Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

— Конечно понимаю, — сквозь слезы ответила Далия. — Я не сошла с ума, но я не могу с собой справиться!

— Можешь, — заверил ее Ро-Мю 31.

Он так и стоял рядом с ней на коленях, пока приступ не закончился. Ро-Мю 31 держал ее за руки и разговаривал спокойным, размеренным тоном. Он напомнил ей, что они едут на маглеве, и что это одно из самых безопасных средств передвижения на Марсе, и что рядом с ней находятся друзья.

Постепенно его слова и физический контакт с ним успокоили Далию до такой степени, что ее дыхание выровнялось, а пульс, хоть и остался немного учащенным, уже не напоминал автоматную очередь.

— Спасибо тебе, — сказала Далия, рукавом вытирая слезы. — Я чувствую себя такой глупой. Я понимаю, что мы движемся по тоннелю, но раньше у меня никогда не было клаустрофобии и боязни темноты.

— Все это появилось после неудачного испытания в личной кузнице Зеты, — заметил Зуше.

— Да, мне кажется, именно тогда, — подтвердила Далия.

— Возможно, ты ощущаешь его страх, — произнесла Северина, и все повернулись в ее сторону.

— Чей страх? — переспросил Какстон.

— Ну, того, кто погребен в недрах Лабиринта Ночи, — пояснила Северина, немного смущенная всеобщим вниманием. — Она ведь говорила, что ощущает с ним мысленную связь, не так ли? Не знаю, как вы, а я бы не хотела оставаться под землей после того, как на мгновение увидела мир наверху. Я бы тоже не захотела возвращаться в темноту.

— В словах Северины что-то есть, — заметил Какстон. — Как ты думаешь, Далия?

Далия, не желая возвращаться к этому вопросу сразу после приступа паники, коротко кивнула:

— Возможно.

— Нет, я в самом деле считаю, что Северина права, — настаивал Какстон. — Я имею в виду…

— Хватит! — прервал его Ро-Мю 31. — Подожди, пока мы не выберемся из тоннеля. Зуше, сколько нам еще ехать?

Зуше поспешно подключился к бортовому когитатору, и его взгляд затуманился от хлынувшего потока информации.

Ро-Мю 31 тем временем снова повернулся к Далии, и она улыбнулась.

— Спасибо, — еще раз поблагодарила она.

Он наклонил голову, и, хотя она не могла видеть его лица, Далия поняла, что протектор улыбается в ответ.

— Ну как? — самым беспечным тоном, на какой она была способна, спросила Далия. — Сколько времени мы еще пробудем в тоннеле, Зуше?

Зуше нахмурился и, приподняв руки, стал перебирать голографические странички информации, которую видел только он сам.

— Я чего-то не понимаю, — сказал он. — Судя по донесению сервитора-водителя, мы замедляем ход.

— Замедляем? Почему? — встревоженно спросил Ро-Мю 31.

Далия заметила, что его ауспик приступил к работе.

— Вот, посмотрите сами, — ответил Зуше, снова проецируя на оконное стекло вид тоннеля с пикт-камеры. — Впереди что-то есть.

Они посмотрели, и там действительно что-то было.

Навстречу останавливающемуся маглеву по дну тоннеля катилась странная машина, похожая на огромного робота со сферическим корпусом, поставленным на мощные гусеницы. По обеим сторонам торчали две конечности, а над плечами в воздухе развевались гибкие оружейные механодендриты самого устрашающего вида.

В центре корпуса вспыхнули желтым светом три округлых выступа, и на глазах у изумленных друзей мощные руки поднялись вертикально вверх. К тому моменту, когда маглев окончательно остановился, все, кто находился в купе, поняли, что вместо рук у машины огромные орудия.

Даже при не слишком четком изображении, передаваемом с пикт-камеры, Далия заметила странность и уникальность электрического поля машины. Она обратилась к той части мозга, которую адепт Зета называла внутренним каналом в эфир, и попыталась установить контакт с машиной, сразу же ощутив жар ее реактора и липкую паутину мрачного и злобного сознания.

Каба… это ее имя.

В течение краткого мига контакта она прочла историю создания машины и убийства ее бывшего друга, адепта по имени Паллант Равашоль. После его смерти в полной мере проявилась кровожадная натура машины, и изначальное зло, которым магистры пропитали искусственно созданный разум, трансформировалось в устрашающую жажду убийства.

— Это боевой робот? — спросил Какстон.

— Больше чем робот, — открыв глаза, ответила Далия. — И гораздо страшнее.

— Что?

— Это думающая машина, — прошептала Далия, еще не вполне оправившись от контакта с извращенным разумом, подчиненным одной ужасной цели. — Это искусственный интеллект, зараженный величайшим злом.

— Злом? Какая чепуха! — воскликнул Зуше. — Что могут машины знать о зле?

— А что ей надо? — спросила Северина.

Далия с нескрываемым ужасом взглянула на Ро-Мю 31:

— Она пришла, чтобы убить меня.

Машина Каба открыла огонь, и кабина водителя разлетелась на мелкие части под яростным шквалом лазерных импульсов и плазменных снарядов. Темноту тоннеля разогнали рванувшиеся из разбитых батарей языки огня.

Ро-Мю 31, схватив Далию, сорвал ее с сиденья. Машина двинулась вперед, орудия, окруженные ореолом белого пламени, методично уничтожали вагон за вагоном. Выстрелы мощных орудий, рассчитанных на то, чтобы пробивать броню танков и пустотные щиты титанов, легко пронзали тонкие стены маглева.

Какстона, Северину и Зуше не надо было подгонять, и они в ужасе стремглав бросились вслед за протектором. Снаружи стоял оглушительный шум, глухие удары взрывных волн чередовались с шипением и свистом лазерных лучей, гром тяжелых снарядов и визг отлетавших рикошетом осколков эхом отражались от стен тоннеля. Маглев, охваченный многочисленными пожарами, вздрагивал, как раненое животное.

Невдалеке раздавались вопли перепуганных пассажиров, уже попавших под обстрел. Коридор был заполнен людьми, все кричали и толкались, отчаянно стараясь убежать от приближающейся машины-убийцы. Ро-Мю 31, держа Далию на руках, врезался в толпу и стал пробивать дорогу к задней части маглева.

<С дороги!> взревел он, придавая бинарному наречию самую воинственную тональность.

Врожденное почтение к протектору Механикум оказалось настолько сильным, что большинство людей подчинились его приказу, и Ро-Мю 31, держа перед собой боевой посох, устремился по коридору к аварийному выходу.

Далия оглянулась через плечо протектора. Охваченные паникой люди, стремясь выбраться наружу, колотили по окнам кулаками, огнетушителями и всем, что попадалось под руку. За дверью в передней части коридора полыхал огонь и поднимались клубы дыма.

— Скорее! — закричала Северина. — Ради любви Омниссии, скорее!

Ослепительно-белое копье плазмы ворвалось в вагон, пройдя сквозь стекло и металл с легкостью лазерного резака. В одно мгновение тела десятка пассажиров оказались разрезанными пополам, и Далия всхлипнула, ощутив запах вскипевшей крови и обуглившейся плоти.

— Ложись! — крикнул Ро-Мю 31.

Он швырнул Далию и Какстона на пол, Северина поспешила последовать их примеру, а Зуше и так из-за давки уже упал на колени. Раскаленный луч метнулся по коридору, убивая всех на своем пути. Далия в немом ужасе смотрела, как на пол градом падают отрезанные руки, головы и куски тел.

Смертоносный луч прошел поверху, и рядом с Далией на пол упало несколько капель расплавленного металла. Она перекатилась на бок, но вдруг вскрикнула от боли, когда одна из капель задела ее руку, оставив ярко-красную полоску ожога.

— Святые отцы! — прошипел Зуше, падая ничком при очередном взрыве, тряхнувшем весь состав от начала до конца.

Под общий крик, скрежет разрываемого металла и треск искрящих проводов вагон подпрыгнул. Далия только успела приподняться на четвереньки, как вдруг вагон оторвался от рамы и мир вокруг нее внезапно перевернулся. Вагон рухнул на дно тоннеля, и от удара взорвались все оконные стекла. На людей обрушился град сверкающих осколков.

У Далии перехватило дыхание, и она ощутила, что на глаза стекает кровь. Она не могла пошевелиться, придавленная чем-то тяжелым, и только сморгнула кровавые слезы. Стрельба не стихала, и, хотя она не могла определить, насколько приблизилась машина, стробоскопические вспышки, казалось, мелькали прямо за их вагоном.

Далия попыталась освободиться от предмета, прижавшего ее… к потолку? Где теперь верх и где низ? И криков больше не слышно, неужели машина Каба убила всех?

Поперек ее туловища лежало тело мужчины или, по крайней мере, его половина. Далия невольно вскрикнула, изо всех сил оттолкнув его. Металл под ней — потолок, теперь она была совершенно в этом уверена — стал теплым и липким от крови, весь коридор был завален грудами человеческих останков, металлический запах крови бил в ноздри, и Далия не могла припомнить более отталкивающей вони.

От страха, от вида множества мертвых тел, от мысли, что их удивительное путешествие так быстро подошло к кровавому концу, ее стошнило. Несмотря на слабость и запах смерти, Далия решила разыскать в этом хаосе своих друзей.