Закулисье войны. Штрафники, заградотряды, трудовые армии - Валентин Александрович Рунов

казаков и мелких казачьих подразделений по приказу Клейста спешно формировались кавалерийские и пластунские части, которые уже в феврале 1943 года вводились в бой против советских войск 2-й гвардейской армии. Это было важно, тем более что за двое суток до штурма Новочеркасска, 10 февраля, полковник Оринеску, командир одной из пехотных румынских дивизий, заявил коменданту города полковнику Грюнвальду, что румыны покидают Новочеркасск, «так как солдаты будут бунтовать», а поэтому им принято решение отозвать всех румын из города и продолжать далее марш на запад. В пригородных и уличных боях за Новочеркасск 13 февраля совместно с 79-й пехотной дивизией вермахта и прочими сборными частями участвовали 1-й Донской казачий полк походного атамана полковника С.В. Павлова (около 900 человек), казачий боевой отряд абвера № 201 полковника Т.К. Хоруженко (около 1 тыс. человек) и еще приблизительно до 2 тыс. неорганизованных казаков.

Понеся серьезные потери (не менее 30–40 % от личного состава полка), 13 февраля Павлов во главе беженских колонн покинул Новочеркасск вместе с немцами и двинулся по направлению к Матвееву Кургану. В пути к Павлову присоединился со своей колонной войсковой старшина Греков – атаман станицы Грушевской.

Активное участие в боях за Ростов-на-Дону в ночь с 13 на 14 февраля, особенно за завод «Ростсельмаш», принял 17-й Донской казачий пластунский полк войскового старшины Т.Г. Бударина, который потерял не менее 360 человек убитыми и ранеными, в том числе был убит и командир полка. Тем не менее утром 14 февраля этот полк оставил Ростов-на-Дону и начал отступление в направлении на Таганрог.

Арьергардное прикрытие осуществлял Отдельный казачий конный полк полковника Шведова, сформированный в апреле 1942 года под Харьковом и входивший в состав Восточных войск. Но и он не смог устоять под напором советских войск и отошел к реке Миус.

На Миусском фронте из остатков отступавших частей немцами был сформирован 6-й Семигорьевский казачий пластунский полк, участвовавший в боях к северо-востоку от Таганрога. Там же сражался и 1-й Донской казачий конный полк Донского атамана генерала от кавалерии графа М.И. Платова под командованием полковника И.С. Луизова. Этот полк, полностью экипированный и обмундированный в форму Войска Донского, насчитывал до 1,5 тыс. человек.

Фельдмаршал Э. фон Клейст делал все для того, чтобы поддержать боеспособность казачьих частей. Он систематически пополнял и казачьи формирования, участвовавшие в боях за Кубанское предмостное укрепление, и отдельные казачьи гарнизоны, находившиеся в Крыму. Общее число казаков войска Кубанского, сражавшихся в войсках Клейста весной 1943 года, достигало 9 тыс. человек.

В это же время вспыхнул острый конфликт между походным атаманом С.В. Павловым, которого признавало лидером большинство беженцев, и назначенными Клейстом Донским атаманом П.М. Духопельниковым, Кубанским атаманом И.И. Белым и Терским атаманом Н.Л. Кулаковым. Создав в Херсоне свой казачий штаб, Духопельников и Белый концентрировали здесь значительные партии казаков, не спешили направлять их в Млаву (Польша). Но их деятельность вызывала негативную реакцию сторонников С.В. Павлова, считавших, что только он, как законный последний избранный на Дону походный атаман, имеет право распоряжаться всеми людскими и материальными ресурсами казачьих областей.

События на фронте развивались стремительно. Казачьи части под командой С.В. Павлова были вынуждены отойти далее на запад, а сам он со своим штабом переместился в Запорожье. Там, собрав совещание, Павлов предложил ревизовать работу Духопельникова и Белого с тем, чтобы отстранить их от дел. Но вскоре после этого сам Павлов, который приехал в Кривой Рог, был арестован по приказу П.М. Духопельникова. После этого он поспешно перенес свой штаб в Кировоград.

Другие казачьи вожаки П.М. Духопельников и И.И. Белый прямо из Херсона уехали в Млаву (Польша), где весной и летом 1943 года формировалась 1-я казачья кавалерийская дивизия вермахта. Но там они уже не смогли занять среди казачества достойное место и были вынуждены уйти в тень.

Всего в Млаве за счет прибывших казаков на формирование 1-й казачьей дивизии было направлено 11 358 человек, определено на формирование казачьих частей в составе Восточных войск вермахта – 11 780 человек, выделено в распоряжение этапных германских комендатур – 7656 человек, отправлено во Францию в распоряжение организации ТОДТ – 12 707 человек. Таким образом, можно говорить о том, что на немецкой службе к лету 1943 года состояло 43,5 тыс. человек.

Между тем беспорядочно отступавшие в конце весны и начале лета 1943 года казачьи массы беженцев рассыпались по южной и юго-западной Украине. Хаотичность и неуправляемость различных казачьих групп привела к возникновению в их среде различных «комитетов» и «штабов», претендовавших на главенство.

К осени 1943 года в рядах беженцев появилось много лиц, недовольных политикой походного атамана С.В. Павлова. Часть из них отказалась от движения на Проскуров, избранный Павловым местом сосредоточения, и с 1 октября большое число одиночек и даже организованных групп беженцев начали продвижение по украинским проселочным дорогам на юго-запад, в Румынию. Правда, в последующем почти все они были настигнуты советскими войсками.

Части походного атамана С.В. Павлова на пути из Кировограда в Проскуров в 30 км северо-западнее Умани в районе села Христиновка столкнулись с полевым штабом сводной казачьей конной дивизии под командованием генерал-лейтенанта графа фон Шуленбурга. В состав этой дивизии входили Лейб-Атаманский, 5-й Кубанский, 12-й Донской и 18-й сводный казачьи полки. Некоторое время эта дивизия вела активные боевые действия против партизан в районах: Кировоград, Бобринец, Новый Миргород, Старая Буска, Балта, Гайсин, Умань и в 150-километровой полосе лесов под названием Зеленая Брама.

Генерал Шуленбург не стал разбираться, куда движутся и что представляют собой казаки С.В. Павлова. Он отдал приказ о сдаче павловцами оружия, что вызвало у казаков крайне негативную реакцию. Едва не дошло до боя. И только благодаря личному вмешательству Э. фон Манштейна, конфликт был урегулирован. На то время, по имеющимся данным, в распоряжении С.В. Павлова насчитывалось около 18 тыс. казаков.

10 ноября 1943 года под редакцией П.Н. Краснова была принята специальная декларация германского правительства. Она призывала казаков сплотиться под германскими знаменами, обещая им и всем, кто сражался под казачьими знаменами, большие блага. В частности, в ней было записано:

«Когда доблестная Германская армия подошла к вашим рубежам, вы явились к ней не как пленные, но как верные соратники. Вы с семьями, всем народом, ушли с германскими войсками, связали свою судьбу, предпочитая все ужасы войны, биваки и зимнюю стужу, кочевую жизнь – рабству под большевизмом. Все, кто только мог сражаться, взялись за оружие. Второй год вы сражаетесь плечо к плечу, стремя к стремени с германскими войсками. Вы пережили весь ужас власти большевиков и вы никогда с ней не примиритесь. Германская армия нашла в вас честных и верных союзников!»