Код Адольфа Гитлера. Апрель - Владимир Иванович Науменко

приказал все наличные резервы, даже если они слабо вооружены, отдать Венку, чтобы ими закрывать бреши в обороне, – поделился информацией Кейтель. – Штайнеру, не выполнившему приказа фюрера, больше не на что рассчитывать. По результатам боев ему придётся переубеждать в этом фюрера.

– Тогда я отбываю к войскам! Честь имею!

И Вейдлинг удалился из бункера.

Гитлер отправился в свою спальню, чтобы в полной тишине обдумать все, что произошло в бункере за текущий день. Время для приезда Клауса было выбрано правильно, тот сделал все, что от него требовал Мюллер. Ева, в обществе обходительного шефа гестапо, выгуляв в саду Блонди, спустилась вниз в бункер и заперлась в своей комнате; сердце женщины, верно, угадывало, чувствовало, что военные не спасут Берлин от падения, слабость сил перекрывала их храбрость, и она знала, что уже ничто не спасёт их от поражения. Покрасив губной помадой губы, Ева долго вглядывалась в зеркало, в уме она прочитывала тексты прощальных писем, что сегодня вечером собиралась написать родным, и уныние овладело ею, хотя на людях она держалась спокойно и советовала другим не вешать нос. На большее она была не способна. Являясь не только политиком, но и виртуозным психологом, Гитлер правильно предугадал её действия, возлюбленный ждал, что Ева последует его совету насчет писем. Ева это вынуждена будет сделать, так как фюрер был сердцеедом, он давно покорил Еву своим обаянием, он понимал, что женщины – это глупые создания, они любят, чтобы им пускали пыль во влюблённые глаза. И чем больше он как влюблённый мужчина будет пускать эту пыль, тем сильнее Ева раскроет свои глаза, чтобы больше пыли в них попало. Таковы были рассуждения Гитлера о близкой женщине. Любовь Евы к нему была слепа, она во всём повиновалась его воле, и такое проявление нежных чувств его устраивало, по крайней мере, на данный момент. Он не будет ей мешать, она сама напишет то, что накипело на сердце. В мыслях Гитлер вернулся к Клаусу. Под присмотром Мюллера двойник уехал в камеру, другой гестаповец забрал с собой его одежду. «Вполне допускаю ту мысль, что этот дурачок даже не догадывается, что играет в прятки со своей смертью, но надо себе заметить, вел он себя с Вейдлингом, как фюрер. Правда, немного переиграл, но не испортил общего фона. Я доволен тем, что услышал». Фюрер немного отвлёкся от своих мыслей, так как за дверью услышал шаги. Но его не стали беспокоить, и вскоре эти шаги удалились. «Эге, – подумал фюрер, видя, как все удачно для него оборачивается, – вот так удача, вот как все поразительно и точно случилось на глазах! Я бы назвал это представление “театром тени”. Да-да! Именно так! Клаус, – прекрасный актер и необычный человек. А я люблю необычных людей, разного рода чудаков. Настоящая находка! Настоящий феномен! Я правильно сделал, что сохранил ему жизнь. Когда наступит крах, когда русские танки и пехотинцы будут рваться к зданию рейхсканцелярии, для меня он станет незаменим! Фюрер должен быть мудрым, как библейский змей, на то он и фюрер. Мудрым является тот человек, кто знает, что ему нужно, кто умеет в верном направлении обдумывать свои мысли, а я умею это делать! Я поступил предусмотрительно, мудро вняв советам Мюллера насчёт Клауса, и настоящее время обнаружило нашу правоту. Судьба неотвратима, жестока, но с ней можно и нужно бороться, а я по призванию революционер, фюрер! За мной всегда остаётся последнее слово, потому что власть, какой бы окраски она ни была, всегда была, есть и будет тиранична. И всё же этот день для меня богат на сюрпризы. Более всего меня удивило то, что никто из людей, многие годы близко знавших меня, не заметили подмены, что произвёл Мюллер. Они даже глазом не моргнули! Я был прав! Я никогда не доверял генералам, но крестьянской смекалке Мюллера доверяюсь всегда. Деревенских парней можно видеть за версту. У них есть чему поучиться. Да! Этот человек никогда не вызывал во мне сомнений в себе, даже в то время когда он был не в наших рядах, а моих людей сажал в тюрьмы. Люблю профессионалов! Полицейский ищейка, знакомый с правилами режима, Мюллер знает, как надо работать. Он всегда оставался в тени, не лез на рожон, как Гейдрих или Гиммлер. Я часто убеждался в том, что он оправдывает моё доверие, сделает всё, как это мне надо, поэтому именно такой человек и должен возглавлять гестапо. Настоящий кукловод! Исполнитель деликатных поручений фюрера! Мюллер – мой человек. Мне нравится всё то, что он предпринимает в последнее время. Сегодня фюрер убедился в этом. Как это стало возможно? Немыслимо! Рядового штурмовика все здесь приняли за фюрера. Потрясающее заблуждение! Невероятный фокус! Этот хитрец Мюллер ловко всё придумал. Сдаётся мне, что шеф гестапо прав. Подмена фюрера возможна, но она нужна только в случае крайней необходимости. Если даже Вейдлинг не засомневался, что перед ним я, а не “тень”, получается, что обмануть других не составит большого труда».

Все это лишний раз говорило фюреру о том, что даже в таких трагических ситуациях возможен побег, возможна искусно разыгранная авантюра, в последний раз доказывающая врагу теорему, что фюрер физически недосягаем, фюрер должен остаться в живых. Он не хотел этой войны, он лишь повел нацию туда, куда она хотела пойти. На восток! И вот сейчас ситуация для него настолько осложнилась, что все надежды на спасение он возлагал на хитроумный план Мюллера. Всё остальное его уже мало интересовало. Он разумно рассудил, что не будет впадать в ярость и истерику из-за этих ротозеев, которые давно потеряли вкус к победе и не умеют сражаться, а будет выжидать подходящий момент, чтобы действовать.

Главнее теперь – уловить его, уловить тогда, когда в Берлине создастся безнадежная ситуация, когда всем и каждому станет очевидно, что наступил конец, и многие из фанатиков начнут сводить счёты с жизнью. Вот именно тогда можно будет уходить из бункера чисто по-английски, не прощаясь. А что будет с теми, кого он покинет? Этот вопрос не волновал фюрера. Он всегда ненавидел тех людей, судьбой которых полностью распоряжался. Да и пример Геринга сегодня со всей очевидностью продемонстрировал ему тот житейский закон, что, спасая свою шкуру, ближайшие соратники начнут предавать его. Адольф был начитанным человеком, он прекрасно знал, что