Темный Лорд устал. Книга IV - Тимофей Афаэль

Он огляделся — никого рядом. Охранники у ворот завода были слишком далеко, чтобы видеть его здесь.

Осторожно, очень осторожно, Даниил протянул руку к ручью, чуть ниже по течению, где жидкость уже смешалась с обычной водой. Коснулся пальцами поверхности и мгновенно отдёрнул руку, задохнувшись.

Боже…

Ощущение было в сотни раз хуже, чем когда он касался отравленной земли. Это была не просто «грязь» на энергетическом уровне, а концентрированная, искажённая, изуродованная энергия. Энергия жизни, пропущенная через что-то ужасное, словно живую, чистую силу протащили через ржавый, гниющий механизм, и она вышла искалеченной и отравленной.

Даниил вытер руку о траву, но ощущение не уходило. Оно въелось в кожу, в разум, в саму душу.

Он посмотрел на ручей, который тёк дальше, к городу. Эта отравленная вода попадала в ливневую канализацию, а оттуда — в грунтовые воды, колодцы и землю, на которой росли растения.

Вот как это работает, — медленно, с холодным осознанием понял Даниил. — Завод сбрасывает эту… эту гадость в воду. Вода течёт в землю, а земля впитывает яд. Как итог, растения чахнут, животные умирают, а люди…

Он вспомнил мигрени, агрессию и усталость, которая не проходила даже после сна. Раздражительность, ставшую нормой.

Люди тоже отравлены. Просто процесс идет медленно. Так медленно, что не замечают. И не заметят, пока не станет слишком поздно.

Мурзик стоял рядом, глядя на ручей, и его шерсть стояла дыбом. Из его горла доносилось низкое, непрерывное рычание — звук первобытной ненависти.

Даниил медленно выпрямился, не отрывая взгляда от стока.

Он нашёл доказательство.

Но что с этим делать?

Никто не поверит, не захочет верить. Потому что правда слишком страшная и слишком неудобная.

Даниил стоял на краю промоины, глядя на тонкую струйку отравленной воды, которая медленно, неумолимо текла к городу. К людям, которые даже не подозревали, что их медленно убивают.

Даниил не знал ответа, что ему делать. Он хотел спокойной жизни, но проблема нашла его сама. Нашли и вломилась в его тихую жизнь и поставила перед выбором.

И что теперь? Смотреть, как город умирает?

Сумерки опускались на Котовск.

Даниил стоял на невысоком холме на восточной окраине города — том самом месте, откуда открывался вид на промышленную зону. Он приехал сюда после работы, когда последний заказ был доставлен и можно было просто… думать.

Мурзик сидел рядом, неподвижный и напряжённый. Его взгляд был прикован к заводу «Деус Инжиниринг Групп», который возвышался на горизонте. Массивное здание из бетона и стекла. Дымящие трубы. Яркие огни, которые становились всё заметнее по мере того, как сумерки сгущались.

Даниил тоже смотрел на завод, и впервые за все эти недели видел его таким, каким он был на самом деле — гигантская раковая опухоль на теле земли. Монстр, который медленно высасывал жизнь из всего вокруг. И самое страшное — люди этого не видели, не чувствовали, а просто продолжали ходить на работу, радоваться зарплате, убеждать себя, что «хоть какая-то работа есть». В то время, как их медленно убивали.

Мурзик издал низкое, утробное рычание — долгое, полное ненависти, направленное на завод. Его шерсть стояла дыбом, хвост распушился до размеров лисьего и когти скребли землю.

Даниил никогда не видел кота таким. Мурзик всегда был спокойным, царственным, слегка надменным. Даже в роще, когда ощущал дискомфорт, он просто нервничал. Но сейчас… сейчас в нём была чистая, неразбавленная ненависть. Словно не просто кот смотрел на завод, а что-то древнее, могущественное, абсолютно враждебное тому, что творилось за теми стенами.

Даниил присел на корточки рядом с котом, положил руку на его спину.

— Тебя тоже тошнит от этого, да? — тихо проговорил он. — От этой мерзости — этого яда.

Мурзик не перестал рычать, но чуть прижался к руке Даниила. Словно говоря: я с тобой, что бы ты ни решил.

Даниил вернул взгляд на завод. Он всю дорогу сюда думал — взвешивал и пытался найти рациональные аргументы за и против.

За — это не моя проблема. Если я начну действовать, начну копать, начну привлекать внимание — это разрушит всё, что я пытался построить здесь.

Против — я единственный, кто понимает, что происходит. Единственный, кто чувствует истинную природу этой угрозы. Если я не буду действовать, кто будет? Полиция? Мэр? Экологи? Они не видят. Даже не чувствуют. Для них это просто ещё один завод с небольшими экологическими нарушениями.

А я знаю правду и если промолчу…

Даниил закрыл глаза, представляя, как через месяц, через два, через полгода эта отравленная вода продолжит течь в землю. Как «зона смерти» вокруг завода будет расширяться, как мигрени у людей станут постоянными, как агрессия перерастёт в насилие и даже как дети начнут рождаться больными.

Город медленно, но верно превратится в мёртвое место.

Неужели он будет стоять в стороне и смотреть, потому что «это не его проблема»? Потому что «он хотел спокойной жизни»?

Нет.

Даниил открыл глаза.

Я так не могу. Я пытался убежать от прошлого, пытался стать другим человеком — забыть того, кем был, но некоторые части себя нельзя просто отрезать. Я дал себе клятву никогда больше не использовать свои способности для манипуляции. Никогда не лезть в чужие головы, но это не значит, что я должен стоять в стороне, когда людей убивают. Даже если они сами этого не понимают…

Даниил медленно выпрямился, продолжая смотреть на завод. Его новое желание спокойной жизни столкнулось с его пробудившейся совестью и совесть… победила.

Он не знал ещё, как конкретно будет действовать, но знал одно точно — он должен действовать.

Мурзик перестал рычать. Посмотрел на Даниила янтарными глазами — и в них читалось одобрение, словно кот понимал его решение и поддерживал.

Даниил присел, почесал кота за ухом.

— Похоже, нам предстоит непростое дело, дружище, — тихо сказал он.

Мурзик мурлыкнул — коротко, но выразительно. Я готов.

Даниил поднялся, взял кота на руки и направился обратно к велосипеду, оставленному у подножия холма.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, сумерки сменились ночью, а огни завода «Деус» на горизонте стали ярче — словно глаза хищника, смотрящего на город.

Я найду способ остановить это, и найду союзников, если понадобится. Потому что если не я, то кто?

Он сел на велосипед, Мурзик устроился в корзине, и они поехали обратно в город.

Глава 19

Утро в «Эдеме» было идеальным.

Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая небо в мягкие оттенки золотого и розового. Воздух был таким чистым, что каждый вдох ощущался как глоток