Сильфида и дракон - Марина Кравцова

изумился дракон. — Но ты же не умеешь сражаться. А если б умела… я бы умолял тебя этого не делать.

— Не сражаться, нет. Лечить. Прав был тогда Вархилл. Разбрасывалась я дарами. А все эти испытания на многое открыли мне глаза. Я хочу быть полезной! Летала бы вместе с Всадниками по островам. Исцеляла бы кого могла… Иначе мне уже нельзя… я и сама не хочу иначе.

Тиан мягко провел большой узкой ладонью по теплым перышкам… погладил так легко и нежно, что их невесомый пух приятно защекотал кожу…

— Тогда я буду рядом, принцесса. Буду защищать тебя. Давай с тобой разделим небо?

Ночь была теплой… на Туманном острове не бывало холодных ночей. Но сильф и кицунэ превратили тепло в страстный жар, сплетаясь телами на соломенном тюфяке — а им казалось, что они на облаке!

Крылья больше не могли поднять юношу в воздух, но были способны жить, трепетать… Он ласкал ими Кюбико… прохладные гладкие перья гладили бархатистую кожу девушки, и она порывисто сжимала их тонкими пальцами, уже зная, что не повредит. Поцелуи, поцелуи… Его руки на прекрасных нежных бедрах… ее ладони жадно скользят под дрожащие крылья по гладкой узкой спине… Рана уже не болит. Вырвавшаяся откуда-то из глубин магия как будто разлилась внутри весенней рекой, исцеляя и обновляя…

Лисичка была страстной до дикости и удивительно ласковой. Ее поцелуи горели повсюду на чувствительном теле сильфа — она словно запечатлела на нем множество печатей, свидетельствующих о том, что Кайми — ее… и только ее. И в то же время от нежных прикосновений его кожу будто охватывал теплый ветер. Огненная девушка, чарующая соблазнительница… Но кицунэ его не зачаровывала, нет. Сердце так выбрало.

И Кайми любил свою рыжую красавицу со всем пылом, жарко вторгаясь в нее, растапливал собственную холодность и льдистость. Он менялся. Она меняла его. Они по-новому творили друг друга…

На следующий день Кайми и Кюбико проснулись очень поздно. Еще бы, ночью было не до сна! Вовремя успели одеться — в дверь деликатно постучал Дин-Ри.

— Вчера вернулся поздно, а сегодня пришел рассказать, — начал мальвиец после приветствий. — Видел я у одного из островов огромнейшую рыбу с золотистой чешуей и такими же плавниками.

— Нингё? — ахнула кицунэ. — Лицо у нее было человеческое?

— Нет. Рыба как рыба. Спокойная, собой довольная, покрутилась на поверхности и ушла в глубину.

— Что же это значит? Она это или нет?

— Будем надеяться, что она, — сказал Кайми. — И что разорвав ритуал связанных душ, седьмой лис невольно превратил ее в самую обычную рыбу. Так для всех будет лучше.

Дин кивнул.

— Конечно. И еще, Кайми, там тебя кое-кто ждет.

Все трое вышли из дома Кюбико.

У порога стоял грифон Дина Гардар, а рядом с ним — еще один, чуть меньше. Волшебный зверь был невероятно красив — львиная шерсть мягко золотилась, орлиные глаза горели юным огнем. Гардар подтолкнул его к Кайми. Молодой грифон подошел к сильфу чуть ли не вплотную, расправил белые крылья, осторожно коснулся клювом его руки.

— Это сын Гардара, — пояснил Дин. — Как я понял, Гардар хочет, чтобы ты летал на этом молодом грифоне.

— Какой он чудесный! — восхитилась Кюбико.

Кайми взволнованно погладил перистую голову зверя.

— Ты хочешь, чтобы я стал… твоим Всадником?

Грифон кивнул.

— Значит, я снова поднимусь в небо?

Снова кивок. Львиная лапа дружелюбно коснулась ноги сильфа.

— Тогда… тогда я попробую!

Юноша легко вскочил на золотистую спину грифона.

— Чудесно… — прошептал он. — Какой ты теплый, уютный… Спасибо тебе, новый друг! Дин, а сразу двоих грифоны носят на себе?

— Конечно.

— Тогда… иди ко мне, Кюбико, — улыбнулся сильф обрадованной девушке.

Он помог ей взобраться на зверя, крепко прижал к себе, и молодой грифон унес влюбленных ввысь, куда-то за пределы волшебного тумана…

Принц погладил Гардара смуглой рукой по белым перьям.

— Ты молодец, друг. Это вы хорошо придумали с сыном. Отлично будет, если оба сильфа, брат и сестра, вступят в наше Братство. Она целительница, а у него теперь оружие есть — ураганный ветер.

Гардар выразил согласие с этими словами. И сочувственно ткнулся головой в живот Дина.

— Ну что, дружок? Жалеешь меня? Понимаешь все, да? Мне сейчас… не то чтобы нехорошо… странно как-то. Я и не думал, что так прикипел к Линди. Мне не нравилось ее обожание… а теперь вот равнодушие больно режет. Совсем девочка ушла в себя. Никого вокруг не замечает… кроме чайки. А она… то есть он, Илейн — теперь рядом с ней почти все время. Альмарис мне кое-что рассказала. И я догадываюсь, что это может быть… Я в смятении, Гардар. Но очень желаю Линди счастья. Лишь бы хуже не стало… Спасибо, что так внимательно выслушиваешь, краса и гордость грифонов! Давай тоже полетаем?

Чудесный зверь охотно расправив крылья, и Дин улыбнулся другу солнечной улыбкой. Он очень надеялся на лучшее…

Часть седьмая

Месть Валерна. Глава 1. Отзвуки Багряного острова

Валерн, король пепельных альвов, задумчиво вертел в руках сосуд из магического стекла идеальной прозрачности. В нем трепыхалась, изнывая от отчаяния, крошечная фея. Алхимик усмехнулся. Если бы кто увидел его сейчас, подумал бы, что это он, жестокой и бесстыжий, заточил бедняжку. Про него что только ни говорят — да пускай. Это не имеет никакого значения, пока сила на его стороне. Что же до этой крошки… Валерн слегка потряс сосуд, и бедная фея в ужасе осела на дно. Подумать только, тот маленький сильф летал за этим созданием на ледник! Как его? Перигрин, кажется… Говорят, сильфы вообще не мерзнут… Да нечему там мерзнуть. Бестолковые мотыльки.

Но тут же на память пришла Альмарис…

Альмарис… она другая. Валерн терпеть не мог, когда женщины ластились к нему, искали внимания. Ему нравилось подчинять. А эта крылатая мало того, что не подчинилась, так еще и очень дорого им всем обошлась.

Король помрачнел. Сбежав, сильфида и ее приятели разрушили все его планы. А все Илейн, его мерзкий пасынок! В отравителя решил поиграть, идиот. И даже этого не смог… Из-за него крылатая девчонка оказалась здесь, потому что нужна была целительница не из пепельных. И чем это обернулось…

Пока что и говорить больше нечего о вторжении в небесные просторы севера. Всадники на грифонах упорно уничтожают созданных пепельными