Академия СиЛ. Покорение стихий - Чечило

Роя, Тася больше не хотела иметь ничего общего с парнем и порывалась вломиться в его комнату этой же ночью и закатить скандал — я не дала. Не время устраивать сцены, когда Кора почти потеряла сознание. Жаль, что Тасю состояние подруги не волновало: девушка жаждала мести, крови и страданий Роя, ну хотя бы просто мести.

Так как месть — блюдо, которое подаётся исключительно холодным, а Кора еле держалась, чтобы не отключиться прямо на ледяной лестнице тёмного коридора, я взяла с Таси обещание ничего не рассказывать Рою. Я предложила продолжить с ним встречаться дальше, притворяясь всё той же милой пухляшкой, готовой ради него на всё.

Получив от Таси решительное согласие, я пулей помчалась за Дорой — её лекарские способности были необходимы как никогда. Конечно, мне стоило предусмотреть момент внезапной вспышки гнева неудержимого кактуса, невольно обидевшегося ещё и на желтоволосую близняшку, посягнувшую на бывшего любимого очкарика. Тася вновь позеленела, но невнятный хрип всё-таки потерявшей сознание Коры спугнул повторное превращение в уродливый колючий цветок. Я поклялась обязательно помочь девушкам в мирных переговорах, но сначала нужно спасти Кору.

Дора с присущим ей хладнокровием привела девушку в чувство. Затем, облегчённо выдохнув, мы вчетвером поплелись в спальню полуводницы: я, почти хнычущая от усталости и царапин на руках; Кора, опирающаяся от недостатка сил на сестру; Дора с воинственным взглядом и Тася в синих лохмотьях, которые раньше были её формой.

Я оставила девочек ночевать в комнате Доры, а сама, отказавшись от перспективы спать либо с кем-то в обнимку, либо на полу, медленно поднималась к себе на девятый этаж. Остался ещё один пролёт, и я достигну цели — любимой постели и недовольного тарахтения переживающего паука — м-м-м, обожаю. Ещё десять шагов, и я на месте.

Наконец, преодолев лестницу, я обнаружила спящего у моей двери Фарлага — вот так сюрприз! Этот наглец облокотился о косяк так, что открыть дверь и не разбудить его, стало просто невозможно. Что же, спать на полу, значит, на полу. Сколько ступеней до сна осталось? Раз, два, три…

Глава 22

Пол в спальне Доры оказался на удивление удобным, учитывая, что я посвятила четверг сначала тренировкам, а после утомительному ожиданию, когда наша любимая пухляшка Тася придёт в себя. Оставшиеся два часа до рассвета спала я крепко и сладко, потому и проснулась позже всех: собранные Дора и Кора тихо болтали, сидя на креслах, а Тася умывалась в ванной — только я всё ещё звёздочкой лежала на ковре и не спешила подниматься.

По-хорошему мне сто́ит вернуться к себе и переодеться, но вдруг Фарлаг всё ещё подпирает спиной дверь в мою комнату? С другой стороны, Око давно один и наверняка волнуется, почему я не ночевала дома. Была не была — обида паука страшнее недовольных комментариев Фара.

— И куда ты собралась? — раздался голос Доры за спиной, когда я молча встала и побрела к выходу.

— Пойду переоденусь, — отмахнулась я.

— А вдруг Господин Фарлаг не ушёл и дожидается тебя, чтобы устроить взбучку? — сощурила глаза Дора.

— Тогда я проснусь быстрее, — отшутилась я.

— Я с тобой, — неожиданно вызвалась Кора. — Спасу тебя из лап злого препода.

Хотела я сказать, что не такой он и злой, но прикусила язык, внезапно осознав, что слишком часто Кора стала меня спасать. Даже заботливая Дора, с которой, к слову, мы общаемся гораздо ближе, не опекает меня так сильно, как её сестра, — что же, будем наблюдать.

Поддержка Коры пришлась как нельзя кстати: настроение невыспавшегося Фарлага я считала моментально, но едва молодой человек встретился взглядом с сияющей Корой, как выражение лица парня сменилось на добродушную гримасу. Воспользовавшись заминкой препода, я проскользнула в свою комнату, услышав от него лишь одну фразу, брошенную в спину:

— Через два часа на том же месте.

Пф, и ради этого он ночевал у порога? Мог бы просто записку прислать, как всегда делал Господин Арон, а не мёрзнуть в коридоре всю ночь.

Хорошо, что до тренировки у меня ещё целых два часа: я с удовольствием потрачу их на валяние в ванной и неспешный завтрак. Так и сделала. Почти час я отмокала в горячей воде и любовалась гладкой кожей на руках — спасибо Доре, которая подлечила спящую на ковре ночную гостью — и мечтала о еде.

Я умылась, высушила волосы и надела форму в полной тишине. Непривычно, когда паук не бухтит и не возмущается — интересно, почему?

— Око, а чего ты молчишь? — я первой обратилась к пауку.

Он не ответил, хотя не спал — я в этом уверена, потому что с момента моего прихода паук переместился с одного края стола на другой.

— Око…

— Разговаривай с теми, у кого вчера ночевала, — получила я в ответ, а семиногий уполз в щель между стеной и столом.

Ладно. Вечером поговорим.

Бодро направившись в столовую, я ощущала лёгкую эйфорию от предвкушения занятия по боевой магии. Я шла, рассматривая пожелтевшие деревья, отцветающие кусты высоких роз и вечнозелёный газон — сегодня никто и ничто не испортит моё настроение.

Как говорится, не загадывай. Стоило мне искренне порадоваться чудесному дню и отличному самочувствию, как в затылке появилась тяжесть, перерастающая в ноющую боль. Замедлив шаг, я потёрла голову. Вдруг меня окатило волной слабости, а мышцы спины и рук начало ломить так, будто вчера я сто телег зерна в одиночку разгружала. Я остановилась и глубоко вдохнула, чтобы облегчить свой внезапный недуг, но выдохнуть не смогла. Впервые в жизни я столкнулась с приступом удушья: меня сковал страх, в горле запершило, а шею словно сдавили мощные ладони Тинга. Как выброшенная на берег рыба, я часто безуспешно глотала воздух, борясь с мелькающими в глазах белыми пятнами. Пульс ускорился в пять раз, а на лбу проступили капельки пота: что со мной?

— Еле догнал, — обжёг меня знакомый голос.

Голова загудела сильнее, и я с трудом обернулась, чтобы увидеть спешащего ко мне Дара.

Хорошо, что вчера я не ужинала, а сегодня ещё не завтракала, потому что резкий спазм в желудке заставил меня вырвать вчерашний чай, оставляя после себя жжение в гортани от обилия желудочного сока, просящегося наружу.

— Мира, — обеспокоенно крикнул Дариан и потянулся ко мне.

Истерично замотав головой, я рванула прочь что есть мочи. Обожаю принца Смерти за то, что он не имеет привычки догонять молчаливых убегающих девушек, потому что, отдаляясь от него, с каждым шагом мне становилось легче: дыхание восстанавливалось, тошнота проходила,