Сказания о Небожителях. СФера - Кенли Мэри

– Это он? – в голосе Лан Шанью прозвучали стальные нотки. – Это он сделал тебя такой?

– Я не знаю, – усмехнулась Мейлин, – но тогда мне показалось, что лишь ты способен защитить Источник. В конце концов, моя жертва очистила тебя. Я думала, что это невозможно, но…

Она резко прервалась и часто задышала. Ее вены вздулись, пытаясь вместить потоки прорвавшейся энергии. Преградой, стоявшей на пути духовного развития Мейлин, все это время была прошлая жизнь, которую она наконец вспомнила.

Лан Шанью сжал ее в объятиях и осторожно вплел в сияющую ауру собственную силу, ослабляя страдания Кан Мейлин.

– Герой и злодей, – прошептала она с надтреснутым смешком. – Как глупо! В своих фантазиях я назвала Инь Эйгуо героем, а тебя – злодеем.

– Меня действительно можно таковым считать, – понимающе усмехнулся Лан Шанью.

Давление энергии понемногу ослабло, и напряженные мышцы больше не сводило болью.

– Теперь я понимаю, – чуть тише добавила Мейлин, – понимаю, отчего было так грустно расставаться с родителями. В той жизни они даже похоронить меня не смогли.

Желваки заиграли на острых скулах Лан Шанью.

– В этот раз все будет иначе. Я не дам тебе умереть.

Она слабо улыбнулась и посмотрела в пылающие глаза мастера.

– Ты многого добился за все время. Избрал иной путь на пике Тайшань. Постоянно тренировался для финального столкновения с ним. А я… Так и осталась бесполезной.

– Это неправда! – Шанью резко подался вперед. – Ты… Если бы не ты…

На пару секунд он примолк и устало потер веки.

– Когда я начал осознавать перерождение, едва не возненавидел себя. А потом твердо решил все исправить. Но воспоминания возвращались ко мне урывками. И иногда казалось, что я не смогу ничего изменить. Это страшило сильнее всего. Снова стать монстром, слепым к человеческим страданиям. Только ты появилась, как луч света, говоря, что все возможно. Именно ты показала мне иной путь и постоянно побуждала не сдаваться. Не поддаваться ненависти и тем темным желаниям.

Кан Мейлин слушала его, затаив дыхание, и чувствовала себя так странно. Она всегда считала себя ненужной и слабой. Персонаж второго плана, ничего больше. Но прямо сейчас Лан Шанью говорил, что Мейлин важна. Что он не справился бы без нее.

– А ведь вначале я совсем не знал тебя, – усмехнулся он, – не хотел подпускать кого-либо столь близко. Но только лишь Кан Мейлин я не смог оттолкнуть по-настоящему. А теперь не представляю своей жизни без тебя.

Девушка тихо сжала пальцами угол его одежды и мягко коснулась уголка губ своими. Всего на секунду остановиться. Представить, что они одни в целой Вселенной. Нет горя, нет страданий, нет грядущей беды…

– Похоже, я люблю тебя, – чуть слышно проронила Кан Мейлин, – да, люблю. И это чувство ни на что не похоже.

Ее внутреннее «я», раздробленное на тысячу частей непониманием, страхами и болезненными воспоминаниями, наконец стало цельным. И обретенные чувства сильно отличались от влюбленности в Инь Эйгуо. Она была подавляющей, раболепной и липкой. Тогда как любовь к Лан Шанью можно было сравнить лишь с крыльями за спиной, придающими сил.

– Видят боги, я так страшился, что ты вновь обратишь внимание на этого ублюдка, – выдохнул Лан Шанью. – Мне бы хотелось отгородиться безразличием. Но я сгорал от ревности.

Они смотрели друг другу в глаза, и эти взгляды говорили намного больше, чем могли сказать слова. В конце концов оба понимали – это может быть их последний разговор.

– Время, – одними губами шепнула Кан Мейлин, – времени осталось совсем мало. Мы должны вернуться в то место, где все закончилось.

– Я не хочу, чтобы ты шла туда, – хватка Шанью усилилась, – в прошлый раз…

В прошлый раз ее темная кровь залила каменный пол священного места, а голубые глаза остекленели, безжизненно всматриваясь в пустоту.

– Я не могу остаться в стороне, – горько улыбнулась Кан Мейлин, – ты и сам знаешь. Духовная Сфера лишь дала нам отсрочку. Вторую попытку. Но мы должны завершить начатое. Вместе.

Некоторые вещи невозможно изменить. Время и место трагедии, которая оборвалась без отчетливого финала. Им предстояло вернуться в Центральный Храм прямо сейчас.

– Инь Эйгуо потревожил остальных, не так ли? – мягко спросила девушка.

– Отвлечение внимания. Дешевая инсценировка, – пренебрежительно фыркнул Лан Шанью. – Он не хочет, чтобы ему мешали. Но в этот раз у него значительно меньше сторонников.

– Полагаю, что ты тоже сделал свой ход, – усмехнулась Кан Мейлин.

Шанью лишь закатил глаза и встал, помогая ей подняться. Она вернулась к столу, на котором лежали разрозненные части защитного артефакта. Сильный ветер заплясал в ладонях девушки, перетекая в чистую энергию.

«Я сошью тысячи оберегов между собой, и символы станут единым целым. Крепче стального щита, надежнее любой брони.

Я хочу защитить это место. Храм. Учеников и мастеров. Пик Шаньси.

Я хочу защитить свое будущее. Родную деревню. Бывших друзей. Моих родителей.

Я хочу защитить Лан Шанью. В этот раз история не оборвется так бесславно. Монстры. Красавицы. Злодей и герой. В этот раз все будет иначе».

Энергия непрерывно сплеталась, будто Кан Мейлин прорывалась вверх, к Высшим Сферам. И, в конце концов, она достигла своей цели.

Защита «Ануи» вспыхнула золотом, звеньями крепчайшей брони, отдаленно напоминая крылья возрожденного феникса.

– Это необыкновенно, – признался очарованный Лан Шанью.

– Моя лучшая работа, – кивнула Мейлин, – но она способна изменить форму. Стать практически чем угодно. Теперь я готова к встрече с прошлым.

Они вышли из комнаты на улицу, подготовив экипировку. При лунном свете окружающая местность казалась таинственной и заброшенной. Похоже, все ученики и мастера отправились туда, откуда прозвучали взрывы, ошибочно принимая это за нападение демонических культиваторов.

По темному небу проплыла величественная фигура духовного зверя Ханькси, и Линлин остановилась, невольно приоткрыв рот.

– Но… Погоди, а откуда взялся он?

Лан Шанью улыбнулся. Его взор был устремлен ввысь.

– Нет-нет. – Кан Мейлин нахмурилась. – Инь Эйгуо, у него ведь…

– Это он нашел львинокрыла в прошлой жизни, – спокойно пояснил Шанью, – но намного позже. Зверь отказывался ему подчиняться.

– Помню, – пробормотала Линлин. – Он пытался сломать его волю. А потом… Потом Ханькси убили. Инь Эйгуо бросил его с демоническими культиваторами.

Она по-новому посмотрела на Лан Шанью.

– Такой уж я человек, – усмехнулся мастер, – решил отнять у Инь Эйгуо все. Зверя, славу. Девушку. Моя мстительность никуда не пропала.

Кан Мейлин молча улыбнулась, сплетая свои пальцы с его. Лишь через несколько минут она вновь заговорила:

– Мяо Ронг, Цао Дандан и Ни Чинтао. Неужели все предрешено и нам придется сражаться и с ними?

Погрязшие в болезненной любви. Мейлин слишком хорошо их понимала. В прошлой жизни им не довелось общаться друг с другом, но в этой судьба сложилась иначе. Исход никто не знал наверняка.

Лан Шанью ничего не ответил. Они стояли прямо перед внушительными дверьми Центрального Храма.

Там, где прошлое, настоящее и будущее сливались воедино.

Глава 36

Центральный Храм горы Лианхуа ассоциировался у многих со спокойствием и светом. Одна мысль о том, чтобы разрушить его, залив священное место кровью, казалась богохульством. Но это то, что ждало их впереди. Кан Мейлин и Лан Шанью пересекли порог рука об руку, в гробовом молчании. В зале артефактов все было по-прежнему. И Духовная Сфера мирно покоилась на постаменте, словно и не появлялась несколько десятков минут назад в комнате Линлин.

– Сфера, добытая Бессмертным Хуа Юнксу, – прошептала Мейлин чуть слышно, с благоговением взирая на нее.

– Я ведь говорил, в этом зале нет бесполезных артефактов, – качнул головой Лан Шанью.

– Конечно. В тот момент ты уже знал правду, – вздохнула она. – Не понимаю, почему Сфера сочла нас достойными ее помощи?