Клыки и монеты (СИ) - Яшкин Алексей

Впрочем, охотник почти все время проводил вне постоялого двора. Много ходил по городу, выискивая тех знакомых и осведомителей, которые не слегли с болезнью или не затаились. Герхард выспрашивал про вампиров и между делом уточнял о корабле, на котором можно было уплыть из города. Иногда он спрашивал, не слышал ли собеседник о таком. В другие разы, напротив, просил помочь и свести с человеком, которому можно было заплатить за место на борту.

На третий день Герхард убедился, что история о корабле стала жить самостоятельно. Возможно, это был результат исключительно его усилий, возможно, вклад внес фон Цаузер с своими людьми. Мысль о том, что где-то неподалеку был спасительный корабль, оказалась очень притягательной. Люди устали и хотели чуда. И были готовы поверить в шхуну и смелых моряков, что способны вывести несчастных из пораженного болезнью города.

В очередной вечер Герхард заперся в комнате на втором этаже постоялого двора. Он разделся и в свете лучины тщательно осмотрел себя. Симптомов песчанки не было. В какой-то момент охотник задумался, что фон Цаузер был прав и даже укус вампира мог защитить от болезни. В этом случае осталось только поблагодарить Иво Шнеттена, который попытался вцепиться охотнику в горло и смог расцарапать кожу клыками.

Утром четвертого дня Герхард зашел домой, дать знать, что с ним все в порядке, и забрать короб со склянками. Он через весь коридор попрощался с Вильгельминой и пообещал вернуться, как только сможет.

Следом Герхард отправился в назначенное место, где после полудня станут собираться желающие попасть на корабль. Насколько знал охотник, несколько человек приходили к фон Цаузеру с задатком, но он всем отказывал. В каждом случае это был не Михаэль.

Охотник неторопливо шел по городу, оглядываясь по сторонам. Иногда ему казалось, что Альзенбург полностью вымер. Но стоило пройти дальше по улице, как охотник встретил двух жандармов. Один выглядел нормально, у другого на лице и ладонях издалека были видны только-только зажившие язвы, оставленные песчанкой. Похоже, он едва выздоровел, и сразу же вернулся в строй. Или даже не успел поправиться до конца.

Дальше охотник вышел на торговую площадь. Людей здесь было меньше, чем в нормальное время, но все же достаточно много. Больше, чем ожидал Герхард. Приезжие крестьяне продавали съестное, бюргеры и слуги ходили вдоль редких торговых рядов. И пусть сейчас покупали быстро, не приценивались и не сплетничали, но торговля не остановилась.

Шрайбер прошел площадь по диагонали и направился дальше на запад. Он вышел сквозь ворота в городской стене, стал забирать направо, чтобы выйти на побережье. Оливер осмотрительно выбрал место подальше от Альзенбурга, скрытое от посторонних взглядов.

Последние дома города остались позади. Герхард вышел на песчаную косу. Примерно в ста шагах впереди охотник увидел нескольких человек и вытащенную из воды лодку, перевернутую днищем вверх.

Тяжело проваливаясь сапогами в песок, Шрайбер медленно направился к ним. Возле лодки расположилось четверо мужчин: Оливер фон Цаузер, вампир Калеб и еще двое, судя по поведению, люди рода фон Цаузер.

— Мастер Герхард, — кивнул ему Оливер. — Что это вы несете?

Шрайбер подошел к остальным, осторожно поставил на песок короб с колбами, стараясь лишний раз не бренчать.

— Я счел логичным взять с собой вещи, чтобы издалека не вызвать подозрений.

— Здравая идея. Тоже думал об этом, но решил, что лишняя предосторожность. Ты оценил, как тяжело было идти по песку? Представь, каково будет с хромой ногой. Если он решил бежать, то у меня есть лучник.

Герхард покосился на одного из людей фон Цаузера. Он сидел на песке и держал на коленях короткий лук со спущенной тетивой. Рядом с ним лежал полный стрел колчан. Второй человек Оливера был с мечом на поясе. На дворянских гвардейцев не распространялись общие запреты на оружие.

— Вы давно здесь?

— Со вчерашнего вечера, — ответил Калеб. — Вдруг хромой пришел бы сильно заранее и затаился поблизости.

— И кто-то уже приходил?

— Пока нет. Но еще рано.

Герхард кивнул. Примерно этого он и ожидал. Охотник опустился на чей-то расстеленный на песке плащ. Устало вытянул ноги и приготовился ждать. Возможно, до сегодняшнего вечера, возможно, до завтра или послезавтра.

Пожалуй, впервые с появлением в порте города почтовой шхуны «Страсти святого Иакова» Герхард получил возможность остановиться, расслабиться и полностью сосредоточиться на собственных мыслях. Сейчас он уверился, что с Михаэлем могут разобраться люди фон Цаузера.

Охотник думал о Симоне. По его расчетам, ученик уже около пяти-шести дней был в госпитале лоренцианцев в недостроенной церкви. Скоро у него должен был случиться перелом в болезни, после которой Симон либо пойдет на поправку, либо же ему станет хуже. К этому времени нужно было подготовить лекарство.

Рядом тихо переговаривались гвардейцы фон Цаузеров. Лучник достал глиняную курительную трубку, выстучал ее о лодку, и забил мелко нарезанными листьями растения из-за океана. Долго возился с трутом, огнивом и кресалом, прежде чем смог разжечь. Охотник с интересом поглядывал на него. Герхард слышал о традиции племен Новой земли вдыхать дым, но не ожидал, что она уже добралась до их города.

Оливер нервно расхаживал взад-вперед. Калеб сидел с напускным безразличием, но Герхард видел, что вампир напряжен и изнывает от ожидания. Оба они выслеживали Михаэля в первую очередь затем, чтобы отомстить. За пленение, за унижение и, в случае моряка, за потерю человеческой сущности.

Прошло несколько часов, прежде чем на дальнем конце песчаной косы появилось две фигуры. Оливер замер на месте и тихо скомандовал свои людям приготовиться. Лучник присел за лодкой и быстро надел тетиву, так, чтобы идущие него не заметили. Второй гвардеец остался сидеть неподвижно, но подобрался.

Герхард прищурился, пытаясь лучше рассмотреть приближающуюся пару. Он поднялся на лодку и приветственно помахал рукой. Один из идущих неуверенно махнул в ответ.

— Мастер Герхард, что ты делаешь? — сдерживая гнев, почти прошипел Оливер.

— Идет мужчина и женщина. Ни один не хромает. Готовьтесь их разочаровать, господин фон Цаузер. Скажите, что спасения здесь нет.

Помрачневший Оливер пошел навстречу. Это действительно посторонние люди, а не хромоногий. Взрослый мужчина и молодая женщина. Возможно, муж и жена, но по возрасту вполне могли быть отцом и дочерью.

Фон Цаузер остановился в полудюжине шагов. Он старался, чтобы голос звучал ровно. Оливер объяснил, что сегодня лодка уже отплыла. Что было слишком много желающих покинуть город и за первые полчаса лодка полностью заполнилась пассажирами и нескольких даже пришлось отправить домой.

Выслушав его, женщина закрыла лицо руками и медленно опустилась на колени. Мужчина помрачнел и рывком поднял ее на ноги, подхватив под локоть. Оливер заставил себя не отводить взгляд. Это он дал людям фальшивую надежду и должен честно принять последствия своих решений и поступков.

Оливер холодно посоветовал вернуться на третий день в это же время или чуть раньше, чтобы точно получить место на лодке. И попросил возвращаться другой дорогой. А если кто-то встретится по пути, то ничего не говорить и просто пройти мимо. Почти безразличным голосом фон Цаузер соврал, что здесь можно встретить доносчиков магистрата и одно неверное слово испортит все предприятие. И тогда уже никто не сможет спастись.

Мужчина кивнул и повел спутницу обратно. Они прошли шагов сто, после чего остановились и долго стояли у моря, о чем-то разговаривали. А может, просто не хотели возвращаться в охваченный эпидемией город.

Оливер развернулся и подошел к лодке, тяжело шагая и увязая в песке.

Следующие несколько часов прошли в пустом ожидании. Герхард прошелся вдоль береговой линии, чтобы собрать для костра выброшенный на берег топляк. Вампир увязался за ним.

На вид охотник оставался спокойным, но постарался держаться в паре шагов и не поворачиваться спиной. Герхард наклонился за очередной веткой, критически осмотрел и откинул дальше от воды. Древесина еще не высохла.