Щепотка удачи - Марисса Мейер

и я пытаюсь выковырять кусочки глины из-под ногтей.

Думая о кошках, я вспоминаю гадалку на фестивале.

Противоречивая аура, сказала она.

Может, она говорила о моих чувствах, разделенных между Майей и Ари?

Что ж, если так, теперь все противоречия разрешились сами собой. А что насчет той притчи? О фермере и лошади?

Бесполезно. Я думал, гадалки должны давать какие-то наставления, привносить мудрость, ясность, а не просто рассказывать загадочные сказки, которые не…

У меня перехватывает дыхание.

Постой-ка.

Вот же оно.

Идея поражает меня так сильно, что я теряю равновесие и слишком далеко отклоняюсь назад. Стул опрокидывается на ковер.

– Я должен был это предвидеть, – бормочу я, поднимаясь на ноги. К счастью, мне удалось не раздавить скульптуру, приземлившись всего в шести дюймах от нее, так что, может… удача возвращается ко мне?

Даже не подняв стул, я мчусь наверх. Просовываю голову в гостиную, где мама поливает цветы, а Люси читает графический роман, лежа на диване. Мне сейчас нужны не они. Я поднимаюсь на второй этаж. Дверь в комнату Прю и Элли открыта, и я слышу, как Элли разговаривает сама с собой.

Я заглядываю внутрь и вижу, что Элли стоит на коленях перед кукольным домиком, подаренным ей на день рождения пару лет назад. В одной руке она держит диснеевскую принцессу Жасмин, в другой – Рапунцель, и, похоже, Жасмин пытается убедить Рапунцель сходить к дантисту, иначе у нее выпадут все зубы. Забавно, но я почти уверен, что несколько дней назад у моих родителей состоялся именно такой разговор с самой Элли.

Я стучу в дверь.

– Привет, – говорю я, входя в комнату. – У тебя еще жив тот шар, отвечающий на вопросы?

Элли поднимает голову.

– Ага. Он там. – Она указывает на маленький деревянный ящик с игрушками, который стоит рядом с книжной полкой Прю. – Почему у тебя все руки красные?

– Лепил поделку из глины для урока рисования.

Элли взволнованно вздыхает.

– Можно я тоже что-нибудь слеплю?

– Э-э… не сейчас. – Я роюсь в ворохе кукол, украшений, пони, принадлежностей для рукоделия и нахожу спрятанный на самом дне волшебный шар. – Можно мне взять его на время?

Сестра обижена, что я не разрешил ей лепить из глины, но все равно кивает. Я благодарю ее и выхожу из комнаты, спускаюсь на два лестничных пролета, возвращаясь в свою спальню. Обойдя упавший стул, я сажусь на край кровати, сжимая пластмассовый шар обеими руками.

Если я не могу положиться на удачу, чтобы получить ответы на вопросы, не дающие мне покоя, попробую другую тактику.

Другой вид магии.

Спрошу вселенную.

Я зажмуриваюсь.

– Я нравлюсь Ари? – спрашиваю я вслух и тут же съеживаюсь, потому что сам понимаю, как жалко это звучит. Но, если уж начал, надо идти до конца.

Я встряхиваю шар и, затаив дыхание, переворачиваю его. Мои руки оставляют ржавые отпечатки пальцев на блестящем пластике, когда маленький треугольник подпрыгивает и бьется о стенки.

Пока не ясно, попробуй снова.

– Ла-адно. Думаю, бывают ответы и похуже. Выразимся точнее: нравлюсь ли я Ари? Так же, как она нравится мне?

Встряхиваю, встряхиваю. Смотрю, что получилось.

Перспективы не очень хорошие.

Сердце сжимается.

– Точно?

Можешь быть в этом уверен.

Я хмурюсь. Этот шар дерзит мне, что ли?

Через секунду я спрашиваю:

– Есть ли надежда, что я понравлюсь ей в будущем?

Никаких сомнений.

Я выпрямляю спину.

– Серьезно?

Маленький треугольник бьется о стекло, выдавая новый ответ.

Весьма маловероятно.

Я ссутуливаюсь, прижимаюсь лбом к прохладному пластику.

– Придурок. – Вздыхая, я снова встряхиваю шар. – Мне стоит пригласить Ари на свидание?

Мне кажется, да.

– О, тебе кажется? Но почему? Ведь очевидно, что у меня нет ни единого шанса.

Встряхиваю.

Жду.

Сейчас лучше этого тебе не говорить.

– Ага. Она согласится?

Вероятнее всего.

Я сжимаю шар так, что костяшки пальцев белеют.

– Следует ли мне игнорировать все твои ответы?

Определенно да.

Я фыркаю.

– Неужели вселенная разыгрывает меня?

Это предрешено.

– Похоже на то. – Я кладу шар себе на колени и поджимаю губы. Такое чувство, что какая-то невидимая сила действительно играет со мной. Но… – Почему я?

Я опускаю взгляд.

Вздох.

Встряхиваю шар в последний раз.

Ответ появляется не сразу, как будто магический шар размышляет. Наконец из ниоткуда появляется маленький треугольник.

Спроси позже.

С гортанным стоном я плюхаюсь на спину.

– Кубик никогда надо мной не издевался, – бормочу я, вяло бросая шар на пол.

Он приземляется с тошнотворным, хлюпающим звуком. Я вздрагиваю, а затем издаю жалкий вопль, нечто среднее между смехом и рыданием, и закрываю лицо руками. Мне не нужно смотреть, чтобы понять, что я только что раздавил Арасели Великолепную. Вот так вот удача повернулась ко мне лицом.

Глава тридцать третья

– Сегодня ты играла потрясающе. – Мой дружелюбный и непринужденный тон никоим образом не выдает того факта, что на протяжении всего вечера открытого микрофона меня занимали мысли о том, что произойдет, если я затащу Ари в подсобку и…

– Спасибо. – Ари лучезарно улыбается мне, пока мы убираем стулья. – Сегодня у нас было несколько занятных исполнителей. Тот парень, что играл свой акустический блюз, по-моему, великолепен.

– Да. Супер, – соглашаюсь я, хотя за весь вечер не слушал и не слышал никого, кроме нее.

–Вы издеваетесь надо мной? – доносится из подсобки голос моего отца, такой сердитый, каким он не бывает почти никогда.

Мы с Ари переглядываемся. Магазин закрылся десять минут назад, и остались только мы втроем.

– Пап? – окликаю я. – Все в порядке?

В следующее мгновение он появляется на пороге, нервно проводя рукой по волосам.

– Я только что получил уведомление, что наша поставка на День музыкального магазина задерживается. Сотни пластинок, тех, что ты заказал! Они ведь для распродажи, в которой весь смысл праздника! – Он в отчаянии воздевает руки. – Застряли на складе. Их даже еще не отправили. Говорят, что доставят только через две недели!

У меня сердце уходит в пятки. Пластинки, которые я заказал.

Еще бы они не задерживались.

– Вот черт. Прости, папа.

Он потирает лоб одной рукой, уперев другую в бедро; напряжение волнами исходит от его тела.

– Ясное дело, это не твоя вина.

Я с трудом сглатываю.

– Они как сговорились. Какой День музыкального магазина без распродажи! – Он оглядывает магазин и качает головой. – Что нам теперь делать? Если у нас не будет никаких специальных промоакций, какой смысл участвовать в этом году?

– Это все равно отличный день, чтобы показать людям, насколько мы важны, – утешает Ари. – Малый бизнес, поддерживающий творческих людей… это не пустяк.

Я с