Где ты, Маленький Птиль - Сергей Вольф

-- Он спустится и обойдет лесом, -- шепнул я.

-- Ну да, как мог бы сделать это и я, -- сказал Ир-фа. Дверца винтокрыла распахнулась, и на землю спрыгнули, не закрывая дверцы, два политора. Медленно они двинулись в сторону бывшей ямы.

-- Орик, -- прошептала Пилли. -- Я их знаю. Это точно ученые. И они меня знают. Орик, миленький, -- зашептала она тревожно и как-то громко. -Там, в кабине винтокрыла, еще политор! Алургу нельзя лететь! Нельзя!

И в тот же момент мы увидели, как стремительно планирует к винтокрылу Алург. Он успел перебраться на дерево, гораздо ближе расположенное к винтокрылу, двое шагающих политоров его уже не видели, но тот острый угол, под которым он быстро приближался к винтокрылу, мешал ему самому видеть политора в кабине машины. Предупреждать его было поздно. Тут же у меня впервые мелькнула мысль, что третий глаз политоров "включается", видит, если этого требует внимание.

Но ученые спокойно шли к середине поляны, а мы, замерев, впились глазами в Алурга. Вот он подлетел к самой дверце, протянул руку, и тут же из кабины высунулся политор, схватил Алурга за руку и втянул его в винтокрыл. Потрясенные, мы увидели совсем уж неожиданное: дверца захлопнулась, и через несколько секунд винтокрыл взлетел, набрал высоту и скрылся за лесом. Те двое, конечно, обернулись, и уже все мы в полном обалдении слышали, как удаляется винтокрыл, как затухает его звук и как он наконец вовсе пропал.

Те двое, напрочь сбитые с толку, так и стояли возле бывшей ямы к нам спиной без винтокрыла -- совершенно одинокие.

В этот момент а,Шарт сделал шаг из-за дерева и в махонькое устройство (мегафон, в сущности) громко сказал:

-- Прошу обернуться!

Те двое повернулись очень резко, сразу же выбросив вперед руки. Раздались два выстрела, но мгновением раньше а,Шарт упал и, чуть сместившись, вновь встал за дерево.

-- Я призываю вас к спокойствию! -- продолжил он. -- Вы окружены, вот вам доказательства. -- Один за другим раздались десять выстрелов в воздух. -- Я предлагаю вам положить на землю оружие и приблизиться к нам с вытянутыми, без оружия, руками. Как вы поняли, вы сейчас -- прекрасная мишень.

Те двое положили оружие на землю и, вытянув вперед руки, направились в нашу сторону, но а,Шарт, зная, что Пилли с ними знакома, сам быстро пошел им навстречу; одновременно с ним из леса вышел еще один политор и Рольт. Усиливающее разговор устройство а,Шарт оставил нам.

Когда эта пятерка встретилась, а,Шарт сказал:

-- Давайте присядем прямо на поляне и потолкуем. Те двое послушно сели первыми, потом остальные.

-- Надо полагать, вы догадываетесь, кто мы, -- сказал а,Шарт.

-- Разумеется. Повстанцы, -- спокойно сказал первый.

-- Вероятно, нет смысла объяснять, чем здесь заняты мы, но что делаете здесь вы -- это нам интересно. Чтобы наш отряд не был вами раскрыт в Тарнфиле, сообщаю вам, что вы находитесь в положении пленников. Но убивать вас никто не собирается. Можем поговорить спокойно. Кстати, почему улетела ваша машина, бросив вас? И кажется, кое-чего вас лишив.

-- Понятия не имею, -- сказал первый.

-- Загадка, -- добавил второй. -- Договоренности не было.

-- Значит, они Алурга так и не видели, -- прошептала Пилли. Все время, пока на поляне шел разговор, я думаю, ни у кого из головы не выходила мысль об Алурге.

-- Был ли кто-нибудь, кроме пилота, в вашей машине?-- спросил а,Шарт.

-- Никого. Вы имеете в виду вооруженных политоров?

-- Да, -- сказал а,Шарт.

-- Никого. Тем более -- машина улетела, вместо того чтобы защитить нас, так что можете нам верить. В общем смысле. Если мы и ждем, то это роли не играет: наша охрана нас бросила.

-- Ну, почему же, я вам верю, -- сказал а,Шарт. -- Но вы, я думаю, прилетели с каким-то заданием и, вероятно, секретным. Какое же задание было вам поручено?

-- Странно, -- сказал второй. -- Вы отметили, что задание тайное. Не наивно ли спрашивать у нас о нем? Вероятнее всего, мы двое -- из тех политоров, кто вынужден или готов погибнуть, но не выдавать тайну.

-- Мне почему-то кажется, что вы скорее вынуждены погибнуть, нежели готовы, -- сказал, засмеявшись, Рольт.

-- Почему вы так решили? -- спросил первый.

-- Видите ли, -- сказал Рольт. -- У вас задание, которое призвано поддержать власть, а ваши лица -- несколько иные: вы не похожи на люден, которые очень-то уж пользуются этой властью. Вы поскромнее. Не по виду, по моему ощущению.

-- Что ж, верно, -- согласился второй. -- Но, судя по этому вспаханному кругу, вы сами знаете, зачем мы прилетели.

-- Кое-что мы знаем, -- сказал а,Шарт, -- но неплохо бы сравнить с вашей версией. Вас послали сюда, чтобы на месте произвести смену аппаратуры, не так ли?

-- Да, -- сказал второй. -- Глупо это отрицать, судя по вопросу, вы кое-что знаете.

-- Известно ли вам, -- продолжал а,Шарт, -- что в этом районе произошло ослабление некоего биополя, и геллы, не все, конечно, но очень большая их группа, обрели наконец, находясь здесь, полную внутреннюю свободу?

-- Нет, слышим об этом впервые! -- сказал второй.

-- О! Это уже интересно! Вы хотите сказать, что ваш визит не связан с восстановлением биополя и возвратом геллов к несвободе? -- спросил а,Шарт.

-- Абсолютно точно, -- сказал второй. -- Такой связи нет.

-- Беда в том, -- продолжал а,Шарт, -- что мы не можем опровергнуть ваше утверждение, а вы -- его доказать.

-- А зачем нам доказывать? -- сказал первый. -- Мы говорим, что это с геллами не связано. Вы не верите. А тайна остается тайной, и мы вынуждены ее хранить.

-- Интересно, -- сказал а,Шарт, -- я заявил, что мы не собираемся вас убивать, и это правда. Но измени я своему слову, -- ради чего, простите, вы бы погибли, не выдав тайны?

-- Ради Политории, -- сказал первый политор просто.

-- Позвольте мне, -- сказал Рольт а,Шарту, и тот кивнул. -- Скажите мне, -- продолжил Рольт, -- проблема геллов, имеющая двойной смысл (на нее по-разному смотрит квистория и народ), действительно проблема государственная? И тайна биополя- тоже.

-- По-своему -- да, -- сказал первый. -- Безусловно.

-- На ваших лицах -- а я полагаю, что вы ученые, а не чиновники квистории, -- не написано, что вы готовы умереть, лишь бы геллы были несвободны. Чаще всего ученые не склонны ненавидеть своих собратьев. Можно умереть за свободу, но за рабство -- глупо.

Второй сказал:

-- Я не уверен, что мы оба готовы умереть за геллов, но мы бы хотели, чтобы геллы были свободны.

-- Охотно верю, -- сказал, улыбаясь, Рольт, -- но если это так, вам можно возвращаться в Тарнфил, заявив, что ваше задание выполнено, и не ваша вина будет в том, что биополе против геллов снова ослабнет. Так и будете летать туда -- обратно. Здесь как раз и нарушено биополе против геллов.

-- Но у нас другое задание! -- возбужденно сказал первый. -- Другое! Почему вы так уверены, что с этой поляной связана проблема геллов?