался сабвуфер, в салоне сильно пахло какими-то благовониями. Он потянулся к ремню безопасности, но не увидел его на привычном месте.

— А где ремень?

— Зачэм он тебэ? — прохрипел Фарух, усаживаясь за руль в самодельной оплётке. — Это нэ самолёт. Ты лучше двэр покрепче держи, а то вылетишь на повороте.

Фарух прибавил звук старой магнитолы, с хрустом включил передачу, топнул по педали газа. Двигатель громко зафырчал, прогнивший глушитель выстрелил и трескуче затарахтел под днищем. С ужасными скрипами «Седан» тронулся с места, отравляя воздух вонючими выхлопами.

Всю дорогу по городу Фарух громко ругался. От него доставалось всем: другим водителям, пешеходам, животным и птицам, а если насекомое разбивалось о стекло, тут уж его красноречие не знало границ. Сбрызнув из омывателя, Фарух включал щётки и те со скрипом размазывали жёлтые кляксы по стеклу.

На перекрёстках таксист нещадно газовал, глушитель стрелял длинными очередями, «Седан» рычал двигателем и плевался чёрными облаками.

— Чтобы «ласточка» нэ заглохла, — повторял Фарух, давя на газ. Разумеется, это мало нравилось другим участникам движения. Водители громко ругались, сигналили. В ответ брат Вартана газовал ещё сильнее и сыпал словами на странном языке.

Смена сигнала светофора была для Герхарда радостным событием. Он радовался как ребёнок, когда очередной перекрёсток оказывался позади. Голова трещала от постоянного грохота, хотелось поскорее оказаться дома и каждая заминка на пути казалась мучительным испытанием.

Наконец они выехали на «финишную прямую». Так Герхард называл дорогу к заброшенному пригороду. Здесь Фарух чуть не налетел на размеренно кативший «Сириус», обругал водителя с пассажирами и сильно перегазовывая ушёл в отрыв. Миллеру показалось лицо шофёра знакомым, но он не придал этому значения. Ещё и не такое привидится за тёмными стёклами развалюхи.

Герхард испытал прилив радости, едва машина Фарида остановилась возле километрового указателя.

— Сдачи не надо, — он запихнул в смуглую ладонь смятую двадцатку, с облегчением выскочил из пропахшего чем-то приторно-сладким салона и с первой попытки открыл заднюю дверь. Стоя с пакетами у обочины, понаблюдал за манёврами старого «Седана». Не жалея покрышек, тот прочертил колёсами два полукруга, чуть не столкнулся со встречным «Табаско» и громко стреляя глушителем покатил в город.

72

Герхард стоял до тех пор, пока трескучие очереди не затихли вдали. Лишние свидетели ни к чему. В свободное время он читал детективы и знал, как полицейские находят преступников с помощью таксистов. Конечно, он не считал себя и товарищей преступниками, но раз за ними идёт настоящая охота, зачем облегчать преследователям задачу?

Улучив момент, Герхард перебежал шоссе. В ста метрах отсюда узкая тропинка ныряла в лесозащитную полосу, за которой в отдалении виднелись крыши заброшенных домов. Петляя между деревьев, тропа выбегала на заросшее жёлтыми и голубыми цветочками поле. Постепенно забирая влево, она пересекала растрескавшуюся дорогу, по которой во время строительства ездили автобусы с рабочими и строительная техника, ныряла в заросший бурьяном овраг, перепрыгивала через ручей, взбиралась на склон и бежала к рассыпавшемуся на пригорке пригороду.

День уже плавно приближался к пяти часам, когда Герхард подошёл к дому 59 по Коттонвуд стрит. Его появление не осталось незамеченным. Стивен и Мэтью увидели товарища, ещё в начале улицы и прикрывали всю дорогу.

Джонсон распахнул перед Герхардом дверь, едва тот ступил на крыльцо.

— Напрасно ты так, мы вроде как на войне, а ты идёшь прямо по центру дороги и даже не пытаешься прятаться.

— Зачем? — Герхард опустил пакеты на пол, подмигнул пилоту, стоявшему в глубине дома. — У тебя и Мэтью пушки, всё равно бы прикрыли.

Стивен хмыкнул, закинул автомат на плечо.

— Ты в курсе, сколько здесь мёртвых зон? Я из окна не видел и половины дворов. В каждом мог прятаться враг.