Ворон - Смолл Бертрис

Рори Бэн глубоко вздохнул и сказал в ответ:

— Может, ты говоришь правду, женщина, но я не могу быть полностью уверен. За долгие годы я наслушался множество историй менее правдоподобных, чем твоя, которые оказывались правдой, и более правдоподобных, которые были ложью. В одном я уверен, епископ из Кей злобный человек и враг, который не прощает ошибок. Я мало знаю Мейдока Пауиса, но мне известно, что он отличается от своего брата, как день от ночи. Брайс продал тебя за один медяк. Он явно хотел от тебя избавиться. Он возложил на меня обязанность выполнить его желание. Если я предам его, он не успокоится, пока не отомстит мне. Я знавал некоторых, которые пытались вести дела с его преосвященством не совсем честно. Все они умерли, причем мучительной смертью. Брайсу из Кей доставляют наслаждение страдания других Вся округа живет в страхе попасться ему на глаза или навлечь на себя его гнев. Если я не оправдаю его надежд, то в этом мире для меня не останется угла, где бы я был в безопасности от его убийц.

— Мой муж защитит вас, Рори Бэн. Мейдок — принц Венвинвина, его семья хорошо известна своими волшебниками. Мейдок не позволит Брайсу причинить вам вред!

— Твой муж, если он на самом деле твой муж, волшебник он или нет, не смог тебя защитить от Брайса.

Уинн протянула ему свою руку.

— Посмотрите на эту руку, — сердито потребовала она. — Разве это рука рабыни? Это рука дамы! Неужели вы не слышите мою речь? Неужели ее тон и манера говорить не убеждают вас? Я не рабыня, рожденная в Кей. Я жена принца Мейдока и настаиваю, чтобы вы отвезли меня сейчас домой!

— Попридержи лучше свой норов, женщина, — мягко посоветовал ей Рори Бэн. — Некоторым это может не понравиться.

— Я могу заплатить вам, — в отчаянии сказала Уинн. — Золотом! Если вы просто отвезете меня домой. Что в этом плохого? Если я не та, за которую себя выдаю, вы повезете меня дальше. Но я действительно жена принца, и вам хорошо заплатят.

Он остановил лошадь и, обернувшись к ней, хитро взглянул.

— Какое золото? — спросил он.

В этот момент Уинн поняла, что неразумно будет сказать Рори Бэну, что у нее есть цепь и свадебный обруч. Этот человек охотно общается с Брайсом и ведет с ним дела. Ему нельзя доверять. Он украдет драгоценности и лишит ее всего.

— У меня есть золото в замке, — просто ответила она и улыбнулась. — Если вы только вернете меня домой, муж даст вам много золота.

Торговец раздраженно проворчал:

— Женщина, закрой рот! Я услышал все, что хотел услышать.

Уинн хотелось от ярости закричать, но она сдержалась. Рори Бэн, может быть, упрям, но не глуп. Она понимала, что его положение такое же трудное, как и ее. Черт бы побрал этого злодея Брайса! Зная, какое чудовище брат Мейдока, почему она все еще сомневается в мотивах его поступков? Ей следует беспокоиться о Мейдоке, который поверит в ее гибель. Она почувствовала, как тупая боль сковала сердце при мысли, что она причинила страдания человеку, которого любила.

Она почувствовала, как слезы покатились по ее щекам, и, рассердившись на себя за такое проявление слабости, Уинн смахнула их. В животе у нее заурчало. Она вспомнила о хлебе, припрятанном в кармане.

Уинн осторожно вынула его, стараясь не потревожить золотую цепь и обруч, которые тоже были спрятаны там. Хлеб был черствый, но она с жадностью начала его грызть, смачивая слюной.

Рори Бэн оглянулся.

— Ты ничего не ела сегодня, женщина?

Уинн покачала головой, проглотив кусок хлеба.

— Меня привели из подземелья сразу в Большой зал. Я оставила хлеб от вчерашней еды, если ту отвратительную бурду можно назвать едой.

— Будь терпелива, женщина, — посоветовал он ей. — Через час мы догоним караван. Они устроили привал на день, будет горячая пища.

Я не морю голодом товар. Работорговец, экономящий на еде, не получает солидного дохода. К тому же ты ешь за двоих, верно? О, ты принесешь мне большой барыш, женщина! Двойную цену за одну рабыню. И выглядишь ты хорошо, младенец еще не изуродовал твоей фигуры. У меня есть на примете один человек. Состоятельный тан с туго набитыми денежными мешками, который щедро заплатит за такую плодовитую женщину, как ты, для своего бездетного сына. Будь умницей, моя дорогая, и твой новый хозяин освободит тебя из рабства! — Он захихикал, довольный собой.

Когда он отвернулся от Уинн и вновь стал смотреть вперед, она позволила себе роскошь еще немного всплакнуть, прежде чем окончательно успокоиться. У нее еще осталась золотая цепь и обруч, и она действительно собиралась вести себя по-умному, чтобы избежать судьбы, уготованной ей Брайсом. Ему не взять над ней верх и на этот раз!

Часть III. ЖЕНА ТАНА ИЗ ЭЛФДИНА

И было так всегда — любовь не знала собственной глубины, пока не приходил час разлуки.

Глава 11

Уинн быстро поняла, что убежать от Рори Бэна, ирландского работорговца, не так просто. Они доехали до места стоянки каравана, и ее привязали длинной цепью к дереву, так что она могла ходить вокруг него, но это было и все.

Ее хорошо накормили, и вообще она не могла пожаловаться на плохое обращение. Маленький ирландец берег свой товар, потому что прежде всего он был хитрым торговцем. Они переночевали, а наутро караван Рори Бэна, состоящий приблизительно из тридцати рабов и по крайней мере пяти человек, которые помогали ему присматривать за товаром, двинулся в путь через горы из Уэльса в Бустер, город в Мерсии:

Несмотря на угрозу заставить Уинн идти пешком, Рори Бэн пожалел ее. Каждый день он сажал ее на свою лошадь, что не располагало к Уинн остальных рабов, но ей это было безразлично. Все ее мысли были поглощены одним: как спастись от рабства. Рори Бэн, однако, болтал в дороге, рассказывая ей про те места, по которым они проезжали.

Когда они переехали Ров Оффы и очутились в Мерсии, он объяснил ей, что по указу короля Мерсии, Оффы, были воздвигнуты эти земляные сооружения, чтобы четко провести границу между его владениями и владениями Пауиса.

— Но он построил их на земле Пауиса, — заметила Уинн.

Рори Бэн ухмыльнулся.

— Да, это так, женщина. Именно так он и поступил. Однако лорды Пауиса дали ему на это свое согласие. Приграничным городам повезло. И Херефорд, и Вустер процветают.

— Зачем вы везете меня в Вустер?

— У меня на примете есть на тебя покупатель, женщина, старший сын богатого тана, которого зовут Эдвин Этельхард. Его сыновья — Кэдерик Этельмар и Болдер Армстронг.

— Мне непонятны эти англосаксонские прозвища, — сказала Уинн.

— Это не так трудно. Здесь, в Англии, мужчина должен заслужить свое прозвище. Этельхард означает — благородный и храбрый. Вот и получается, Эдвин Благородный и Храбрый. Он происходит из рода Оффы и славится своей отвагой. Что касается его сыновей, то Кэдерик Этельмар знаменит своей смелостью, отсюда и прозвище — благородный и знаменитый. Его младший брат, Болдер, одинаково хорошо владеет копьем и мечом, поэтому он носит имя — Сильная рука.

Сыновья год живут врозь, но всю жизнь их не покидает дух соперничества. В этом соперничестве до женитьбы старший, Кэдерик, одерживал верх. Его жена, Эдит Крукбэк, за восемь лет супружества не родила ему ни одного ребенка. Как и ни одна из его младших жен. У Болдера, однако, от жены, Элдры Свэннек, три дочери и сын; и две маленькие дочки от одной из двух его младших жен; а его другая младшая жена, как мне сообщили, ожидает первого ребенка.

Кэдерик получит наследство от отца только в том случае, если у него будут дети. Иначе все достанется сыну Болдера, Кэдерик, сама понимаешь, зол на свою жену и других женщин, которые не могут подарить ему детей. К его несчастью, он вступил в брачные союзы с несколькими бесплодными женщинами. Ты, моя прелестная девочка, явно плодовита. Я собираюсь продать тебя Кэдерику, чтобы ты принесла ему детей, после того как родишь ребенка, который у тебя в чреве сейчас.