Закулисье войны. Штрафники, заградотряды, трудовые армии - Валентин Александрович Рунов

Петром Первым в 1709 году, выразило свою государственность в Донской Конституции и три года защищало свою исконную территорию от нашествия советской армии (1918–1920 гг.).

Германия признала де-факто существование Донской Республики, имевшей территорию, избранный всем народом Законодательный Орган – Войсковой Круг, Войсковое Правительство, армию и финансы.

Германская армия, во взаимодействии с Донской Армией, сражалась с большевиками на границах Дона, тем самым утверждая его суверенитет.

Ныне Войско Донское объявляет о восстановлении своей самостоятельности и воссоздает свою государственность, руководствуясь Основными Законами Всевеликого Войска Донского.

Донское Войско просит Германское Правительство признать суверенитет Дона и вступить в союзные отношения с Донской Республикой для борьбы с большевиками».

Далее в Декларации излагались конкретные мероприятия, которые, по мнению ее составителей, должны были способствовать созданию Донской Республики. Предлагалось:

Немедленно освободить из всех лагерей военнопленных казаков всех Войск и направить их в Штаб походного атамана и отпустить в распоряжение походного атамана всех казаков, находящихся в германской армии.

Не производить на территории Казачьих Земель принудительный набор молодежи для отправки в Германию.

Отозвать хозяйственных комиссаров с территории Казачьих Земель и производить снабжение германской армии за счет продовольственных ресурсов казачества только на договорных началах.

Отозвать комендантов из Управления донскими конными табунами, являющимися неприкосновенной собственностью Войска Донского.

При этом Донской походный атаман ставил германское правительство в известность о том, что воссоздаваемая Казачья армия должна иметь свою историческую форму одежды, прежние знаки военного различи, свой национальный флаг: синяя, желтая и красная продольные полосы, и свой герб: олень, пронзенный стрелой. Также он прилагал карту территории Дона, изданную Донским правительством в 1918 году, и копии Основных Законов всевеликого войска Донского, принятых Большим войсковым кругом 15 сентября 1918 года.

В развитие Декларации Войска Донского полковник С.В. Павлов в конце ноября 1942 года создал Особую комиссию по казачьим делам в Ростове-на-Дону при представительстве Штаба Войска Донского. Возглавил ее профессор М.А. Миллер, а членами стали профессора Богачев, Иванов, Краснянский и др.

Немецкое руководство с иронией отнеслось к Декларации и требованиям самозваного донского походного атамана. Тем не менее его обращение стимулировало ряд мероприятий, итогом которых явилось создание немцами Казачьего Управления (КЛШ) во главе с Н.А. Гимпелем. Тем более что к концу осени 1942 года присутствие отдельных казаков в вермахте, существование значительного неучтенного количества разных казачьих подразделений на фронте и в оперативном тылу стали фактом.

Н.А. Гимпель разработал проект организации КЛШ. Г. фон Менде передал этот проект на утверждение А. Розенбергу. Розенберг, всячески поощрявший территориальное раздробление оккупированных и подлежавших оккупации земель, предложил создать три самостоятельных КЛШ – Дона, Кубани и Терека под общим руководством Н.А. Гимпеля. Размещалось Казачье Управление в Берлине на Ренкштрассе, 10.

Энергично взявшийся за развертывание КЛШ Н.А. Гимпель в декабре 1942 года вступил в тесный контакт с находившимся в эмиграции бывшим Донским атаманом генералом от кавалерии П.Н. Красновым. Ближайшей целью этого сотрудничества было полное исключение казаков и казачек, которые на то время находились на работах в Германии, из состава «унтерменшей» и восточных рабочих, с предоставлением им статуса свободных рабочих. Последующей – формирование и развертывание крупных казачьих частей и соединений.

Надо сказать, что первая часть плана была реализована достаточно успешно. До середины 1943 года КЛШ удалось освободить более 7 тыс. казаков, вывезенных на работы в Германию и находившихся на положении «остов», добиться для них выдачи германских иммиграционных паспортов, закрепивших их новый статус иностранцев.

В последующем в компетенцию КЛШ входило рассмотрение следующих вопросов:

– освобождение казаков из лагерей военнопленных и восстановление их правового положения;

– освобождение казаков от принудительных работ, к которым они привлекались в качестве «восточных» рабочих;

– материальное обеспечение беженцев;

– установление связей и восстановление семей в беженской среде;

– оказание юридической помощи, установление связей и контактов между казачьими подразделениями на Восточном фронте, параллельно между ними и тылом;

– координация деятельности беженцев с традиционных казачьих земель в России после начала наступления Красной Армии в январе 1943 года;

– подготовка объединительного процесса в казачьей среде и т. д.

Казачьим Управлением издавался специальный журнал на русском языке «Казачьи Ведомости» для строевых казаков и беженцев тиражом до 12 тыс. экземпляров. Первый номер этого журнала вышел 25 августа 1943 года, в последующем он издавался ежемесячно, вплоть до весны 1945 года.

Однако на фронте дела шли не так гладко. Казаки считали себя не наемниками, набранными в вермахт на оккупированных восточных территориях, а равноправными союзниками Германии со всеми истекающими из этого последствиями. Естественно, немецкому командованию не мог нравиться такой расклад.

2 января 1943 года командующий группой армий «А» Э. фон Клейст подписал приказ об образовании Кавказского штаба по эвакуации беженцев. 3 января было опубликовано его распоряжение о начале отхода с территории Терека всех казаков Войска Терского и горцев, желавших эвакуироваться вместе с частями вермахта. Начальником штаба по эвакуации был назначен комендант Пятигорска генерал вермахта Мержинский.

Беженцев оказалось неожиданно много. Маршруты многотысячной эвакуировавшейся массы людей пролегали по проселочным дорогам от Моздока и осетинского села Эльхотово на станицу Прохладную, от Пятигорска через станицу Невинномысскую на Армавир, от Георгиевска через Моздок и Кизляр на Армавир и от Кисловодска через станицу Баталпашинскую на Кропоткин. У Кропоткина немцы заворачивали беженские потоки на запад к Краснодару. Туда же стремились беженцы из Ставрополья.

В январе – марте 1943 года на 16-километровой песчаной полосе Чушка на севере Таманского полуострова нашли пристанище, по немецким данным, почти 120 тыс. беженцев, среди которых насчитывалось более 80 тыс. казаков, казачек и их детей, отступивших вместе с немцами с Северного Кавказа, Ставрополья и южной Кубани. Даже прокормить такую массу людей было сложно.

Эвакуация казаков с Северной Кубани была поручена Э. фон Клейстом начальнику германской полевой комендатуры № 810 полковнику вермахта фон Кольнеру. Его усилиями в течение трех недель в Крым с Таманского полуострова под прикрытием германских и румынских кораблей были переброшены более 100 тыс. беженцев, которые сосредоточились в основном в район Керчи. Затем через сеть КПП они направлялись к Перекопу, откуда двигались на Херсон, обозначенный как место сбора донцов, кубанцев и терцев.

Но небольшая часть эвакуируемых строевых казаков не покинула пределы Крыма, а влилась в мелкие казачьи формирования и крымско-татарские батальоны. В составе этих подразделений они участвовали в боях с советскими войсками на Крымском полуострове весной 1944 года.

12 февраля в селе Ново-Спасское войсковой старшина И.И. Саламаха приступил к формированию 1-го Кубанского казачьего полка. 20 февраля полк в количестве 960 человек завершил формирование. Командиром этой части стал И.И. Саламаха. В апреле полк влился в состав 1-й казачьей дивизии полковника X. фон Паннвица.

С конца января 1943 года из строевых