Багровый океан - Алеш Обровски

Но сначала нужно осмотреться, сориентироваться, узнать расположение основных узлов и вычислить, а впоследствии устранить капитана. Ведь грамотное командование способно удержать на плаву самое дырявое корыто, а «Гидора» непременно должен «пойти ко дну».

Пройдя пару десятков метров под полом, Хьюстон спустился еще на ярус ниже и попал в просторное задымленное помещение. Пахло горелым пластиком, сквозь дымку были видны сыплющиеся искры и слышны встревоженные голоса техников, изредка прерываемые хлопками коротких замыканий и шипением порошковых огнетушителей.

– Джерри!

Перед Хэнсом возник заляпанный сажей здоровяк с охапкой проводов в руках.

– Где тебя носит, черт? У нас тут аврал, мать его…

– Бин приказал заняться связью, – ответил Хьюстон.

– К дьяволу Бина. Нужно восстановить электроснабжение и продуть отсеки. Мы тут задохнемся к чертям.

– Что от меня требуется?

– От тебя? – здоровяк не удержался от усмешки при виде такого рвения.

– Помоги Уилсону, он у седьмого распредщита. Там все выгорело нахрен.

Кивнув, Хьюстон отправился «на помощь».

– Джерри! – заорал чумазый здоровяк вслед. Хэнс замер.

– Ты что, совсем заблудился? Туда!

Пришлось сменить направление.

Уилсона, равно как и седьмой распредщит, Хьюстон так и не нашел, впрочем, эти «двое» ему были совсем не нужны. Главное, он избавился от этого здоровяка с сажей на лице.

Пройдя сквозь дым к противоположной стене, Хэнс нырнул в узкую дверь и, не сбавляя шага, направился к следующей шлюзовой камере, маячившей сквозь решетку в потолке ярусом выше и двадцатью метрами дальше.

«Генератор гравитационного поля, категория три. Посторонним вход воспрещен!» – прочитал Хьюстон на табличке после серии неудачных попыток открыть шлюз.

Ниже надписи имелась заляпанная панель с картоприемником и глазком камеры видео наблюдения.

Хэнс похлопал по карманам. Кроме грязной тряпки и пучка проводов в них больше ничего не было. Никакой карты доступа, магнитного ключа или просто пропуска.

Выбор невелик: повернуть назад и поискать другой путь, либо найти способ попасть внутрь.

Каким образом можно вывести из строя генератор гравитационного поля, и как это скажется на жизнеспособности корабля, Хьюстон не имел никакого представления, поэтому решил вернуться на задымленную палубу. В любом случае, если камера его заметила и распознала, то у начальства возникнет вопрос: «Какого хрена простому технику Джерри понадобилось в генераторном отсеке?», и оно, начальство, непременно захочет этот вопрос задать.

Все-таки нужно сменить внешность. Хьюстон вернулся клюку, ведущему на нижний ярус, и стал спускаться обратно по лестнице, чтобы уйти из поля зрения камер.

– …Ваши оправдания меня ничуть не задевают, – услышал он голоса, доносившиеся сверху, едва успев пройти первый пролет. – Мы потеряли «Мотру», просрали один из космопортов, разбомбили крупнейший индустриальный центр, и вы мне доказываете, что ситуация под контролем.

– Это война, сэр, – ответил знакомый голос. – И мы не бомбили индустриальный центр, сэр.

Хэнс остановился. Знакомый голос, знакомая фраза – Паркер. Генерал флота Гаррет Паркер, собственной персоной, на этом корабле.

Осторожно поднявшись выше, Хьюстон посмотрел сквозь решетку.

Точно, Паркер, а пропесочивает его тот самый тип, которого «Гидора» подобрал в самый последний момент, едва не угодив под эхирский артобстрел. Что, интересно, это за шишка, раз повышает голос на военачальника подобного уровня?

– Мы проигрываем в этой, чертовой войне, – не унимался тот. – Проигрываем этим бледнокожим чертям, которые уровнем развития отстают от нас на сотню лет.

– Мы и так делаем все возможное, сэр, – Паркер не терял достоинства.

– Все возможное?..

Послышался хлопок воздуха – сработала шлюзовая камера, и голоса стихли.

Кто же этот начальник? Вопрос не давал покоя. Хьюстон остановился, пытаясь найти ответ, который он, похоже, давно знал, но почему-то прятал от самого себя.

Кто командует военачальниками?

«…Нам быстро найдут замену», – вспомнил он слова Гаррета, произнесенные когда-то на совете.

Федерация. Точно. Этот второй – федеральный агент. Какой-то важный хрен, как, например, Джим Эткинсон.

Что здесь происходит?

Отдав приказ на диверсионные вылазки против своих же, дабы подхлестнуть генералов на скорейшее завершение войны, Федерация вымещает зло на военачальниках за собственные методы?

Может, таким образом «верхушка» пытается воздействовать на генералов?

Что-то не сходится, хоть и похоже на правду. Или, может, все эти действия направлены на то, чтобы сместить Паркера. Тоже возможно, хотя физическое устранение обошлось бы гораздо дешевле.

Хьюстон задумался, пытаясь все взвесить и найти зацепку к разгадке этого вопроса. Какую игру ведет Федерация и ведет ли вообще. А если нет?..

Остается одно – Эткинсон лжет. Он просто выдает себя за федерального агента, не являясь таковым. Его либо отстранили, либо он просто «беглец», пытающийся реабилитироваться или отомстить за что-то. Хьюстон еще раз пожалел, что не изучил внимательно его досье.

Уничтожить два флагманских корабля, стоимостью не один миллиард. Конечно, Федерация никогда бы не пошла на такое. Как он сразу этого не понял. Ведь это было настолько очевидно, что даже полный идиот догадался бы. Эта мысль так настойчиво мозолила мозг на протяжении всех этих дней, но у Хэнса не было ни времени, ни желания обратить на нее свой «взор».

Нет, нет и нет. Федерация не разжигает войну, хоть и стремится быстрее ее закончить. Гайган не является полигоном для обкатки клонов. Искусственно выращенные солдаты просто крайняя мера, на которую вынуждено было пойти командование. А генералы не отмывают грязных денег на войне, как это преподнес Джим, они просто пытаются сохранить свои должности на фоне одного поражения за другим.

Хьюстон почувствовал себя облапошенным. Его просто провели, заставив выполнять грязную работу, которая никому кроме Эткинсона, не была нужна. Джим преследует какие-то собственные цели, возглавляя организацию, которая не имеет и никогда не имела ничего общего с Федерацией.

Теперь Хэнс – предатель, военный преступник, и прикрыться чьими-то приказами у него уже не получится. Джим провел его, очень тонко провел, сыграв на психологии и общем состоянии Хьюстона, оставшись при этом чистым.

Да, Дарна была права, теперь, чтобы избавиться от Хэнса, Эткинсону достаточно просто сдать его воякам. И произойдет это, скорее всего, сразу после выполнения задания.

«Ну что же, Джим, – подумал Хьюстон. – Звездолет рухнет, как ты и пожелал, но потом мы все равно встретимся, и я вытрясу из тебя всю правду».

Спустившись на нижний ярус и старясь не попадаться на глаза другим техникам, шныряющим по задымленному отсеку, Хэнс отыскал другую дверь и, открутив штурвал, вышел в протяженный узкий коридор, огороженный сеткой.

По ту сторону сетки тянулись кабели и трубы, покрытые пылью и паутиной. Какой-то технологический тоннель. Корабли подобного класса просто «изъедены» вдоль и поперек такими вот проходами. Имея при себе подробную схему, Хьюстон мог бы попасть по ним в любой отсек. Но плана не было, а без него он рисковал заблудиться в недрах звездолета навсегда.

Тем не менее, Хэнс пошел вперед, благо коридор пока не имел поворотов и разветвлений.

Достигнув конца этой техногенной кишки, Хьюстон оказался в просторном, полутемном отсеке под генераторами гравитационного поля. Сами генераторы в виде четырех огромных махин свисали с потолка. Причем основные части этих индустриальных айсбергов располагались палубой выше и были скрыты от посторонних глаз шлюзовой камерой с картоприемником на воротах.

К каждой их видимой части шел внушительный пучок толстенных кабелей, продетых сквозь металлические защитные рукава. Слышалось мерное гудение – генераторы работали, создавая искусственную силу тяжести на палубах звездолета.

– Джерри? – услышал Хэнс знакомый голос.

Повернувшись на звук, он заметил Дж. А. Бина, спускающегося по лестнице. Да, впредь надо быть более осторожным и скрытным.

– Какого хрена ты здесь делаешь? – спросил Бин подозрительно.

– Ищу обрыв сети, – ляпнул Хьюстон первое, что пришло в голову.

Закончив спуск, Дж. А. Бин направился к нему. Хэнс обшарил взглядом потолок в поисках глазков камер, но ничего не увидел в полутьме. Начальник неумолимо приближался.

– Черт дери, лучше бы ты сказал, что просто заблудился, Джерри, – не унимался Бин. – Прости, но я должен сообщить об этом капитану.

В этот момент что-то легонько постучало по обшивке звездолета. Подобный звук не предвещал ничего хорошего. Хьюстон помнил это, руководствуясь собственным печальным опытом. Нехорошее предчувствие заскреблось, где-то внутри грудной клетки.