Академия СиЛ. Покорение стихий - Чечило

Но самым важным открытием дня стало то, что нет необходимости зубрить формулы — нужно чувствовать. Например, Фар, оказывается, сам не знает заклинания, которое применил ко мне в начале занятия, потому и увиливал от ответа своими то ему «холодно», то ему «тепло». Поэтому он и стал лучшим выпускником на курсе — да, Фарлаг разоткровенничался настолько, что потерял бдительность и начал раскрывать мне свои тайны. Ничего, я и так храню слишком много секретов — ещё парочку даже не замечу.

Так вот, заявления Фара напомнили мне мысли из подаренной Жаком книжицы, что раньше люди колдовали, не задумываясь, по велению сердца, а сейчас высшие мира сего пытаются контролировать всё подряд, даже магию, потому придумывают ограничивающие возможности формулы. Ведь, правда, я же смогла полететь, не читая учебника и не зная заклинания, а лишь направляя воздушные потоки на себя. Хотя будь я в курсе, что это теоретически невозможно, у меня ни за что бы не получилось сбежать от неизвестного иллюзиониста: сидела бы я сейчас с Софи в сыром подземелье — или где держат заложников — а, может, уже и вовсе была бы мертва.

— Ты идёшь? — окликнул меня Фар, стоя у выхода из зала.

— Уже вечер?! — удивилась я. — Я не заметила.

— Пора на ужин, — улыбнулся парень.

— Вы тоже в студенческой столовой питаетесь? — искренне поинтересовалась я. — Мне казалось, что преподаватели едят в своих апартаментах.

— Ты плохо слышала Ара? — весело спросил Фарлаг.

— Что слышала?

— Что ближайшие два дня ты проведёшь по моему расписанию, — беззаботно ответил он.

— Но это же не значит, что согласно вашему распорядку наши занятия будут продолжаться ещё и ночью? — пошутила я.

— Значит, — серьёзно ответил Фар.

Да ну, не может быть такого! Я уставилась на преподавателя, ожидая увидеть в его профиле хоть каплю юмора — не нашла. Фарлаг не шутил. Что?!

Тушёная курица стала самым неаппетитным блюдом в моей жизни, когда я оказалась за одним столом с Господином Фарлагом — или теперь я официально могу называть его просто Фар? Я с трудом допила чай и даже не притронулась к салату, который появился передо мной вместе с мясом. К тому же я дважды поперхнулась от витающего в воздухе напряжения. Хотя, возможно, неуютно себя чувствовала только я.

Фар с удовольствием съел свою порцию ужина — не знала, что меню студентов и преподавателей не отличается — а затем нагло уточнил, буду ли я доедать. Когда я ответила, что не голодна, Фар ловко поменял тарелки местами и продолжил свою трапезу.

Прекрасно: этим жестом мой наставник привлёк к нашей паре ещё больше внимания, чем я удостоилась за последние дни. Каждый находящийся в столовой адепт счёл своим долгом укоризненно посмотреть в нашу сторону и демонстративно громко оставить пару комментариев о нравах девиц из провинции, желающих поскорее выскочить замуж.

— Им когда-нибудь это надоест? — прошипела я сквозь зубы, проводя взглядом незнакомого адепта в мятной форме.

— Что надоест? — уточнил жующий курицу Фар.

— Распускать обо мне слухи, — нехотя ответила я.

— М-м-м, — маг ехидно на меня посмотрел. — А ты, получается, из деревни?

Какой же он догадливый!

— Да.

— И в Академию поступила, чтобы встретить здесь будущего мужа? — прищурился Фар.

— Ну, конечно! — съязвила я. — Разве у провинциальной девушки могут быть ещё какие-то мечты?

— Это ты мне скажи, — усмехнулся он. — Я, вообще-то, мужчина.

— И, естественно, городской, — предположила я, основываясь на его тёплых отношениях с Ароном и Зергалом: не в деревне же он с ними сдружился.

— Да нет, — безразлично пожал плечами Фар. — Я вырос в Калькире.

— Где, простите? — я не видела такого города на карте Сидона.

— Это деревня в Ношеике, — не удивился Фар, — глухая и полузаброшенная. Я знал, что перспектив у меня там нет, потому, учась в средней школе, где, к слову, у меня было всего три одноклассника, я работал и откладывал на дальнейший переезд.

— Мотивирующая история! Вы молодец! — попыталась я свернуть тему.

— Это вряд ли — денег всё равно не хватило. Я еле добрался до Диара, где мне посчастливилось встретиться с Аром. Я помог ему в одном деле, а он разглядел во мне определённый талант и дал возможность учиться в СиЛ.

Интересно, в каком деле Фарлаг помог нашему ректору, да так, что теперь общается с ним исключительно на ты? Кстати, а Арон всегда с митиком ходит, раз смог вдали от Академии оценить потенциал незнакомого щуплого подростка, или талант Фара кроется в чём-то другом: не столь важно, но ради развлечения попробую ушастого расспросить.

— Согревающий ветерок впечатлил Господина Арона настолько, что он взял вас в СиЛ без экзаменов? — тактичность нервно упала в обморок от моей язвительной прямоты.

Ну кто меня за язык тянул? Теперь Фарлаг точно откровенничать со мной не станет.

— Скорее мой ветерок впечатлил тебя, раз ты постоянно о нём думаешь, — не остался в стороне Фар.

Я театрально закатила глаза, а Фарлаг рассмеялся. Сегодня он свои тайны мне не раскроет, но хоть обстановку разрядил.

Поблагодарив молодого преподавателя за составленную компанию в столовой, я направилась в сторону башни Воздуха, но кто думал, что Фар последует за мной?

— Насколько я знаю, преподавательский корпус в другой стороне, — попыталась я избавиться от его общества.

— Повторяю: до субботы тебе придётся жить по моим правилам, — расстроил меня Фар в своей любимой манере, наклонившись над ухом и загадочно шепча совершенно неромантичную фразу.

Кстати о романтике, со стороны наш разговор, вероятно, смотрелся, как щебетание двух влюблённых воробушков на глазах у кровожадных котов-адептов, метающих заинтересованные взгляды в нашу сторону и облизывающихся от предвкушения новых слухов — тьфу.

Проглотив возмущение, я потопала в общежитие вместе с Фарлагом. Если я на протяжении пути предпочитала молчать, то он, напротив, впечатлившись нашим душевным разговором в столовой, продолжил рассказ о своей нелёгкой, но полной на события судьбе.

Фар торжественно описал, как выручил Господина Зергала, который, напившись, попал в передрягу в тёмном переулке; как занял кругленькую сумму своему сокурснику, а потом по доброте душевной простил долг; как познакомился с одним из лучших следователей Сидона и помог раскрыть все висячие дела о кражах.

Слова ушастого звучали как хвастовство, но я, призна́юсь, оценила. Ему есть чем гордиться: не каждый выросший в глухой деревне Ношеика мальчишка сможет пробиться в люди, сохранив свою честь и не замарав рук.

Едва мы приблизились к башне Воздуха, как оглушительная музыка перебила напыщенную речь Фара.

— А Воздух, я смотрю, набирает популярность, — прокомментировал он, открывая передо мной дверь в холл первого этажа.

Внутри оказалось людно