Узурпатор ниоткуда - Дмитрий Дубинин

Случилось так, что тяжелая болезнь поразила Батишту почти одновременно с его новым назначением. И если поначалу Педру ехал в анклав с тайной целью в перспективе сделать из северной провинции Анголы суверенное государство, то уже через пару лет у него осталась едва ли не одна только мысль — как бы задержать развитие болезни и прекратить эту страшную боль во всех суставах.

Впрочем, длительные ремиссии давали возможность трезво оценивать ситуацию. Однажды Батишта понял, что потратил на врачей — светил мирового уровня с соответствующими гонорарами — почти весь бюджет провинции. И волей-неволей вспомнил о предложении одного американца, которого вылечили от подобного недуга… Или, по крайней мере, дали тому возможность вот уже на три года забыть о боли в костях, которые практически перестали разрушаться.

Педру Батишта не любил американцев и Соединенные Штаты. Вместе с прежним руководством Луанды он ориентировался на Советский Союз, и не его вина, что к концу двадцатого века Москва словно бы позабыла о выпестованных ею режимах. Но некоторые американцы не забывали о Контвигии, зная об открытых еще при колониализме богатствах, охраняемых до поры до времени в этой земле непроходимыми джунглями, ядовитым туманом и злобными мутантами. А также и упрямым правительством Анголы, которое проявляло удивительную дальновидность, не желая по-хорошему передавать недра своей земли иностранному капиталу. В семидесятые годы можно было под шумок смуты переходного периода прибрать к рукам северную провинцию, но еще не стерся в памяти избирателей Вьетнам. В восьмидесятые слишком сильна была дружба Анголы и СССР, чтобы осуществить безнаказанную экспансию. В девяностые главным объектом приложения сил стал Ирак, да и в некоторых странах Европы срочно пришлось устанавливать «дас нойе орднунг». Ну, а Миллениум принес новую головную боль — международный терроризм. И он тоже никак не сопрягался со срочной защитой демократии на небольшой территории, являющейся частью суверенной державы. Которая пусть и не пользуется любовью среди сопредельных стран, но при угрозе вторжения заокеанских пришельцев за нее горой бы встали многие соседи, а в первую очередь — все сильнее заставляющая уважать себя ЮАР.

И вот появился бог из машины — больной, проворовавшийся, хотя еще крепко стоящий на ногах мэр главного и единственного города лакомой провинции. Его нетрудно было уговорить на сдачу города силам быстрого реагирования в обмен на здоровье. Анализы показали, что для излечения Батишты нужен донор определенного типа стволовых клеток, лучше, конечно, кровный родственник, но ежели такого нет, можно порыскать по миру, хотя шанс вряд ли будет более чем один на сто тысяч. Однако и это почти реально. Новая технология инженерной рекомбинации ДНК уже названа революционной… хотя в этом случае донор отдает слишком много, чтобы потом остаться в живых, потому она и запрещена официально. И потому по карману лишь мультимиллионерам. Впрочем, вы, господин Батишта, должны понимать, что игра стоит подобных свеч. Сделайте видимость того, что вы возомнили себя президентом, объявите Контвигию свободной республикой… Все равно вы когда-то этого хотели… Ангольцам это понравится не больше, чем невесть откуда взявшийся наследник престола, но в конечном итоге скорая американская помощь навсегда покончит с духом местечкового сепаратизма в анклаве.

Одновременно с человеком по имени Роберт Кейдж в игру включился ТАФИМП — эта банда охотников за кишками не могла отказаться от заманчивого предложения, а американцы обещали заплатить за донора щедро. Кейдж должен был выполнить часть своей работы — организовать наследника престола Контвигии, забросить оружие и исполнителей в устье Конго, и при этом обставить все так, чтобы у мирового сообщества не возникло ни малейшего сомнения — на севере Анголы возникла угроза демократии. Ведь даже несмотря на безусловную безнаказанность в будущем, американцы не желают марать себя беспричинным вторжением. Но чтобы официальная Луанда не слишком была озабочена тем, что происходит в удаленном анклаве, ей нетрудно подкинуть проблем в граничащих с Заиром районах.

Маховик начал раскручиваться. Вот уже и оружие для повстанцев собрано, и наемники найдены, да и эмиссары ТАФИМПа клятвенно заверили, что есть варианты с донорами… Еще несколько дней — и вооруженные головорезы во главе с Жоамом Алваресом войдут в Руздану, несколько недоумевая, почему им сравнительно легко сдали город. Ну, конечно, не без стрельбы, но ведь на то и война… На трон будет посажен парень из Штатов, чей дед, по всей видимости, на самом деле был вожаком партизан Контвигии, а транспорты с морской пехотой США уже рядом, потому что вот-вот со всех сторон послышатся вопли на предмет насильственного захвата власти и попрания демократических принципов. Конечно, морская пехота США не останется сторонним наблюдателем подобного безобразия — она немедленно окажется в Руздане, вытряхнет какашки из так называемого короля, а заодно и из сепаратиста Алвареса, пособника международного терроризма. И пусть официальная Ангола сколько угодно хлопает глазами — раз она не смогла уберечь свою территорию от сепаратистов и террористов, пусть смиряется с установлением демократии извне… Долина Камней Тумана? Ну да, конечно, опять же в соответствии с принципами демократии и индивидуальной инициативы она передана в концессию частной фирме «Квинси лимитэд». Вот и договор соответствующий… Ах, он подписан так называемым королем Мигелом, чья голова скатилась недавно со ступенек дворца в Руздане? Но ведь им подписан и договор с куда более серьезной фирмой из ЮАР, которая восстанавливает поруганный город и делает из него очередную жемчужину западного побережья. Вы ведь не хотите объявить соглашения, которые подписывал король Мигел, ничтожными? Да, лучше не стоит. Надо полагать, что и господин ван Хойверт, уже вложивший уйму денег в восстановление разрушенного полубезумным мэром аэропорта тоже будет не в восторге… Где теперь этот мэр? Да кому он нужен теперь?..

Вполне возможно, что Педру Батишта получил бы здоровье и деньги. Возможно, что он (скорее всего, под новым именем) жил бы в свое удовольствие где-нибудь в Оранжевой провинции со своей симпатичной белокожей супругой. (А если бы и помер, так действительно — кому он теперь нужен?) Возможно, что американцы спокойно принялись бы качать бы из Долины полезные ископаемые, предварительно истребив мутантов и разбросав химикаты для осаждения ядовитого тумана. Не исключено, что Эрвин ван Хойверт построил бы аэропорт и курортный комплекс в Руздане, создав массу рабочих мест для жителей Анголы и набив свои многочисленные карманы… Но в один момент все пошло не совсем так, как того хотел Роберт Кейдж и стоящая за ним «лавочка».

Кроме Америки на земле есть государства, пусть с меньшими на сегодняшний день Военно-морским флотом и Военно-воздушными силами, но зато с неплохими специальными службами. Как известно, Великобритания занимается разведкой на триста лет больше, чем Соединенные Штаты, Франция — на порядок тоньше, а про израильский Моссад и говорить нечего — живая легенда. Хотя сейчас речь идет не об этих странах. И даже не о Германии, несмотря на то, что ты, Андрей, знаешь меня как Курта Фенглера, немца, пусть даже слегка обрусевшего.

Комната была погружена в полумрак, освещаемый лишь тусклым зеленоватым светильником на стене, монитором ноутбука и разноцветными лампочками на солидного размера пульте неизвестного мне назначения. В углу на кресле развалился чернокожий солдат, которого приводил в чувство белый мужчина в тенниске и шортах, а за столом сидел Фенглер, штурман из литовского экипажа. Сидя напротив, я курил вполне приличные сигареты из запаса Фенглера и пытался разобраться в своих мыслях. Думалось плохо. Но Курт и так отвечал почти на все мои вопросы, при этом картина всех случившихся со мной неурядиц становилась все более ясной.

— Получается, Кейдж знал, что за мной охотятся сотрудники ТАФИМПа?

— Конечно, знал. И я об этом узнал тоже, — спокойно ответил Курт. — Потому и был так удивлен, увидев тебя на аэродроме в Луанде.

— Значит… Ты был уверен, что я обречен стать донором? И ты даже не намекнул мне на это? Я правильно понял?

— Абсолютно, — спокойно ответил Курт. — Это война, парень. И ты поступал точно так же, когда сдал американцев пиратам. Кто знает, может быть их уже скормили акулам… И я не собираюсь оправдываться, пойми меня правильно. Но если бы я узнал об этом чуть раньше, то сумел бы отговорить Кейджа от того, чтобы он взял тебя в рейс. Ко всему прочему, это могло немного осложнить его планы. И в случае чего я мог бы устроить, чтобы ты не вылетел в Африку. Ну, побили бы тебя хулиганы, или еще что-нибудь в этом роде.

Было о чем задуматься…