Все двери открываются наружу - Тори Ист

рассчитал я, и все будет кончено. Огромной махине ничего не стоит преодолеть неумолимо сокращающееся между нами расстояние, и она отобедает нами, даже не распробовав как следует в своей гигантской пасти наши неподобающе маленькие для нее тела.

И пока я позволил себе отвлечься на приближающегося монстра, несущийся вперед локомотив нашей парочки бегунов резко дернул меня в сторону, отчего я моментально потерял равновесие и повалился набок, прямо ему под ноги. Ругаясь и ворча что-то себе под нос, он и здесь не бросил меня, почти рухнув следом. Тут же восстановил равновесие, вновь сильной рукой рывком поставил меня на ноги, и я, наконец, понял, куда мы так отчаянно бежали. В скалах, немногим выше земли виднелась узкая трещина, тем не менее способная пропустить невысокого худого человека.

— Давай! — Запыхавшись, снова прикрикнул на меня братец, движениями и немалыми усилиями со своей стороны пытающийся впихнуть меня в спасительный проход. Подтолкнув меня снизу и со спины, парень помог мне кое-как влезть в темный узкий лаз, ведущий в неизвестном направлении. А может и вовсе обрывающийся тупиком, способный спасти жизнь лишь оному из нас. Но, либо не подумав об этом, либо все-таки решив спасать меня до конца, он уступил мне спрятаться первому, и только после этого сам быстро и ловко забрался в расщелину следом.

Двигаясь наощупь по узкому низкому лазу в кромешной тьме, я старался как можно быстрее пробраться вперед — подставлять героя мне тоже не хотелось, поэтому мы обязаны были спастись вдвоем. Я шел и шел все глубже, все дальше от узкой полоски солнечного света, оставшейся уже далеко позади за нашими спинами. Шаг в шаг за мной следовал и парень в черном. Я чувствовал его уставшее дыхание, а чуть позже и его крепкую хватку на своем плече. Видимо опасаясь, что я могу вдруг открыть дверь один и сбежать, он решил перестраховаться и не отпускать.

Так мы шли в полной тишине и темноте достаточно долго, с каждой минутой опасаясь выйти к глухой стене, оказавшись в каменной ловушке. Мое сердце каждый раз пропускало удар, стоило холодной скалистой стене под моими пальцами неожиданно свернуть в сторону или вдруг пойти чуть выше или ниже обычного.

Но наша рискованная экспедиция, наконец-то, увенчалась каким-никаким успехом: стены и потолок узкого хода резко раскинулись в стороны, впуская нас в большую просторную каменную залу. Кое-где под самыми сводами спасительной пещеры виднелись пробивающиеся сквозь щели и небольшие ходы такие яркие и желанные лучи солнца снаружи.

Выйдя из длинного коридора, я с шумом рухнул на землю, все еще радуясь тому, что удалось остаться в живых. А следовавший за мной человек, чье черное пальто после такого рода активностей сменило благородный черный цвет на песчано-землистый, продолжая держать меня за руку, начал быстро и основательно осматриваться в открывшемся перед нами пространстве.

Своды пещеры уходили вверх волнами и арками, поднимая потолок метров на шесть над головой. Из-за пустоты даже мельчайший шорох преумножался и разносился эхом. Сквозь уже отмеченные мной щели тут и там изгибы каменной комнаты выхватывали из тени и полумрака золотые полоски света. Они также освещали и многочисленные ответвления — тоннели, выводящие лабиринт загадочных проходов, ведущих из нашего укрытия. Или в него?

Я немного поежился, представляя, как голодные хищные рептилии пробираются сквозь все эти коридоры прямо в центр, словно в просторную столовую, куда мы так удачно пожаловали к ним в лапы. Но пока никакого движения видно или слышно не было. Не отмечал его и мой компаньон по несчастью. Парень немного переменился в лице, как будто забыв про наше окружение и опасность ситуации, и погрузился в свои мысли. Но там он пробыл недолго: пронзительный взгляд резко коснулся моей души, и я разглядел в нем что-то одновременно ужасное и завораживающее. Загадочными движениями, сопровождая их еще более загадочными словами, парень повернул мою руку ладонью вверх (завороженный необычными действиями, я и не думал сопротивляться), неизвестно откуда достал тоненькую серебряную иголку и быстро кольнул меня в указательный палец. Вся мистическая атмосфера тут же развеялась, когда я с вскриком отдернул руку, обиженно и непонимающе глядя на мучителя. А он, не переставая удивлять, уколол и свой палец, молча вернул мою руку в свою крепкую хватку и начал что-то неразборчиво бубнить под нос. Голос его становился все громче, но слов я так и не понимал. Странно, мне казалось, что дверотли на слух неплохо разбираются даже в неизвестных языках. Но эти слова не были похожи на простую речь. Скорее, больше на какое-то заклинание. И тут холодок пробежал по моей коже. Неужели он занимается магией? Еще и меня хочет в это втянуть? Ну уж нет! Я подскочил на ноги, но так и не сумел высвободить руку, как бы не дергал и не изворачивался.

— Успокойся и сядь, — ледяным голосом произнес маг. Его брови сурово нахмурились, и от одного его вида я успел пожалеть, что прервал обряд. Однако он не сильно сбился и быстро восстановил темп.

— Теперь все, — наконец расцепив пальцы, освободил он меня и немного устало шатнулся назад.

Перехватив мой взволнованный вопросительный взгляд, сделав смирившийся вздох, начал спокойно и размеренно объяснять мне суть происходящего.

— Это Багряная нить — ритуал, которым частенько любили пользоваться особо ревнивые жены в отношении своих неблаговерных мужей. Попрошу не путать с Красной нитью судьбы. Эта ниточка крови, что теперь связывает нас, не позволит даже зародиться в твоей голове мысли о побеге, то есть измене или предательству в отношении меня. А даже если ты и сможешь сопротивляться, чего я искренне не советую делать, уйти от меня насильно все равно не получится — кровавое заклинание немедленно вернет тебя как привязанного прямиком в мои руки. И чего ты скривил такое лицо? Я еще тебя не убиваю.

От этой фразы я, должно быть, стал намного бледнее, чем прежде. Вновь заметив капельки холодного пота, проступившие на моем лбу и полностью раскрывая истинную палитру моих эмоций, парень снова вздохнул.

— Уж не знаю, что ты там себе напридумывал, но магия, это не настолько грязное и ужасное занятие, а я не настолько жесток и мерзок, как ты представляешь.

— Тогда зачем тебе понадобилось делать все это? Вламываться ко мне в дом, преследовать, даже связывать Айрис, а теперь еще и магические штуки проделывать? Если ты и правда мой брат, то почему ведешь себя как злодей?

Последнее получилось сказано как-то по-мальчишески. Однако суть вопроса мой собеседник явно разглядел и почему-то смутился, на