Сказания о Небожителях. СФера - Кенли Мэри

– Она не сможет стать столпом, – негромко проговорила Шоу Ксиодан.

Все Старейшины сейчас смотрели на озеро энергии, чувствуя единое напряжение.

– Лучше бы похоронить девочку с миром, – вздохнула Хао Роу, которая явно испытывала серьезные моральные терзания в тот момент.

Дань Зедонг молчал. Бравый воин будто не мог до конца принять факт предательства Инь Эйгуо. И только Ван Линг проговорил:

– Я верю в Си Вэй-Тина. Прошу вас, Старейшина Юй, сделайте все возможное для Кан Мейлин.

Он был единственным раненным среди пяти лидеров. На плече Ван Линга расползлось темное пятно крови, намекающее на предшествующую битву с культиваторами-разрушителями. Но в тот момент Бессмертные смотрели лишь на девушку, которую не уберегли.

– Иди. Ты поймешь все сам, – одними губами прошептал Юй Чан-Лун.

Старейшина пика заклинателей смотрел на светящееся озеро и столпы. А еще на Источник, подобный цветку. Лан Шанью чувствовал себя странно. Дикая сила озера будто призывала его сделать шаг вперед, и он ступил на зеркальную гладь, не проваливаясь в энергию.

Кан Мейлин мирно покоилась на его руках. Она словно спала и вот-вот откроет синие глаза и удивленно на него посмотрит.

В какой-то момент Лан Шанью, кажется, ослеп. Сияющей белизны было так много, что он ничего не видел. Вероятно, именно так Источник постепенно обращал Бессмертных в столпы. Шанью не видел, но чувствовал пугающий цветок, сотканный из космической ци. Из чего-то, что много выше духа. Его руки задрожали, а капля крови медленно стекла по лбу, тут же испаряясь. Невыносимо. Это так мощно, что Шанью понимал: еще чуть-чуть – и его испепелит.

Как Инь Эйгуо собирался поглотить Источник? Впрочем, он бы смог разрушить столпы и этим нанести непоправимый вред Храму.

Лепестки цветка раскрылись, и интуитивное чувство сообщило Лан Шанью очевидное. «Отпусти ее. Дай ей погрузиться в Источник». Руки ослабли, но он осмелился сопротивляться давлению силы. Шанью боялся. Боялся потерять Кан Мейлин в это мгновение.

Но в ослепительном сиянии на него вдруг воззарились мудрые и хитрые глаза. Словно сам творец…

– Надеюсь, вы не ошибаетесь, Бессмертный Си, – процедил сквозь зубы Лан Шанью и отпустил Линлин.

Темноволосая девушка потонула в Источнике, не оставив и следа. А Шанью обнаружил себя стоящим на берегу. Он упал на колени, и изо рта его полилась отвратительная черная жижа. Словно все тело подверглось принудительному очищению.

– Ох, несчастный. Пойдем, надо тебя подлечить, – вздохнула Хао Роу.

– Если и была в тебе тьма, Лан Шанью, сейчас от нее не осталось и следа, – понимающе усмехнулся Юй Чан-Лун. – В противном случае Источник испепелил бы тебя на месте.

Старейшины уходили прочь, зная, что впереди грядет нелегкое время.

Восстановление. Суд. Погребение умерших в войне.

Лишь Ван Линг остался стоять, вознося безмолвную молитву озеру.

С того дня минуло два года. Храм Небожителей выстоял, хоть и понес потери.

Большинство демонических сект были уничтожены, но остатки их распространились по миру, подобно заразе. Тем не менее, великие мастера не оставляли надежд и пытались обнаружить затаившихся приверженцев зла.

В один из дней Духовная Сфера вдруг треснула. Эта глубокая трещина вызвала вибрации в мировой энергии, и первым на нее среагировал Лан Шанью. За несколько лет он возмужал, но его ледяное спокойствие казалось монолитной каменной коркой. Многочисленные ученики и мастера пытались приблизиться к нему и потерпели поражение. Лан Шанью всегда отправлялся на самые опасные миссии и возвращался из них победителем. Некоторые твердили о том, что он отпустил духовного зверя Ханькси на волю, однако львинокрыл то и дело находил старого друга, помогая ему в боях.

Так или иначе, спокойствие Шанью треснуло одновременно с Духовной Сферой.

Мужчина с алыми глазами явился в зал артефактов и замер, увидев Юй Чан-Луна. Бессмертный пика Тайшань все чаще находился в глубоких медитациях, а потому его нечасто можно было встретить в таком месте.

– Время пришло, – слабо улыбнулся Старейшина.

Он прикоснулся к трещине, вливая в нее собственную бесконтрольную ци, а потом… Они оказались в ином пространстве, будто пересекли границу человеческого измерения. То оказалось тайное место горы Лианхуа, скрытое от чужих глаз.

– Именно с него все началось, – проговорил Юй Чан-Лун.

Благоухание многочисленных цветов, синеющее небо над головой. Там, на самой вершине, заросшая зелеными растениями, находилась священная «колыбель» горы. Бездонное озеро, очень похожее на убежище Источника.

Оно полностью заросло белоснежными лотосами, такими нежными и прекрасными, словно не от мира сего.

– Цитадель Белого Лотоса, – медленно произнес Лан Шанью, – это ведь древнее название Храма. Теперь я понимаю отчего.

– Да, – безмятежно улыбнулся Старейшина, – на пике Тайшань вы с Кан Мейлин даже обнаружили брата-близнеца этого озера. Удивительно, как непредсказуема судьба.

На противоположном берегу в нестерпимо ярких лучах солнца стояла фигура старца, знакомая им слишком хорошо. Очертания духа показали слабую улыбку, а потом он коснулся ладонями водной глади, и рябь затронула белоснежные лотосы, которые послушно расплылись, открывая тонкий женский силуэт.

И, когда свежий ветерок коснулся безмятежного лица Кан Мейлин, она распахнула глаза и поднялась из воды.

Удивительно, но ее белая одежда нисколько не промокла. Скромная ученица пика Шаньси походила на бессмертную фею, когда вышла на берег к Лан Шанью. В ее черных волосах сверкала серебряная прядь волос.

Юй Чан-Лун тактично отступил, позволяя двоим воссоединиться.

– Прости, – хрипло начал говорить Шанью, но Мейлин закрыла ему рот ладонями и слегка нахмурилась.

– Все в порядке. Не вини себя, то был мой выбор. – Она грустно улыбнулась. – Надо же, смерть действительно подобна долгому сну.

– Но ты не умерла, – Лан Шанью упрямо мотнул головой, – Источник восстановил твой дух.

– Удивительно, – прошептала Линлин, растерянно оглянувшись. – Во время этого сна я многое видела. Ты… Лан Шанью, в ту ночь, когда мы столкнулись с демоническим культиватором, ты действительно вторгся в его разум?

Он неловко улыбнулся, опуская взгляд:

– Это был единственный выход. Честно говоря, я собой не горжусь. Та техника… Я обучился ей в прошлой жизни. Вторжение в сознание, считывание воспоминаний. Подобное практикуют те, кто поклоняется демонам. А я использовал ее, дабы обнаружить их опорные точки. И потом передал эти знания Старейшинам. Я надеялся поторопить Бессмертных, дабы они успели вернуться и засвидетельствовать бесчинства Эйгуо.

– И у тебя вышло, – она одарила его нежным взглядом, пробежавшись тонкими пальцами по изменившимся чертам лица своего «демоненка».

– Нет, – отрывисто выдохнул он, поймав ее ладонь и сжав, – они не успели вовремя. Я почти потерял тебя.

– Лан Шанью, – Мейлин негромко вздохнула. – Не кори себя. Ты очень многое сделал. За то время, пока я спала, ты продолжал выслеживать зло и спас много людей.

– Если бы не воля Источника, я бы не спас тебя.

Линлин прервала его, запечатав губы мужчины настойчивым поцелуем. Аромат лотосов закружил их, осыпаясь белоснежными лепестками.

– Ты слишком много думаешь о плохом, Лан Шанью. О том, что могло бы быть. Но в этой жизни я проснулась, так что еще надо для счастья?

Кан Мейлин беспечно улыбнулась. Смерть, похоже, изменила ее, добавив гармонию в образ простоватой девочки. Они вернулись в Храм Небожителей рука об руку. Но в тот момент оба знали, что их обучение подошло к концу. И теперь наступило время прощаться с горой Лианхуа.

– Мои родители, – тихо спросила Кан Мейлин, рассеянно разглядывая место, ставшее ей домом.

– Я писал им письма, – ответил Лан Шанью, – в них говорилось, что ты отправилась в чертоги разума и совсем скоро вернешься. Полагаю, они подозревали истинное положение вещей. Твоя мать недавно написала, что ждет твоего возвращения и всегда будет ждать.