Сбежавшая невеста - Энн Кэрберри

Задернутые шторы закрывали полуденное солнце, и комната была в полной темноте, за исключением яркой полоски света, пробивающейся сквозь приоткрытую дверь в дальнем углу комнаты. Мик пересек комнату и шагнул через дверной проем в открывшийся перед ним внутренний дворик. Старуха в темно-зеленом платье стояла возле фонтана. Когда она обернулась, его поразила рыбья холодность ее взгляда.

— Вы донья Анна?

Ее черные глаза презрительно скользнули по нему:

— Убирайся!

— Леди, — он стремительно оглянулся и сделал еще шаг, — у меня нет времени пережевывать вашу спесивость. Где моя жена?

— Жена? — Приглушенно переспросила Пенелопа. Донья Анна ухмыльнулась:

— Судя по вашему виду, синьор… я, пожалуй, поищу вам жену в свинарнике.

Мик рассчитывал силы, чтобы суметь сдержать себя еще хотя бы в течение нескольких минут.

— Послушайте, Анна…

Ее брови поползли вверх от возмущения.

— Сперва на меня напал ваш человек, потом меня чуть не убил гризли, потом в меня стреляли по вашей просьбе. И я хочу сказать вам, что мое нескончаемое, ангельское, мое огромное, огромное, огромное терпение сейчас лопнет! — Мик подошел к ней и остановился на расстоянии одного шага. — Мне нужны ответы на некоторые вопросы. И я хочу получить их сейчас. Где моя жена? Где, черт побери, Джульетта?!

— Жена?! — Глаза старухи заметно сузились. — Ты сказал, ты женат на Джульетте?

Мик сжал зубы. Все, чему его учили с самого рождения: уважения к старшим и вежливому обращению к женщине, тут же вылетело у него из головы.

Он бросил нерешительный взгляд на Пенелопу и заметил, что англичанка смотрит на донью Анну так, будто та была самим дьяволом. Сомнения отпали.

— Послушай, бабуля…

Она вздрогнула, точно он ударил ее. Затем стала осыпать его ругательствами на испанском с поразительной скоростью.

— Заткнись! — крикнул Мик. Ошеломленная старуха остановилась на полуслове.

— А теперь слушай, бабуля: я только хочу найти мою жену. И обещаю забыть о тех двух негодяях — Энрике и Карлосе — которых ты посылала за мной, потому что ты слишком старая, ну и прочее. Но если ты не скажешь мне, где Джульетта сию же, черт тебя задери, минуту… — Он резко остановился, чтобы перевести дух. — Я клянусь, бабуля, я никогда в жизни не ударил ни одну женщину, я даже не знаю, смогу ли я… Но я, черт возьми, обещаю попробовать!

Донья Анна поджала губы и ухмыльнулась:

— Ты не посмеешь!

Тут заговорила Пенелопа, и они оба: Мик и хозяйка ранчо, повернулись к ней.

— Мик, если ты позволишь, я попробую. У меня нет никаких сомнений.

Донья Анна смотрела какое-то время на нее, затем сделала шаг назад. Пенелопа двинулась следом. Она сильно размахнулась и ударила старуху по щеке.

Обалдевшая донья Анна мгновенно стала свекольно-красной. Гнев сверкал в ее черных глазах, дыхание стало затрудненным и хриплым.

— Скажи ему, где его жена ты, старая тварь! — Приказала Пенелопа низким угрожающим тоном. — Тогда он сможет отправиться своей дорогой, а мы будем разбираться в своих делах сами.

Ни слова не говоря, донья Анна набросилась на обидчицу с кулаками, но Пенелопа легко отбросила ее руку. Вскрикнув от разочарования, старуха повернулась к Мику:

— Ты слишком поздно пришел, гринго!

Она улыбнулась, и Мик скрипнул зубами.

— Джульетта уехала!

— Куда?

— К своему будущему мужу. — La Patrona плюнула в него. — Ты ничто! Здесь дон Виценте решает, как должно быть.

Мик схватил ее за плечо, но, почувствовав хрупкие кости под платьем, тут же отпустил. Все внутри него кричало и требовало действий, но он заставил себя просто сказать:

— Отвечай мне, где этот скотина Виценте?

Анна пожала плечами:

— Почему нет? Виценте возьмет Джульетту и убьет тебя. И ты избавишь меня от хлопот.

Мика не взволновали ее угрозы. Он внимательно слушал, пока она объясняла, как найти ранчо Альвареса, а выслушав, задержался лишь на секунду, чтобы спросить Пенелопу:

— Вы идете?

— Еще нет. Я догоню тебя, не беспокойся.

— Я собираюсь ехать быстро.

— Конечно, Мик, тебе нужно поторапливаться.

Он кивнул и побежал к лошади. Ему не хотелось оставлять свою новую знакомую одну в доме доньи Анны, но на уговоры не было времени. Черт его знает, этого мерзавца Альвареса, что ему придет в голову сделать с Джульеттой.

Нарочито вежливо он попрощался с хозяйкой, снова назвав ее бабулей. Лицо доньи Анны опять вспыхнуло, она схватилась за горло. Но, видя, как быстро удаляется ее незваный гость, постаралась придти в себя и повернулась к Пенелопе:

— Убирайся, гринго, пока я не приказала отхлестать тебя кнутом, — старуха указала на дверь. — Я все сказала.

— А я еще нет. — Пенелопа смотрела на своего врага. На старую больную женщину, из-за которой она проделала такой долгий путь. Как странно, подумала Баттерворт, что эта маленькая сморщенная старуха была причиной стольких страданий.

— Я хочу, чтобы вы знали… — негромко сказала она. Донья Анна сделала несколько яростных вдохов. Гнев пылал в ее глазах, но Пенелопа не обращала внимания на ее угрожающие взгляды и продолжала:

— Сейчас я помогу этому приятному молодому человеку найти его жену, — женщина сделала особое ударение на последнем слове. — Потом я вернусь сюда.

— Меня не испугаешь, гринго.

— Это не входит в мои намерения, синьора. Я не собираюсь вас пугать; я хочу посмотреть, как вы заплатите за убийство моего брата.

— Loca! — пробормотала Анна. Затем повторила по-английски: — Сумасшедшая.

— Я буду возвращаться снова и снова, — продолжала Пенелопа, так как другая женщина молчала. — Я буду говорить с каждым: от шерифа в El Paso до губернатора штата, до президента Мексики.

— Будь осторожна, гринго, — прошипела старуха и потянула ворот своего платья. Пенелопа подошла ближе, глядя прямо в глаза соперницы, со всей жаждой борьбы, которая копилась в ней последние два года:

— Не думай, что запугаешь меня. Я не испугаюсь и не отступлюсь. Ты не заставишь меня замолчать так легко, как моего брата.

Донья Анна покачала головой, схватилась за шею и вся выгнулась, стараясь вдохнуть воздуха.

— Понимаешь, — добавила Пенелопа, — он был человеком, питавшим некоторую симпатию к пожилым женщинам… Даже к таким, которые этого не заслуживают. А я таких симпатий не питаю. Я знаю, какая ты на самом деле паучиха — и я раздавлю тебя!

Довольная сказанным, Пенелопа повернулась и царственно пошла прочь от намеченной жертвы. Собранная, подтянутая, она прошла через внутренний дворик, затем примыкающие к нему комнату и холл.

La Patrona кипела от бессильной ярости. В ее мозгу вился целый рой мыслей; для начала она остановилась на одной, самой срочной: нужно послать за Энрике. Он, без сомнений, направляется сейчас в Еl Paso, в свой любимый салун, доставив Джульетту в жаждущие руки Виценте.