Сердце Тайрьяры - Наталия Московских

- Райдер, да какого декса ты творишь, ей-Богу?!

Я посмотрел на Филисити. В глазах девушки стояло опасение. У меня в голове пронеслась мысль, что друзья, возможно, сейчас утратят доверие ко мне. В конце концов, этот выплеск мог стать последней каплей, особенно учитывая, что выброс силы произошел бесконтрольно, я не стремился рассеять туман таким образом. Я даже не знал, что это возможно! Магия Орсса сделала это за меня.

- Я... я не понимаю, как это вышло... простите! Никто не пострадал?

Колдунья молча приподняла правую руку. На мясистой части ладони виднелся сильный ожог.

Я задержал дыхание, с надеждой заглянув Филисити в глаза.

- Боже, мне так жаль. Дай, посмотрю, - качнув головой, я сделал шаг к девушке, но она отступила, это заставило меня превратиться в соляной столб. Похоже, мои худшие подозрения только что оправдались: она не доверяла мне и боялась меня.

Ольциг преградил мне путь. Юноша внушительно поглядел на меня и кивнул:

- Думаю, лучше я, - сказал он. Я выглянул из-за его плеча, стараясь найти взгляд колдуньи, но она избегала смотреть на меня.

- Филисити, поверь, я бы никогда...

- Знаю, - перебила девушка. Голос ее прозвучал отстраненно. Даже не представляю, что она сейчас чувствовала. Ответ на это дали ее следующие слова, - надеюсь, прикосновение твоей магии - это не то же самое, что яд декса?

Она заговорила со мной примерно так же холодно, как после того, как узнала о темной крови. У меня к горлу подступил тяжелый ком. Колкие слова колдуньи заставили меня поморщиться, словно от зубной боли.

Не знаю, стремилась ли Филисити задеть меня, но у нее получилось. От одной мысли, что я мог собственными руками обречь девушку на страшные муки, у меня по спине бежал холодок.

Я невольно вспомнил Роанара и его рану, нанесенную демоном. Целительская магия dassa слишком долго не могла подействовать на ранение. Из моей груди вырвался тяжелый вздох, и я серьезно посмотрел в глаза таирской колдунье, заговорив при этом с монахом:

- Ольциг, вылечи ее. Если магия не будет действовать на ожог слишком долго, боюсь, тогда да, это то же самое.

Произнося эти слова, я не сводил с Филисити глаз. Кажется, мое лицо превратилось в непроницаемую фарфоровую маску.

Девушка возмущенно распахнула глаза, но я быстро направился вдоль по дороге, предпочитая не продолжать этот разговор.

Колдунья замерла на месте, так и не сумев найти нужных слов для ответа. Я шел, не оборачиваясь, понимая, что несколько мгновений назад, возможно, подписал смертный приговор своей возлюбленной, и изменить этого не сможет уже никто...

***

Ольциг поравнялся со мной примерно через полчаса, решив, что я провел достаточно времени в гордом одиночестве. Он несколько секунд молча вышагивал рядом со мной, затем, наконец, заговорил.

- Почему у тебя такой вид, что мне хочется перед тобой извиниться? - обиженно спросил dassa, заложив руки за спину, - ведь, по идее, должно быть наоборот.

Я мрачно продолжал смотреть перед собой.

- Ты прав. Должно быть наоборот. Я искренне прошу прощения, только вряд ли это что-то изменит.

Ольциг расширил глаза, но я махнул рукой, не желая слушать его восклицания.

- Не переживай, dassa, я понимаю. Мне нельзя доверять, тьма контролирует меня, я опасен. На этот раз я даже злиться не буду, если вы меня свяжете.

На самом деле напрашивался другой вопрос, но у меня не хватало духу его задать. И монах, кажется, прекрасно это понимал, поэтому сказал сам:

- Если тебе интересно что-то кроме своей многострадальной персоны, то я вылечил ожог Филисити. Это заняло, - он сделал натужно-задумчивый вид, словно пытаясь провести в уме сложнейшие расчеты, - секунд пять. Скажи мне, ради Бога, что она вне опасности!

Я шумно вздохнул, чувствуя, как с плеч сваливается тяжелый камень.

- Слава Богу! Да, Ольциг, она вне опасности, - на моем лице появилась невольная улыбка. Я был искренне благодарен монаху за хорошую весть.

- Fe vekara Ja pat halessa! - воскликнул Ольциг, воздев руки к небу. Я усмехнулся. Что ж, пожалуй, действительно стоит поблагодарить Бога за удачу. Хотя, в моем случае, похоже, надо благодарить, скорее, Красную Птицу Ильму, чьего взгляда я удостоился дважды, если верить надписи на Gana de Ilma, и теперь удача - мой вечный спутник.

Я не сказал этого вслух, чтобы не заработать от dassa очередного клейма еретика, но мысленно все же произнес: "Dahare heke, Ciirian Sinn, pat halessa!"

- Кстати, связывать тебя тоже никто не собирается, - продолжил Ольциг, осторожно оглядываясь на таирскую колдунью. Филисити брела, опустив голову в мрачном сосредоточении на своих мыслях, - даже она. Я говорил с ней.

- Со мной она, смотрю, не горит желанием общаться. Что ж, это неудивительно, - усмехнулся я, за что заработал осуждающий взгляд dassa.

- Временами ты ведешь себя как идиот, Райдер. Поговорите на привале. Благо, до него осталось совсем недолго. Мы почти пришли, твоя проторенная дорожка значительно ускорила наш темп.

Я промолчал, продолжая смотреть перед собой. Ольциг закатил глаза.

- Прекрати уже корить себя. Никто, можно считать, не пострадал. В чем дело?

- Вы поступаете неразумно, - хмыкнул я, многозначительно посмотрев на монаха, - оставляя меня на свободе. На этот раз я действительно не контролировал тьму. И мог навредить вам.

- Ты не навредил. По крайней мере, не сделал ничего такого, чего нельзя было бы исправить, - качнул головой Ольциг, и его глаза стали серьезными, - послушай, мы уже потеряли Роанара. Мы были слепы, и...

- ... и остаетесь слепыми сейчас, - тут же парировал я, не дожидаясь, пока юный мэтр сформулирует до конца свой аргумент, - игнорируете опасность. Вы не должны мне доверять: я сам себе не доверяю!

Монах вновь покачал головой.

- Райдер, к тебе медленно возвращается память, и ты заново учишься контролировать силу, которую получил в Орссе. Придет время, и ты этому научишься окончательно. А пока мы будем иметь в виду твои способности, но делать тебя пленником не станем. Просто ты заранее сообщай, когда снова превратишься во вздорную барышню, и мы отойдем от тебя на пару миль, пока ты не перебесишься.

Слова dassa заставили меня усмехнуться. Надо сказать, ему все же удалось приподнять мой боевой дух.

Оставалось лишь кивнуть и пообещать себе усилить самоконтроль многократно. Это слишком большая сила, чтобы относиться к ней без должной ответственности.

- Ясно. Спасибо... наверное, - отозвался я, и постарался отойти от dassa, ускорив темп. Ольциг хмыкнул и кивнул мне вслед:

- Не торопись. Мы пришли. Вот то самое место.

Я огляделся вокруг и увидел небольшую поляну. Здесь дорожка, прорубленная черным облаком через завесу тумана, исчезала, словно магия знала, что привал будет здесь, и плотная призрачная дымка снова окутывала землю. Через редкие кроны деревьев пробивался яркий солнечный свет. Посреди поляны рос высокий старый дуб, на одной из толстых ветвей которого висели простые самодельные качели.