Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

Через час кочевникам надоело тешиться с пленницей, и они наконец расселись вокруг костра, не забыв ее связать. Поговорили немного. И похоже, им было весело, так как они то и дело оглашали низину смехом. Потом двое поднялись и разошлись в противоположных направлениях. Ага. Вон, значит, где второй караульный. Каков умелец. Сумел укрыться так, что его не рассмотреть, даже несмотря на взошедшую луну.

Еще через полчаса лагерь окончательно угомонился. Либо стоявшие в карауле первыми успели натешиться с Ксенией, либо старший велел спать, а свою долю они получат утром. Вполне возможно. Чего мешать товарищам отдыхать. Девка страстная. Ласки настоящих мужчин принимает, громко получая от этого удовольствие, ну и щедро одаривая их, чего уж там.

Выждал еще немного. Наконец решил, что пора. Было бы неплохо для начала снять дальнего. До него добрая сотня метров, что для Михаила некритично. Если тщательно подготовить выстрел, то он гарантированно поразит кочевника. Но тогда можно подставиться под ближнего, что в тридцати метрах справа.

Михаил перекатился через левый бок на спину, устроившись на щите. Для использования из засады арбалет, конечно, куда предпочтительней, но в данных условиях и короткий лук ни разу не помеха, а его скорострельность еще и на руку. Вот если бы трава тут была повыше, тогда да, одно расстройство. Но, как видно, по склону прошлось какое-то стадо, подъели ее тут изрядно.

Лежа на спине, натянул лук, прицелился и спустил тетиву. Резкий щелчок по рукавице. Короткий свист оперения. Тупой, чавкающий удар срезня, пропоровшего одежду и вошедшего в живую плоть. И тут же ночь разорвал крик, полный боли. Еще бы. Когда прилетает такой гостинец. Охотничий наконечник не подарок, он оставляет обширные кровоточащие и весьма болезненные раны. А уж если они не смертельные…

Кочевники в лагере всполошились и повскакивали на ноги. Но не паникуют. Сразу схватились за оружие и прикрылись щитами, встав в круг. Не мешало бы для начала понять, где затаился враг.

Михаил наложил следующую стрелу, на этот раз бронебойную, и всмотрелся в караульного на противоположной стороне впадины. Еще несколько секунд назад он его наблюдал, теперь же никого не видно. То ли сместился, то ли укрыл все светлые части гардероба. Сволочь, одним словом! Все бы жизнь усложнять честным людям.

Плюнул на поиски и прицелился в того, что сейчас пытался затушить костер. Правильно. Нечего помогать вражескому стрелку. Да и самим взор застит. Только в этой ситуации не костер гасить, а самим сместиться в сторону. Метров семьдесят. Не близко. Н-но…

Вновь тренькнула тетива. Из-за стенаний раненого Михаил и сам-то этот звук едва различил, что уж говорить о кочевниках. Удачно получилось. Куда попал, не видно. Но достал качественно, коль скоро тушивший костер коротко вскрикнул и рухнул прямиком в пламя. Одежда тут же запылала, и окрестности огласил новый крик, полный нечеловеческих страданий. Хуже нет, чем гореть заживо. Романов на себе такое не испытал, только получал ожоги, но и не хотел обретать подобный опыт.

Дополнительное пламя еще больше осветило оставшуюся троицу. Но и прилетевшая стрела подсказала им направление, откуда исходила опасность. Грамотно прикрывшись щитами, они двинулись к находящимся в стороне лошадям. Самого Михаила еще не видели, но внимательно всматривались в склон. Да пусть хоть глаза сломают. Огонь сыграл с ними злую шутку. А вот то, что теперь в эту же сторону всматривается и второй караульный, уже проблема.

Очередная стрела завязла в щите. Все. Дальше в засаде уже не усидеть. Сбежавшие кочевники в его планы не входят. Это гарантированный геморрой с летальным исходом. Против этих у Романова есть хоть какие-то шансы. Когда же появятся их сородичи, хорошо как получится подороже продать свою жизнь.

Михаил отложил лук, перекатился на живот и одним махом оказался на ногах, подхватив при этом щит и один из метательных ножей. Мгновение, и он уже побежал в сторону вышедших из круга света воинов. Правда, совсем скрыться из виду у них не получалось из-за отблесков пламени на доспехах двоих из них.

Караульный приметил его и попытался достать из лука. Но грамотно выставленный щит с тупым стуком принял стрелу на себя. Хороший стрелок! Да еще и глазастый, сволочь. И это проблема. С такой поддержкой Романова могут в два счета разобрать на части.

У троицы, отходящей к лошадям, наконец кое-как восстановилось зрение, и они также рассмотрели набегавшего противника. А тут еще и выкрик караульного о том, что Романов один. Некая определенность тут же изменила планы противников, и они разошлись в стороны, изготавливаясь к рукопашной схватке.

Михаила такой расклад полностью устраивал. Он слегка подкорректировал курс, выбрав в качестве цели бездоспешного воина, крайнего слева. Тот не стал праздновать труса и бросился в атаку, при этом и не думая особо прикрываться щитом, тот защищал лишь левую половину груди. Сам виноват!

Короткий взмах, и кочевник, до которого было не больше семи метров, споткнулся и полетел кубарем в траву. Резкая колющая боль под правым соском не способствовала координации движений. И вообще, знакомство с граненой сталью смертельно опасно. Кочевник не ожидал подобной подлости, ведь противник должен был вооружиться мечом.

Все так же забирая влево, Михаил бросил руку за спину и, откинув стопор, выхватил изогнутый меч. При этом он двигался так, чтобы максимально прикрываться от стрелка. Но, похоже, отсветы костра теперь кое-как освещали и его, что облегчало задачу лучнику. Каким-то шестым чувством Романов понял, что очередная стрела прошла на уровне его бедра, под нижним срезом щита.

Клинок скользнул из ножен и, описав дугу, обрушился на второго кочевника, облаченного в кольчугу. Тот принял атаку на щит, и сразу же за этим в него влетела нога Михаила. Уступающего в массе кочевника отбросило назад. Все произошло настолько стремительно, что ни о какой контратаке не могло быть и речи.

Несмотря на то что степняки – конные бойцы, воин сумел удержать равновесие и не полетел кубарем. Хотя лучше бы все же опрокинулся, разрывая дистанцию и уступая место уже набегающему товарищу. А так ему пришлось слегка расставить руки для баланса. Этим не преминул воспользоваться Михаил, вогнав острие клинка ему в живот, разрубая и распрямляя кольчужные кольца. Такая рана не разит наповал, зато гарантированно выводит противника из строя. А еще шансы, что клинок завязнет в теле, минимальны.

Бог весть, как он вообще среагировал. Не помогла даже легкая отстраненность и управление телом словно со стороны. Обычный прием, дававший ему неизменное преимущество и позволявший серьезно прибавить в скорости реакции. Но тут Михаил вообще ничего не успел осознать. Просто по какому-то наитию