Барон Легран Гепард - Георгий Левин

Они стояли и рассматривали нас, а мы их. Так продолжалось минут десять. Для меня они показались вечностью.

Но вот из их рядов вылез огромный жук. На концах его усиков сверкали какие-то шарики. Он постоял, поводил ими. Потом снова исчез в толпе стоявших перед нами монстров. Казалось, прошла вечность, но вот они зашевелились. Сколько их было? Точно не скажу, думаю тысяч 5–7. Считать их даже не приходило в голову. Монстры перестраивались. Перестраиваясь в колонну по десять единиц вряд, первые ряды занимали "мамонты", места по бокам занимали бегемоты, с головами крокодилов и обезьяны с лошадиными головами. Кабаны строились отрядами впереди. Остальные монстры занимали места в тылу колоны или залазили на стоявших уже сородичей. Даже на таком расстоянии ощущался смрад, идущий от них.

Не выдерживая строй эта свора, двинулась на нас. Кабаны трусили трусцой, злобно сверкали их глаза. Вал монстров катился в нашу сторону.

Здесь и проявился талант Гуда. Он не растерялся. По его приказу фаланга и конники оттянулись назад. Колесницы-тачанки заняли их места и развернулись навстречу монстрам. Обслуга "артиллерийских" телег увеличила угол больших стволов и опустила малые пусковые стволы. Слаженная работа расчётов и быстрое выполнение команд позволило сделать это мгновенно. Гуд изменил весь план боя и диспозицию, это было правильное решение. Оно спасло нас.

Кабаны приблизились метров на 200–250, и тогда начался кошмар для монстров. Стрелы лучников украшали наконечники в виде листка с острыми гранями, этот вытянутый заостренный лист пробивал панцирь. Четырёхгранники арбалетных болтов делали это ещё проще, оставляя дыру размером в кулак обычного человека. Тела монстров по прочности уступали панцирям. Да и било это всё практически в упор. Не отставали и "артиллерийские" телеги. Большие "громовые" шары летели по крутой дуге и разносили монстров на куски десятками, а "огненные" шары били в упор. Они прошивали монстров, обливая их жарким огнём. Покрытые шерстью тела были для него хорошей пищей. Катящийся на нас вал горел, разметаемый взрывами он оставлял за собой разливающееся огненное море. Монстры выли, но продолжали приближаться к нам. Видно инстинкт самосохранения был им чужд.

Моё сердце сжималось от страха. Наши копья, щиты и мечи, против этих чудищ были слабой защитой. Слишком они были огромны. Накатившись на нас, они могли просто раздавить нас своей массой.

Здесь не растерялся Кат. Колесницы-тачанки имели одетые, на обод колёс острые металлические полосы. По его команде лучники и стрелки с арбалетами покинули колесницы-тачанки, завязали глаза коней, возницы развернули их и ринулись в накатывающийся вал монстров. Острые полосы на ободе колёс колесниц-тачанок увлекаемых обезумевшими конями косили монстров, разрубая их на куски, рубя головы, конечности и тела.

Пал и Ор тоже не теряли времени. Их воины связывали копья и пики, делали ежи и вкапывали их в землю.

Из катящегося вала до нас докатилась четверть монстров. Многие из них были обожжены, имели раны и отрубленные конечности. Часть осталась на ежах, остальных встретили мечи фаланги, спешенной кавалерии, стрелков и метателей. Закипел самый страшный и не предсказуемый бой. Ближний бой на мечах.

Я тоже не остался в стороне. Вместе с телохранителями ринулся в гущу боя. В нём участвовали все. Стоять, не остался, никто.

Безумство боя охватило меня. Страх пропал. Мои пули имели металлические сердечники и верхний надпил. Пробивали панцирь, оставляли в нём дыру. Делал что-то наподобие разрывных пуль, запрещенных в моём мире давно. Но это был не мой мир и осуждения общественности не боялся.

Сначала гранаты, а потом эти пули создали вокруг меня шевелящуюся воронку из тел убитых и умирающих монстров, их конечностей. Мой белый костюм и броня были покрыты кусками плоти и залиты кровью. Я рычал и ревел как зверь. Резонаторы звук усиливали и разносили вокруг. Он перекрывал все остальные звуки боя. Кончились гранаты и патроны. Выхватив меч, метался среди этой воронки тел, по превратившей от лившейся крови в грязь земле. Ни на что хорошее не рассчитывал. Мечом владел очень слабо, прекрасно понимал, что любой, первый из монстров, вставший передо мной будет, для меня и последним. Но сдаваться без боя не собирался. Злость предавала силы. Крутился и орал минут пять. Потом навалилась усталость, я опустил меч и покорился судьбе.

Но вокруг не было никакого движения. Забраться на эту гору не было ни сил, ни желания. Желудок был пуст, но спазмы сотрясали тело. Сбросил шлем. Запах крови, палёной шерсти и горелого мяса ударил в нос и заполнил лёгкие. Рвотные спазмы скрутили тело. В этот момент сверху кучи началось шевеление. Поднял меч. Но оттуда раздался голос:

— Господин капитан! Это я! Кат! Не метайте молнии! Убьёте! И так еле дышу!

Ответить ему не смог. Только заревел. Для меня это был рёв радости. А Кат, услышав его, минут пять не шевелился. Только выждав это время, осторожно выглянул.

Он был не один. Сбросив мне верёвки, воины вытащили меня, но старательно держались подальше. Причину такого отношения понял, выбравшись с воронки. Мой курган был в высоту метров пять и довольно обширный. Он возвышался над всем полем страшной битвы. Бой закончился. Мы победили, но это была "Пиррова" победа.

Из пяти тысяч воинов, пришедших со мной на это поле, 2347 погибли, 1438 имели тяжёлые увечья и ранения. Остальные имели лёгкие ранения. Невредимым был один я. Пал погиб, Гуд лишился руки, Ор имел перелом ноги и левой руки, Кату монстр когтями разодрал руку, а его лицо было сплошным синяком. Досталось дубиной, но шлем спас. Выдержал удар, хотя и треснул. Из сотни колесниц-тачанок можно было привести в порядок десятка два. Из "артиллерийских" телег уцелели 11, но зарядов не осталось, ни одного. О копьях и пиках молчу.

Монстров, правда, положили всех. Сосчитать их было не возможно. Взрывы, огонь, полосы колесниц-тачанок и мечи, покрошили их тела, сожгли и разметали. Думаю, не сильно ошибусь, если скажу, что их было 5–6 тысяч. Из основного это было то, что отбили дань. Тысяч 15 женщин, детей, подростков и молодых мужчин. Чуми прошли только два герцогства и были вначале своего пути. Здесь узнали страшные, но не удивившие меня вещи. Чуми в пути питались ослабевшими и обессиленными людьми, не могущими продолжать путь. Понятно! А чем могли питаться эти монстры? Не травой же!

Освобождённые пленники помогали нам собирать своих убитых, раненых, оружие. Только благодаря их помощи справились быстро и смогли покинуть зловонное обгоревшее поле, над которым уже тучами кружились стервятники. Никогда не думал, что их в этом мире так много! Да ещё и подлетало пополнение.