Багровый океан - Алеш Обровски

– Да? И в каком месте?

– По всему телу.

– Предлагаешь пропустить всех через медблок? – удивился Паркер. Агент выпрямился в кресле.

– У тебя есть диагностическое оборудование? – спросил он.

– Мы же лечим раненых, – ответил Гаррет.

– Нет, такое не пойдет.

– А если сделать надрез?

– Резать придется глубоко, замучаешься штопать потом весь персонал.

Лоуренс снова развалился в кресле и задумался. Генерал, воспользовавшись паузой, перевел взгляд на тактическую карту. Судя по ней, перевес в сражении был на стороне землян, незначительный, но все же перевес. Усилить натиск, и бледнокожие отступят.

– Как же его вычислить? – спросил Паркер.

– Ты должен знать свой персонал. Знать о своих подчиненных все: привычки, черты характера, кто с кем поддерживает отношения, кто кого ненавидит, подробности из личной жизни, наконец, – повысил голос агент. – Ты должен все это знать, а оборотень не знает этого. Он может скопировать лицо, форму тела, но не внутренний мир. Только при соблюдении этого условия ты легко отличишь этого червя от остальных.

– Я не знаю свой персонал настолько… глубоко, – сказал генерал. – Это просто выше человеческих усилий. У меня хватает забот и без этого.

Лоуренс провел ладонью по лицу.

– Ты меня разочаровываешь, Гаррет, – сказал он, вздохнув. – Придумай сам что-нибудь.

– Послушай… все они, в смысле экипаж, видят друг друга каждый день и знают «повадки» своих товарищей. Солдаты все равно более или менее знакомы друг с другом, пусть пообщаются, а там глядишь, и вычислят этого… оборотня.

– Так, – Лоуренс сцепил руки в замок и подпер им подбородок. – Что дальше?

– Я объявлю по общей связи о создавшейся проблеме. Расскажу людям все, как есть, и они сами найдут и приведут его.

– Хорошая мысль, – похвалил Дэн. – Для большей эффективности пообещай отпуск тому, кто приведет оборотня.

– Нет, – возразил Паркер, – отпуск обещать не буду, а то начнут «стучать» на всех подряд. Обойдемся без наград.

Агент в ответ на это лишь усмехнулся.

– Доложи через час, – произнес он, поднимаясь из кресла.

– Что? Через час? – не удержался Паркер.

– Тебе нужно больше времени?

– У меня тут война, черт побери! Корабль рвут на части, а я должен заняться этой… ерундой? Я выполню любую твою прихоть, но только после окончания боя.

– Ты не понимаешь, что происходит, Паркер, – Лоуренс тоже повысил тон. – Мне необходимо выяснить, что это за тварь. Если мы закрыли проект, то откуда это тогда взялось? Не исключено, что происки Сообщества, а если так, значит, эхиры начали внедрение.

– Я не могу отступить сейчас! – настаивал Паркер. – Бледнокожие словно с цепи сорвались. Если мы отдадим им Доле, это подстегнет их решительность. Они поймут, что наша армия в глубокой заднице. Сообщество просто порвет нас в тряпки.

– Ты недооцениваешь свои силы.

– Мы только что переломили ход сражения в свою сторону, и я не собираюсь оставлять эхирам даже малейшего шанса победить.

– Тем более, Гаррет. Твоему флоту осталось лишь добить врага. Никто не упрекнет тебя в том, что ты подождешь в сторонке. Прикажи капитану отойти на безопасное расстояние.

– Вот уж хрен! – выпалил генерал. – Это твой оборотень подождет, а мне нужно закончить начатое и показать этому бледнокожему отродью, кто здесь главный.

– Если мы его потеряем… – пришла очередь Лоуренса повысить голос.

– Не потеряем, – заверил Паркер. – Никуда он не денется с корабля.

– Тем не менее, я настаиваю, – зарычал агент. – От этой чертовой посудины сейчас очень многое зависит. Если она «пойдет ко дну», то след этой твари пропадет навсегда. Отведи звездолет на безопасное расстояние и отлови оборотня.

Паркер побагровел от злости. Эти выскочки от комитета слишком многое себе позволяли. Генерал не привык, что ему как высшему органу военной власти приказывает какой-то агент. Паркер плюнул в сторону и, подойдя к терминалу связи, прогавкал в микрофон:

– Капитан Бернс, код семнадцать. Малый ход к сектору двадцать один. Все орудия к бою. Поражать мелкие цели. Разделить войска противника и уничтожить, либо обратить в бегство.

– Вас понял, генерал, – отозвался капитан.

В этот момент звездолет легонько дернулся, прибавив скорость.

– Я закончу бой, чего бы мне это ни стоило, – проговорил Паркер, глядя в выпученные от изумления глаза Лоуренса. – А тебе советую не стоять у меня на пути и не мешать мне, иначе я пристрелю тебя за склонение к дезертирству. Я имею на это полное право.

С этими словами, довольный собой, он покинул отсек.

Паркер осознавал, какие неприятности ждут его в дальнейшем. Он ослушался агента, а это значит, он ослушался приказа Федерации. Тем не менее, он не верил Лоуренсу. По версии самого Гаррета – оборотня запустил именно агент, чтобы копнуть под генерала. Паркера поставили перед выбором, и какую бы позицию он ни принял, решение все равно было бы неверным.

Выполнить приказ агента, значит подставить флот. Ослушаться – поставить под угрозу само человечество и опять же позволить событиям развиваться не в пользу землян.

Но Паркер не был бы генералом, если бы был настолько глуп. Он закончит сражение. Потом вычислит оборотня и выбросит его за борт вместе с агентом Лоуренсом, и пусть потом Федерация докажет, что того не унесло в космос через пробоину во время сражения.

Лоуренс в это время, полностью оправившись от потрясения, вызванного полным неповиновением Гаррета, решил действовать самостоятельно.

«Что же, генерал, – думал он. – Я справлюсь и без твоей помощи. Возможно, даже схлопочу повышение, а вот тебя ждет большое потрясение, когда ты лишишься своего драгоценного звания».

Он направился в центр связи.

Преодолев несколько отсеков и пару лестничных пролетов, Лоуренс достиг нужного отсека. Найдя техника, он затребовал выделенный канал на общей частоте. После минутного тестирования связист дал понять, что линия готова.

Хьюстон покинул шлюз. По металлической лестнице он поднялся на верхнюю палубу. Здесь, как и на всем корабле, царили хаос и разруха. Ревела тревога, сыпали искры, а сизый, пахнувший горелой изоляцией дым, стелился по полу и вызывал сладковатый привкус во рту. Корабль дернулся. Заработали двигатели, придавая звездолету ускорение. Этот легкий толчок позволил Хэнсу сориентироваться. Если судно начало движение вперед, значит, Хьюстон идет к носу. Это не совсем правильная дорога, и она не приведет его к спасательным капсулам, но вместо этого он может добраться до мостика и «встретиться» с капитаном или даже и с Паркером.

Корабль снова начал содрогаться. Бой вернулся в прежнюю фазу. Бортовые орудия своим огнем вызывали легкие толчки корпуса, а маневровые двигатели принялись мотать звездолет из стороны в сторону, вызывая головокружение и дезориентацию экипажа.

Давление в отсеках неумолимо падало, воздухогенераторы не справлялись с возрастающей нагрузкой. Резервные баллоны постепенно пустели. Еще немного, и сильно поврежденные отсеки начнут изолировать от остальных, более или менее уцелевших. Оставалось надеяться, что бой приближается к завершению, и звездолет в ближайшее время войдет в атмосферу Гайгана для продувки отсеков, а возможно и с целью посадки, для ремонта.

Черте ними с капсулами. Если Хьюстон воспользуется спасательным модулем, а «Гидора» все-таки уцелеет, то он уже никогда не встретится ни с Джимом, ни с Дарной. Надо выполнить задание, во что бы то ни стало.

Надежды Хэнса на саботирование систем корабля еще не утратили своей силы, поэтому он, придерживаясь своей первоначальной цели, продолжил движение по направлению к мостику.

«Нужно обезглавить этого монстра, – думал он, намереваясь прикончить капитана. – Тогда справиться с «Гидорой» станет в разы проще».

Хьюстон преодолел несколько дырявых как решето отсеков с воющей сиреной и вошел в коридор, резко углубляющийся в «недра» звездолета.

Каюты начальства располагались ближе к центру корабля и таким образом были наиболее защищены от внешних «воздействий», то есть от снарядов противника. Не каждый заряд был способен преодолеть «сэндвич», состоящий из двойной внешней оболочки, слоя вспомогательного оборудования, упрятанного в соответствующие отсеки, и приправы из солдатских тел, готовых пасть по приказу начальства в любой момент и за любую идею.

«Внимание, – раздалось в голове Хьюстона. – Говорит уполномоченный Федеральной комиссией агент Дэнзель Лоуренс».

Хьюстон остановился. Не тот ли это агент, что «тянул» Паркера не так давно?

«Солдаты Федерации, – продолжал Лоуренс, – вы самоотверженно сражались во славу человечества с нашим давним врагом эхирским Сообществом. С бледнокожим отродьем, которое мы все знали в лицо, и к методам ведения войны которого мы давно привыкли.

Да, эхирская армия горазда на многие подлости, но наших способностей всегда хватало на то, чтобы распознать и найти эффективные методы для их нейтрализации. Так случилось и в этот раз. Враг думал, что перехитрил нас, но мы оказались хитрее и смогли раскусить его замысел.