Охота на Мясника - Алов Константин

— Что это за хмырь? — поинтересовался он у знакомого гостиничного охранника.

— Он у них главный, — ответил тот. — Полковник ФСБ Спицын.

Крюков прошел мимо него и незаметно сбросил на пол жетон "РИФа".

Потом окликнул его:

— Это не у вас выпало?

Полковник посмотрел на жетон и растерялся. Потом, не глядя на Крюкова, лихорадочно подобрал и сунул в карман.

"Получается, что и на даче Лентулова жетончик в кучку пепла подбросил Спицын. А поскольку там его не нашли благодаря клептомании Крюкова, Спицын решил, что забыл его выложить. Или тот через дырку в подкладку закатился. А сейчас выпал. Занятно", — отметил про себя Крюков и пошел собирать вещи.

Когда спустя час новая охрана, плотно обступив Ван Дер Декена выводила его из отеля, лицо его показалось Крюкову маской обреченного.

— Будто под конвоем ведут, — уловил настроение знакомый гостиничный охранник.

Мерфи махнул Крюкову рукой:

— Я тебе позвоню!

И исчез в недрах лимузина.

Крюков набрал номер Ирины и вкратце обрисовал ситуацию.

— Значит наша работа закончена? — с явным облегчением спросила она.

— Хренушки. Она теперь только начинается, — тяжело вздохнул Крюков.

9

Мистер Вагнер прилетел в Москву на следующий день. В тот же вечер на приеме в его честь в ресторане "Метрополь" произошла встреча основных лиц, заинтересованных в развитии программы Юнител.

В небольшом банкетном зале второго этажа за круглым столом собрались пять человек. Через круглое окно они могли наблюдать то, что происходит внизу в зале.

Кроме самого мистера Вагнера здесь присутствовали зампред правительственной комиссии Биркин, члены комиссии генерал Павлов и полковник Спицын. В углу примостился экс-резидент советской разведки в Нью-Йорке Шнопак. Докладывал как всегда Биркин.

— Программа Юнител внедряется вполне успешно. Никакой паники по поводу наступления двухтысячного года не наблюдается. Правда сектанты немного мутят воду, но мы с ними разберемся. В отношении остальных противников развития программы Юнител проведена разъяснительная работа. Результаты более чем удовлетворительные.

— Хорошо, — мистер Вагнер прекрасно говорил по-русски. — Теперь необходимо привлечь в наши банки дополнительные средства. можно предложить сверхвыгодный льготный процент по вкладам, сделанным до наступления двухтысячного года. Мои банкиры этим уже занимаются. Далее. Что с Ван Дер Декеном?

Ему ответил полковник Спицын.

— Сейчас он находится под нашей охраной на одной из спецдач в Боженово. Мы можем убрать его в любой момент.

Кабинет был надежно защищен от прослушивания новейшими средствами радиоэлектроники, но все присутствующие непроизвольно поежились от такого неприкрытого цинизма.

— Он уже встречался с кем-нибудь? — спросил Вагнер.

— Пока нет. Премьер вылетел в Чечню, а президента охраняет наш друг.

— Ты имеешь в виду лейб-цирюльника Марата Тоцкого?

— Не называйте его так, он обидится, — вставил Биркин. — Он визажист. И пока ему успешно удалось создать у президента чувство устойчивой антипатии и недоверия к Ван Дер Декену и его организации. Президент прислал вам соболезнования по поводу смерти вашей супруги.

— Вот именно, тянуть не следует, — мистер Вагнер напрягся. — Надо принимать решительные меры. А как с "Фейерверком"? Генерал, у вас все готово?

— Сработает в лучшем виде, — заверил его не поворачивая головы генерал Павлов.

В соседней комнате, затаив дыхание, чтобы не пропустить ни слова сидели два человека — Крюков и Рудаков. Изощренная защита от подслушивания как всегда упустила из виду самый простой, но действенный инструмент — человеческое ухо. Особенности аккустики двух этих помещений делали взаимно доступным каждый звук.

Когда совет нечестивых закончился и собравшиеся спустились вниз в большой зал, Крюков тоже поднялся и позвал экс-резидента:

— Можно шевелиться, концерт окончен.

— Откуда ты узнал о существовании этой комнаты? — спросил Рудаков.

— Я начинал службу опером в гостиницах, в том числе и в "Метрополе". Ваши КГБшники в то время прослушивали своей аппаратурой весь большой зал. У нас такой техники не было, поэтому мы приспособили этот банкетный зальчик. По договоренности администрация сдавала его интересующим нас людям и мы могли спокойно прослушивать их старым дедовским способом.

— Получается, что Ван Дер Декену угрожает опасность, — сказал Рудаков.

— И не только ему. Всем нам, похоже, также приготовили небольшой сюрприз. Вы случайно не поняли, что этот генерал имел в виду, когда говорил о фейерверке?

10

В офисе кооператива Крюкова и Рудакова ждала Ирина. Лицо ее было бледно. Прямо с порога она огорошила их вестью:

— Ван Дер Декен убит.

— Как так?

— Не знаю, подробности пока не известны. ФСБ держит все под своим колпаком.

Рудаков тут же умчался за информацией к своим бывшим коллегам.

Крюков хотел ехать с ним, но его задержал звонок мобильника. Звонил Мерфи.

— Моего шефа убили, — сказал он.

— Уже в курсе, — ответил Крюков. — Ты случайно не знаешь, кого-нибудь конкретно подозревают?

— Знаю, — сказал Мерфи. — Конкретно подозревают меня. Ты не удивлен?

— Нет. Ничего другого я и не ждал. Ладно. Через полчаса я тебя жду возле мавзолея на Красной площади.

— Меня ищут!

— Вот именно. Купи в магазине, только обязательно в магазине, а не с рук, зимнюю солдатскую шапку и надень вместе с ценником, чтобы он болтался. Повесь на шею фотоаппарат и иди пешком на Красную площадь.

Там самое безопасное для тебя место. Ни одна собака не заподозрит.

Нормальный турист. Если меня не будет, погуляй, пофотографируй милиционеров. Они это любят. Но без меня не уходи. Даже если тебя будут уводить силой.

Сразу после этого Крюков перезвонил Шабанову.

— Что у тебя есть по убийству Ван Дер Декена? — спросил он.

Шабанов для порядка поломался, потом сообщил:

— Он убит ночью в спальне. Его прятали на одной из спецдач в Боженово. Охрана — трое сотрудников ФСБ — тоже убиты. В убийстве подозревается его личный телохранитель по фамилии Мерфи. Но на самом деле никакой он не Мерфи.

— А кто же тогда? — Крюков был не на шутку озадачен.

Его имя Джон Твала. Он член террористической организации южноафриканских негров "Красный ассегай". Учился в Москве. Отсюда и прекрасное знание русского языка.

— Откуда такая убойная информация?

— Из штаба полковника Спицына. Его, говорят, к генерал-майору представили. Сам понимаешь, такой мужик свистеть не будет.

— Я сильно сомневаюсь, что Мерфи хотя бы отдаленно представляет себе, что такое ассегай, — ответил Крюков. — Вот в компьютерах он рубит.

А почему именно южноафриканский? У нас в Москонцерте артист Боб Цимба здорово на балалайке играет. Он негр рязанский, но по-русски тоже хорошо говорит. Причем с рязанским акцентом.

— Ван Дер Декен был родом из Южной Африки.

— Правда? А я думал, что из Голландии. Кстати, он однофамилец Летучего Голландца. Но если и из Африки, что дальше?

— А то, что другой его земляк и коллега, исполнительный директор Международного валютного фонда Роберт Смит, был убит в ночь на 23 ноября 1977 года там же, в ЮАР. То ли спецслужбами, то ли террористами.

Убийц так и не нашли.

— Ван Дер Декен убит не "там же", а "тут же", — поправил Крюков. Поэтому и спецслужбы с террористами надо искать не тамошние, а тутошние. Лечиться надо, Ватсон.

Шабанов на Ватсона обиделся.

— Тем не менее нам нужно допросить твоего негра. ФСБшники его тоже ищут.

— Они бы лучше искали тех, кто дома взрывает. Вечно лезут не в свое дело. Хотя, может быть, это как раз их дело. Ладно, встречу Олега Кошевого — передам, что гестапо заходило и шибко сердилось. Еще вопросы-пожелания будут? Нет? Тогда можно разойтись и оправиться. Извини Жека, дела. Не сегодня-завтра орден получать в Кремль идти, а у меня галоши рваные.