Трое шведских горных мужчин - Лили Голд

— Нет.

Он с облегчением откидывается назад, глядя, как я снимаю футболку.

— Слава богу. Мне все еще есть что предложить в этих отношениях.

— Мы можем, черт возьми, покончить с этим, — рычит Коул. Я сбрасываю свои джоггеры[30] и обхватываю его челюсть, крепко целуя. Он крепче прижимает меня к себе, просовывая язык мне в рот и запуская грубую руку в мои волосы. Я чувствую как его большие пальцы тянут волосы, посылая маленькие искорки боли по моей коже головы.

К тому времени, как мы отрываемся друг от друга, задыхаясь, Ривен возвращается, роняя мою маленькую дорожную смазку на одеяло. Я тру рот, чувствуя, как мои губы покалывает.

— Если ты когда-нибудь захочешь, чтобы я заткнулся, — предлагает Илай, снимая рубашку, — это, вероятно, сработает и на мне. Может быть. Думаю, есть только один способ это выяснить.

Смеясь, я ползу вперед, чтобы поцеловать его, держа свою задницу на коленях Коула. Я слышу, как открывается крышка бутылки, и напрягаюсь в объятиях Илая, внезапно занервничав. У меня пересыхает во рту.

— Я… прошло много времени с тех пор, как я делала это в последний раз.

— Мы будем двигаться медленно, — обещает Ривен, отстегивая ремень. Он делает паузу. — Ну что ж. По крайней мере, в самом начале.

— Затем мы будем действовать жестко, — заканчивает Илай с усмешкой, облизывая мою нижнюю губу. Я слегка подпрыгиваю, когда Коул стягивает с меня нижнее белье и нежно раздвигает мои ягодицы. Холод касается моей чувствительной кожи. Он проводит скользким пальцем по кольцу мышц, смазывая мою дырочку. С каждым кругом, который он рисует, он усиливает давление, пока я не начинаю хныкать, вырываясь.

— Расслабься, — бормочет он позади меня. — Ты слишком тугая.

— Я… мне очень жаль. Я просто… — Меня удивляет, насколько я нервничаю. Мое сердце колотится в груди еще быстрее. — Я не могу.

Я не могу. Срань господня. Что со мной не так? Даже в абсолютно безопасной, благоприятной обстановке я не могу избавиться от последних остатков старого смущения. Я не хочу стыдиться секса. Я не хочу, чтобы это было частью моей жизни.

— Эй. — Коул сжимает мои бедра. — Не смей извиняться. Ты не гребаная секс-игрушка. Никогда не делай того, чего не хочешь.

— Но я действительно хочу, — практически плачу я, снова прижимаясь к нему. — Я просто… Думаю, я не делала ничего подобного с тех пор, как Сэм рассказал мне о видео.

— Подвинься, — приказывает Ривен, и Илай сдвигается так, что они оба становятся на колени передо мной, одетые только в боксеры. Он обхватывает мою щеку, его большой палец поглаживает мою скулу. — Все в порядке, — тихо говорит он. — Как я и говорил. Мы начнем медленно. — Он бросает взгляд на Илая. — Почему бы тебе не расслабить ее немного?

Илай усмехается, протягивая руку, чтобы коснуться моих губ. Я автоматически открываю рот, втягивая его пальцы, и наблюдаю, как его зеленые глаза темнеют, когда я провожу по ним языком. Медленно он снова вытаскивает их и проводит ими вниз по моему телу. Между грудей, по изгибу живота, затем между ног. Я закрываю глаза, когда он начинает играть со мной. Я смотрю на его лицо, темное и сосредоточенное, с легким румянцем на скулах, и чувствую, как меня бросает в жар. Позади меня Коул продолжает тереться о мою задницу смазанными пальцами, заставляя меня дрожать. Рив наклоняется и начинает целовать мою шею медленными, восхитительными посасываниями, и мои соски твердеют почти до боли. Влага скапливается у меня между ног. Илай рисует круги вокруг моей киски, периодически входя и выходя, пока я не чувствую, что трепещу и сжимаюсь.

— Просто сделай это, — выдавливаю я сквозь стиснутые зубы. Он ухмыляется, послушно просовывая оба пальца внутрь. Я начинаю вздыхать с облегчением, как вдруг Коул усиливает давление. Я подпрыгиваю, извиваясь, когда подушечка его пальца толкается внутри меня.

Боже мой.

Два пальца Илая в моей киске и один палец Коула в моей заднице. Я чувствую, как каждый дюйм моих внутренностей становится скользким и влажным. Мне вдруг стало так чертовски жарко, что я не знаю, что делать. Это безумие. Я совершенно отчаянно нуждаюсь в облегчении. Я чувствую, как их пальцы двигаются внутри меня, посылая рябь прямо сквозь меня. Я пытаюсь потереться о руку Илая и вернуться к руке Коула, отчаянно разрываясь между ними.

— Полегче, — тихо приказывает Ривен, беря мое лицо в свои руки. — Поцелуй меня.

Я так и делаю. Я целую его крепко, отчаянно, но от этого становится только хуже. Я становлюсь все горячее и горячее, когда язык Рива скользит по моему, а Илай погружает свои пальцы внутрь меня, массируя точку G.

Коул вводит в меня еще один палец, растягивая, и электричество разливается по моим венам. Рив притягивает меня ближе, втягивая мою нижнюю губу в рот, и боль во мне становится в десять раз сильнее, сжимаясь в животе. Мне приходится отстраниться, чтобы застонать. У меня голова идет кругом. Я не могу отдышаться. Я переношу свой вес снова и снова, но не могу ослабить давление, нарастающее внутри меня. Моя киска кажется опухшей, скользкой и насквозь мокрой. Я чувствую, как нежная кожа подергивается и болит. Возбуждение в моем животе становится все сильнее и сильнее, вспыхивая и обжигая, бушуя во мне. Меня никогда в жизни так сильно не дразнили.

Позади меня Коул добавляет третий палец. Я дрожу от ощущения растяжения, а затем задыхаюсь, когда Рив начинает нежно играть с моими сосками. Я чувствую, как начинается мой оргазм, нарастающий внутри меня, и закрываю глаза, вцепляясь руками в простыни, готовясь к тому, что волна накроет меня.

А потом она снова исчезает, когда Коул и Илай одновременно вытаскивают свои пальцы. Я скулю, автоматически сжимаясь, пытаясь удержать их внутри себя.

Илай смеется.

— Не волнуйся, Динь. Тебя ждет кое-то большее.

Я знаю это, но это не меняет того факта, что сейчас я страдаю и опустошена с двух сторон. Я извиваюсь, тяжело дыша. Я чувствую себя воспаленной и дрожащей. Я пихаю свою задницу обратно в Коула.

— Пожалуйста, — выдыхаю я.

— Ты готова? — В его голосе звучит скептицизм.

— Я не знаю, — медленно говорит Илай. — Я думаю, мы могли бы поиграть с ней еще немного.

— Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, — соглашается Рив.

— Если никто не засунет в меня член в ближайшие пять секунд, клянусь богом, я просто оторву их у вас.

Три глубоких смеха грохочут вокруг меня.

— Я не шучу, — шиплю я. — Пожалуйста, просто, пожалуйста…

— Шшш, — шепчет Коул мне на ухо. Его большие