Лакс: Красная Камелия - Vivi Winner

выбралась из машины и почти бегом бросилась к дому. Первым же делом я направилась в кабинет к отцу. К счастью, по пути мне никто не встретился.

— Отец, думаю, я в праве узнать всё об аудиенции с Джейсоном Кронером, — прямо с порога заявила я.

— Это касается непосредственно тебя, Василисса, — папа указал на стул, как бы предлагая мне присесть, что я и сделала, — Джейсон Кронер и в самом деле влюблён, — уголок его губ тронула улыбка.

— Что это меняет?

— Есть смысл доверять ему.

— Что? Пап! Разве ты можешь опираться только на это?

— Василисса, быть избранным, заключается не только в том, что тебя таковым признал камень.

— Я не понимаю.

— Меня невозможно обмануть, — просто ответил отец.

— Никто бы и не стал тебя обманывать, ты же Анри Лакс!

— Наивно так думать, Василисса. Ты разочаровываешь меня.

— Прости, отец.

— Ты слишком добра и наивна для этого мира, Василисса. Это и дар и проклятие.

— Но…

— Не будем об этом. Поговорим об аудиенции.

— Конечно.

— Я рассказал Кронеру о том, что твой суженый — Малум.

— Что? — я подскочила со стула.

— Он хочет вашего брака больше из-за любви, чем из-за союза Лакс и Кронер.

— Больше? Значит выгоды он также жаждет?

— Да. Но знаешь что, дочка? Он этого не скрыл, точнее, не попытался скрыть.

— А Райан? Что он думает, говоря о нашем возможном союзе? — полюбопытствовала я. Отец глубоко вздохнул.

— Не об этом сейчас разговор.

— Что ты скрываешь, пап? — тихо спросила я, снова заняв место на стуле.

— Василисса, не вынуждай меня злиться на тебя. Либо мы говорим об аудиенции, либо ты сейчас же встаёшь и уходишь в свою комнату.

— Я остаюсь, — ответила я. Тон отца меня напугал.

— Джейсон пришёл ко мне от своего лица. Он просил твоей руки. Его отец ничего не знает об этой аудиенции. Мы побеседовали. Я прямо ему сказал, что твоим суженым станет Райан Малум. Должен признать, Джейсон Кронер в совершенстве владеет собой, в этом он преуспел больше, чем твой брат.

— Адриан только с семьёй и с Элией не скрывается, — заступилась я за брата.

— Неужели?

— Прости меня, — автоматически на лаксонском языке ответила я.

— Я наблюдал за реакцией Джейсона, — как ни в чём не бывало продолжил отец, — Но не за его физическим проявлением, я буквально подключился к его чувствам.

— Как это?

— Это дар. Я могу воспринимать эмоции, чувства, не только на физическом уровне.

— Это поразительно!

— Это полезно.

— Отец, ты и мысли читать умеешь? — серьезно спросила я. Папа усмехнулся.

— Это было бы ещё полезнее, но такой дар мне не доступен.

— И что чувствовал Джейсон?

— Любовь, — коротко ответил папа.

— А ещё?

— Я спросил у него, могу ли я ему доверять, он не задумываясь ответил, что могу. Это была правда. Я слишком многое поставил на кон, доверившись ему, я это признаю. Василисса, это я сделал только ради тебя.

— Что это значит?

— Что бывает, когда с одним из суженых случается беда после брака?

— Духовно?

— Нет.

— Другой суженый имеет право выбрать себе нового суженого. Точнее, семья должна выбрать. Но, насколько мне известно, если судить по тем книгам, что я читала, никто и никогда не выбирал себе нового суженого. Разрыв с суженым также разрывает и души обоих суженых. После такого никто не вступает в брак, потому что боль от разрыва слишком сильна.

— Так и есть, не было зафиксированных случаев. В сказаниях из Хранилища нет ни одного зафиксированного случая даже простой симпатии к новому лаксону или лаксонке.

— Но к чему ты это всё говоришь? Я не понимаю, отец.

— После того, как мы разберёмся с семьёй Малум, они будут признаны недостойными, и после этого ваш союз можно будет расторгнуть. Ты сможешь быть с Джейсоном Кронером.

— Пап, зачем ты так? Что будет с моей душой? А что если Райан ни в чём не замешан, какое право мы будем иметь, чтобы судить его наравне с виновниками? А если мы всё же не будем его судить, то он так и останется моим суженым?

— Да, некоторые риски есть, касаемо разрыва души, но мы можем полагаться на твои чувства к Джейсону. Покушение лаксона на жизнь другого лаксона — самый тяжкий грех, который предусматривает самое тяжелое наказание. Сначала вся семья будет признана недостойной, но затем виновников казнят. Я ответил на твои вопросы?

— А Виктория? Она Малум по крови.

— Ты сама ответила на свой вопрос.

— Так и её сочтут недостойной…

— Именно.

— Сколько много жертв…

— Не нужно переходить дорогу лаксону, особенно когда этот лаксон носит фамилию от имени прародителя, и когда этот лаксон — избранный.

* * *

Почти всю ночь я не могла заснуть, бесконечно думая о вечернем разговоре с отцом. Перед сном я рассказала обо всём брату, с разрешения отца, умолчав лишь о том, что папа считает Джейсона более достойным, чем своего собственного сына. Адриан был в полном шоке, и более того, он осудил решение отца. Что же я обо всём этом думаю? Считаю, что прежде чем выкладывать Кронеру все карты, стоило посоветоваться со мной. Должна признаться, что я также осуждаю решение отца. Да, я чувствую, что люблю Джейсона, но разрыв связи с суженым… Думаю, что такое даже я, прямой потомок Великого Лакса, не смогу вынести. Мне по-настоящему страшно. Сказать об этом отцу или умолчать? Об этом мне ещё предстоит подумать. С другой стороны, возможно, мои чувства к Джейсону Кронеру окажутся сильнее связи между сужеными, но заранее это никак не выяснить.

Я встала с кровати, что далось мне с трудом, приняла ванные процедуры и выпила таблетку. Пока ждала Элен, полюбовалась своей Красной Камелией, снова думая о Джейсоне. Я совершенно не знаю, как вести себя с ним.

Пока Элен собирала меня в школу, сделав высокую причёску и лёгкий макияж, я пыталась предугадать события предстоящего дня. Думаю, что сначала я встречусь с Джейсоном, переговорю с ним, а там будет уже видно, что будет дальше. Я оделась в подготовленную одежду и спустилась к завтраку.

Моя мама. Мама, которая, казалось бы, терпеть меня не может, встретила меня с улыбкой и пожелала доброго утра. К хорошему быстро привыкаешь. Скоро всё станет, как было прежде, если я снова начну общаться с Джейсоном Кронером. Перед тем, как на меня обрушится весь гнев матери, нам нужно будет провести время вместе, чтобы я успела запечатлеть в памяти всё хорошее о ней. Брат с папой также пожелали мне доброго утра, и мы всей семьей принялись за