Сердце Тайрьяры - Наталия Московских

- Как ты себя чувствуешь, Райдер? У тебя кровь носом шла, и ты потерял сознание. Это тоже от воспоминаний?

Я закатил глаза.

- Ради Бога, dassa, я все тебе расскажу, если только не будешь снова изображать наседку.

Ольциг обиженно нахмурился и сложил руки на груди, набрав воздуха для очередного возмущенного восклицания в мой адрес.

- Знаю, знаю, - небрежно отмахнулся я, - я самое неблагодарное существо на свете.

Лицо юноши побагровело от обиды, мне даже показалось, что я переусердствовал с сарказмом. Филисити едва сдерживала смех, и это, кажется, еще больше обидело монаха.

- Там еда готова, - буркнул он и понуро побрел к костру на другом конце поляны от нас. Переглянувшись, мы с Филисити последовали за ним.

У костра на металлической тарелке была выложена уже разделанная птица. Судя по всему цвету перьев, которые после ощипывания кучкой лежали неподалеку от костра, мои друзья умудрились убить дикую утку. Возможно даже двух, если смотреть на количество перьев, но одну из них уже успел умять монах. Этот совершенно фантастический персонаж и к моей порции присматривался с нескрываемым интересом. Что же у него, вместо желудка, бездонный колодец, что ли?

Я поджал губы и, с трудом заставив недовольно урчащий живот замолчать, спросил:

- Dassa, если отдам тебе свою порцию, перестанешь обижаться? У тебя невыносимо несчастный вид.

Ольциг скептически прищурился, хотя мое предложение и показалось ему заманчивым, но он героически покачал головой, состроив соответствующее выражение лица.

- Нет уж, тебе тоже надо есть хоть иногда. А обижаться я на тебя перестану, если расскажешь, что вспомнил.

- Сначала расскажи, как вы умудрились поймать диких уток...

Сказав это, я тут же осекся. Раньше охотой всегда занимался Роанар, ему в ней не было равных.

Лица друзей чуть помрачнели, но и Ольциг и Филисити быстро совладали с собой.

- Ну... мы поймали птиц в ловушку. Надо ведь было быстро раздобыть еды, у нас не было времени на обычную охоту, мы в ней не сильны, - неуверенно заговорил монах. Филисити вздохнула.

- Я поймала птиц в ловушку с помощью ветра, а он убил их боевым заклятием. Для мелких животных оно слишком сильно, поэтому не оглушает, а убивает.

Я промолчал, поджав губы, и вновь с тоской подумал о Роанаре. Я не мог до конца поверить, что одного из самых близких моих друзей больше нет. Раньше, чтобы раздобыть еды в лесу, Рон брал арбалет и шел на охоту. Сейчас нам требуется применить магию стихий и магию Ордена, чтобы просто поесть. Даже если бы во время этой странной охоты я был в сознании, сомневаюсь, что от меня был бы толк, ведь стрелок я все равно никудышный.

- Так ты расскажешь о своем воспоминании? - спросил dassa, когда молчание начало тяготить нас.

И я рассказал, стараясь не упустить ни одной детали. Филисити напряженно хмурилась - в моем воспоминании барон Занк да-Кар представлялся не в самом лучшем свете, и девушке было трудно промолчать и не разжечь спор. Когда я закончил рассказывать, dassa задумчиво провел рукой по подбородку и ухмыльнулся.

- Арн Виар-Фэлл, значит, - хмыкнув, произнес он, - что ж, поздравляю, к тебе вернулась память.

Я качнул головой, не соглашаясь с юношей.

- Она не вернулась. Я помню лишь отдельные моменты, редкие короткие эпизоды из прошлого, но не знаю полной картины. Не помню, каков на самом деле Орсс, не помню толком дня, когда Виктор Фэлл убил мою мать...

Ольциг пожал плечами.

- Ну, думаю, возвращение твоих воспоминаний - это лишь вопрос времени. Возможно, в самом Орссе они нахлынут на тебя, - dassa вдруг нахмурился и внимательно посмотрел мне в глаза, - а ты сражаться-то сможешь, если резко начнешь все вспоминать? Сегодняшний приступ мигрени заставил тебя потерять сознание...

Я неприятно поморщился: ведь монах был прав.

- Что ж, тогда тебе лучше быть неподалеку, чтобы быстро привести меня в чувства. Единственный из противников Фэлла, кто может защитить вас двоих в Орссе - это я, поэтому мне просто необходимо быть в состоянии сражаться. Конечно, лучше всего было бы мне отправиться туда в одиночку...

- Один ты не пойдешь! - хором воскликнули Ольциг и Филисити, строго посмотрев на меня. Я невольно усмехнулся и кивнул.

- Кто бы сомневался.

***

Мы не стали терять время на лишние разговоры и отправились в путь, быстро затушив костер. Ольциг шел рядом со мной, не прекращая расспросы, на которые ему не хватило времени на привале.

- Так нам теперь называть тебя Арн? И формально ты носишь титул лорда, раз уж Виктор Фэлл твой отец? Лорд Виар-Фэлл. Даже при всех имеющихся обстоятельствах, должен признать, звучит неплохо.

Я устало вздохнул, представляя, сколько раз мне еще придется повторить ответ:

- Нет, dassa, называть меня по-другому не нужно. Я уже объяснял Филисити, что имя Райдер Лигг давно стало моим настоящим, воспоминание ничего не меняет. И никакого титула лорда я не ношу.

Собственные слова заставили меня осечься. Задание короля давно стало для меня личным делом, и я забыл, какую награду сулил мне Его Величество в случае успеха. Он ведь обещал мне огромное состояние и титул лорда-наместника Орсса. Титул, который я действительно формально имею и без него.

На моем лице невольно появилась кривая улыбка.

- Уверен? - недоверчиво переспросил монах, вырвав меня из раздумий.

- В чем? - непонятливо переспросил я.

- В том, что воспоминания ничего не меняют. Они не влияют на твои... гм... чувства?

Хм, помнится, Филисити задавала мне тот же вопрос. Я оценивающе опустил уголки губ вниз и неопределенно повел плечами.

- Нет. А должны?

- Не знаю. Я никогда не терял память.

Я понимал, что монах ведет свой расспрос к тому же, к чему недавно его вела Филисити. Усмехнувшись, я предвосхитил его вопрос и сразу дал на него ответ.

- Хочешь спросить, сумею ли я выполнить задание короля теперь, когда знаю, кем мне приходится Виктор Фэлл? Да, Ольциг, смогу. С воспоминаниями у меня не просыпается к нему сыновьей любви. Да и, если верить обрывочным воспоминаниям, ее никогда не было. Думаю, за то, как Фэлл обращался с моей матерью, я его искренне ненавидел в какой-то мере. И даже попытался убить однажды, после чего и получил удар по голове, лишивший меня памяти.

Ольциг понимающе кивнул. Замолчав на несколько секунд, он продолжил расспрашивать меня обо всех воспоминаниях, которые приходили ко мне за время нашего путешествия. Dassa подходил к своим расспросам с усердием, которому мог бы позавидовать сам Массен Гариенн. В следующий час, в течение которого продолжалась наша беседа, я начисто отвлекся от ноющей головной боли и не успел заметить, как она прошла.