Серый смерч - Иар Эльтеррус

– Полторы сотни тысяч? – брезгливо пожал плечами маг. – Велика потеря! Их у тебя там столько развелось, что небольшое кровопускание никак не помешает. Ты лучше скажи, что с третьим драконом?

– Девушке удалось скрыться, – с легкой улыбкой ответил Данх, отпив из бокала. – Она, по всей видимости, идет к побережью, в какой-то из приморских городов. В какой именно, я не знаю. На всякий случай ее ждут в каждом, чтобы незаметно охранять.

– Хорошо.

– Так вот, – вновь вздохнул император, – потеря горожан, как ты уже сказал, небольшая беда, дракон даже оказал мне услугу. Но вот мстители…

– И ты не сумел их остановить? – удивился старый маг.

– Да сумел… – вздохнул тот. – Только для этого пришлось четверку самых ретивых магов повесить. А ведь были из талантливых.

– Потери неизбежны, – пожал плечами Фолерг. – А что с плененным драконом?

– Везут сюда на корабле «Ветер пустыни», – ответил император, вновь потягивая коньяк.

– Что ж, десяток лет в плену научат молодого дурака контролю над собой, – усмехнулся Верховный Маг и снова внимательно посмотрел на Данха. – Серый дракон, надеюсь, не знает, кто является императором Фофара?

– Пока не вымерли те, кто мог знать Данха Огненное Сердце в лицо, никто меня не видел… – с грустью вздохнул Его величество. – Откуда ему знать?

– Не стоит недооценивать Мастера, – возразил Фолерг. – Иногда, в некоторых странноватых событиях, я вижу слишком хорошо знакомый мне почерк. Лапа Серого Дракона отчетливо ощущается на нашем мире, но понять, чего он хочет, трудно. Если бы он хотел просто уничтожить людей и населить Архр одними драконами, все было бы ясно. Но для этого у него уже было несколько возможностей, а он их упустил… Значит, хочет чего-то другого. Вопрос: чего?

– Не знаю… – развел руками Данх. – А ведь он многому нас научил.

Старый маг улыбнулся и покачал головой, затем принялся внимательно изучать какой-то пергамент. Через некоторое время он поднял голову и спросил:

– Но все-таки, кого мыслишь своим преемником? У тебя ведь еще есть твой любимый опальный адмирал.

– Ог-Фасанх – гениальный полководец и флотоводец, но император из него будет никакой, он ничего не понимает в политике, – устало глядя в пустоту перед собой, ответил Данх. – Но на всякий случай держу его в постоянной опале, подальше от двора. Вдруг другой кандидатуры просто не будет?

– У меня есть другая кандидатура, – встал вдруг с места Верховный Маг и отошел к столу, начав рыться в каких-то бумагах. – Несущий Пламя.

– Этот сумасшедший кармиярец, поднявший восстание на полматерика? – брови императора скептически приподнялись.

– А кого когда-то звали Пылающее Сердце? – с немалой долей ехидства в дребезжащем голосе поинтересовался Фолерг.

– Но он не маг и далеко не фофарец.

– Маг, – сказав это, Глава Совета взял со стола пергамент и вернулся к креслу. – Он гонит на врагов огненные стены.

– Необученный маг самостоятельно прошел инициацию?! – даже привстал при этом известии император. – Тогда ты, возможно, и прав. Не фофарское происхождение быстро исправляется женитьбой на десятке знатных девиц и выдиранием некоторого количества слишком много болтающих языков. Но его необходимо будет захватить и обучить.

– Да… – вдруг грустно усмехнулся Фолерг. – А помнишь, как в этом самом кабинете?..

– Ага… – столь же грустно покивал император. – Два только что пойманных молодых повстанца, приготовившихся к смерти.

– А им вместо этого – власть… Делайте, мол, что пожелаете, авось, да получится.

– Ну, да, – скрипнул зубами Данх. – Вот уж чего мы с тобой, Нахар, не ждали…

– Не ждали, – согласился маг, – но получили.

– Да уж, получили. Как я хочу покоя…

– А вот помрешь – авось будет! – весело оскалился Фолерг. – А теперь мне нужна твоя помощь в захвате мальчишки.

– Несущего Пламя? – удивился император. – А зачем тебе я?

– Мальчик преклоняется перед памятью великого повстанца Данха Огненное Сердце и последует за своим кумиром куда угодно.

– Старый ты циник… – задумчиво протянул император, как-то странно смотря прямо в блеклые глаза мага.

Тот не ответил, только во взгляде появился намек на грусть. Данх с болью продолжил:

– Почему у нас ничего не получается? Ты же лучше меня знаешь, сколько попыток мы делали, сколько социальных моделей опробовали. И ничего! Только ухудшение, рост населения и неизбежный вскоре развал, эпидемии и гибель… Почему?!

– Возможно, нам просто не хватает знаний, друг мой, – устало ответил старый маг и вновь отхлебнул из бокала. – Возможно, предки ошибались, остановив развитие знаний и направив интересы людей сам знаешь куда. Но ты ведь помнишь, с какой энергией мы взялись за дело, дорвавшись до власти? И помнишь жуткие результаты наших поспешных действий? Помнишь ведь?..

– Такого не забудешь… – хрипло прошептал император Фофара, опустив голову. – Такого не забудешь…

Маг встал, налил еще коньяка в бокал друга и сунул ему в руку со словами:

– Выпей, Данх, станет легче. Мы с тобой просто очень устали.

Император послушался и залпом, не поморщившись, выпил бокал до дна. Долгое время друзья молчали, погруженные каждый в свои мысли. Только минут через десять Данх поднял голову и негромко спросил:

– Как ты думаешь, Нахар, а этот странный пришелец не может оказаться Владыкой?

– Все может быть, – вздохнул маг.

– И что тогда?

– Бойня! – скривился Фолерг. – Он устроит бойню, насмотревшись на «прелести» Архра. И помешать ему мы ничем не сможем, хотя и вынуждены будем сражаться в попытках выжить его за пределы нашего мира, как это сделали предки. Но я все же не думаю, что это он – судя по хроникам, Серый Меч надежно замурован в основании Серой Башни и связан таким заклятьями, что…

– А ты проверял его наличие? – перебил его Данх.

– Это невозможно, – буркнул Нахар Сумеречный, уперев взгляд в пол. – Ни мне, ни тебе, ни кому другому не подойти к месту его пленения. Столь сильно предки защитили его.

– Значит полной уверенности у нас нет, – мрачно констатировал император.

– Нет…

– Но ты все-таки прав, – опять вздохнул Данх. – Мы не можем действовать, исходя из догадок. И остановить это существо, кем бы там оно ни было, обязаны. Меня до сих пор дрожь пробирает при воспоминании о его последнем заклинании.

– Да уж, – согласился с ним Фолерг. – Состояние было еще то… Но это все философские отступления. Ты так и не ответил мне, поможешь ли в захвате Несущего Пламя?

– Куда я от тебя денусь? – искривил губы император. – Себе же преемника готовить буду.

Маг в ответ засмеялся дребезжащим, невеселым смехом.

– Не кажется ли тебе, Нахар, – опустил голову Данх, – что мы с тобой окончательно превратились в чудовищ? Сколько уже десятков миллионов человек мы убили? Не напомнишь?

– Сотен, друг мой, сотен миллионов… – хрипло уточнил Фолерг. – Но если для того, чтобы на Архре жили люди и иные существа требуется быть чудовищем, я буду чудовищем! И в том, что до сих пор в нашем мире все еще существует цивилизация, есть и наша заслуга.

– Как бы я хотел, чтобы ты был прав… – осипшим голосом пробормотал себе под нос император Фофара. – Как бы я этого хотел…

* * *

Несущий Пламя сидел у костра, вслушиваясь в привычные звуки воинского лагеря – ржание лошадей, бряцание оружия, перебранку воинов, храп, перекличку часовых. Сильно болели обожженные во время сегодняшней битвы руки, но он не обращал на боль никакого внимания – вождь не имеет права на слабость. На его лицо, изборожденное шрамами, падали отблески костра, но Несущий Пламя не видел их, раздумывая, зачем ему теперь жить. Месть свершилась, а он не чувствует никакой радости, никакого облегчения – только боль и пустоту в душе… Так стоило ли отдавать все силы и всю жизнь ради этой мести? Вождь не знал. Он окинул взглядом бесконечный лагерь и, впервые, наверное, удивился, что эти сотни тысяч воинов идут за ним, ведь ему всего двадцать два года. Как же все это начиналось?

Зима откатывалась с пустошей Кармияра, на плоскогорье Донорхан стало тепло, пробивалась первая трава, и клан Черных Волгхоров вывел свои стада на пастбища. Первые цветы и островки молодой сочной травы перемежались сырой еще землей. Овцы, козы, дисхи, турушу жадно накидывались на зелень. Риарх почти не обращал внимания на животных, юноша был озабочен только одним – удостовериться в сохранности своего сокровища. Осторожно оглянувшись и не увидев никого вокруг, он наконец решился и осторожно отодвинул тяжелый валун, под которым осенью спрятал книги. Молодой пастух достал сверток, замотанный в непромокаемую, выделанную им самим кожу. Развернув его, Риарх радостно улыбнулся и его сердце запрыгало – книги не размокли за зиму. Его сокровище было цело! Радостно засмеявшись, он прижал их к груди.