Узбекистан на историческом повороте - Леонид Левитин

Видные международные аналитики считают, что, если исключить сильный социально-экономический взрыв под воздействием внешнего давления, у радикальных исламистов мало шансов захватить власть путем террора. В особенности если соответствующие государства смогут проводить решительные и жесткие ответные меры. Однако несомненно, что, затягивая власти в омут насилия и ответа на него насилием, радикальный ислам подрывает политическую либерализацию этих стран, задерживает их модернизацию, проведение там демократических и рыночных реформ.

Радикальный ислам не ограничивается террором. Выбор средств, используемых им, их дозировка зависят от ряда обстоятельств: от того, какие имеются возможности для проникновения в политические структуры, насколько эффективно действуют силовые органы страны, находится ли государство в социально-экономическом кризисе или нет, и т. д. Однако именно террор - это то, что кровью написано на визитной карточке радикального ислама, то, что наиболее специфично для него.

На основе всего сказанного я берусь утверждать, что критики исламской политики Президента Каримова не только далеки от реальностей религиозной жизни Узбекистана, от знания и понимания насущных, жизненно важных проблем этой страны, но они не знают доктрин и практики радикального ислама вообще, а также методов борьбы с ним. Или делают вид, что не знают всего этого?

Исламский экстремизм

в компьютерной сети

Дело распространения исламского экстремизма сегодня поставлено на широкую ногу, с применением новейших достижений научно-технического прогресса. В этой связи следует заметить, что в Интернете находятся сайты практически всех более или менее крупных исламских организаций радикального толка. Таких, например, как движение Талибан, Исламский фронт спасения, Исламская группа (Аль-Гамаа аль исламийя), Исламская партия освобождения (Хизб ат-тахрир аль ислами), Мухаджиры (Аль-Мухаджирун), Международный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев (эта организация самым непосредственным образом связана со спонсором международного терроризма Усамой бен Ладеном).

Большинство перечисленных сайтов образуют в Интернете специфическую сеть. По своей направленности она представляет собой, если можно так выразиться, виртуальный джихад. Подавляющее большинство сайтов распространяют идеи джихада, борьбы против Запада и правящих режимов в исламских странах, которые обвиняются в отходе от ислама. Среди таких стран и сегодняшний Узбекистан.

Если открыть главную страницу едва ли не любого исламского сайта, обязательно обнаруживается специальная страница с материалами, разъясняющими, что такое джихад, против кого, за что и как его нужно вести. Можно поступить иначе. В какой-то поисковой системе задать для поиска слово "jihad", и в результате относительно несложных операций появляется список многочисленных сайтов о джихаде. Всякого рода декларации, послания и газетные статьи Исламского джамаата Дагестана, Исламского движения Узбекистана и т. п. сочиняются далеко не всегда грамотными лидерами этих террористических организаций и берутся из Интернета.

Итак, через виртуальный джихад реализуются две главные цели. Во-первых, информационно-пропагандистское воздействие на мусульманское общество. Во-вторых, организационное содействие радикальным исламским группировкам. Достижению первой цели служат размещаемые на сайтах материалы - программные, исторические, иллюстративные, дискуссионные и т. п. Для организационного содействия Интернет используется в качестве средства связи. Через электронную почту передаются в зашифрованном виде инструкции, карты, схемы, пароли и т. п. В Интернете помещаются сведения о собраниях, конференциях и т. д. В объявлениях и листовках приводятся, в дополнение к номерам телефонов-факсов, и адреса электронной почты разных исламских организаций, что позволяет установить обратную связь. Западные аналитики говорят сейчас даже о международной исламской организации особого типа, которую характеризуют не четкие организационные связи, а единая информационная среда.

Должна ли власть Узбекистана реагировать на виртуальный джихад или безучастно и равнодушно наблюдать за его разрушительной деятельностью? Или все же справедлива мудрость, выраженная максимой "A la guerre comme ? la guerre". ("На войне как на войне"). На войне приходится действовать по-военному, сообразно обстоятельствам.

Ваххабизм

Шейх Аль-Азхара Тантави говорит о том, что ваххабизма как самостоятельного масхаба (школы, направления) в исламе нет, что ваххабиты относятся к ханбалитам. И все же феномен, который сегодня нарекли ваххабизмом, существует и имеет глубокие корни.

А что касается термина, то, видимо, не в нем гвоздь вопроса. Может быть, правильно наименовать это явление "салафийя" от арабского "саляф". Саляф - это общее название мусульманских религиозных деятелей, которые выступали с призывами ориентироваться на образ жизни и веру ранней мусульманской общины, праведных предков (Энциклопедический словарь "Ислам". - М.: Наука, 1991).

Суть салафийи состоит в отсечении от ислама чуждых ему искажений и в постоянной борьбе против их носителей. Причем борьба за истинный ислам допускает насилие и жестокость. Так, нарушающий законы истинного ислама правитель более не является мусульманином и должен быть уничтожен. И правоверные, подчиняющиеся такому правителю, тоже должны быть подвергнуты каре. Что же касается ваххабизма, то он может рассматриваться как наиболее радикальная аравийская версия салафийи.

В ваххабизме присутствуют два главных, базовых положения: такфир и джихад. О джихаде я уже писал, и вообще это достаточно известное понятие. Несколько слов о такфире.

Это обвинение в неверии всех тех мусульман, кто не согласен с ваххабитами. При этом все мусульмане, которых ваххабиты обвиняют в неверии - куфре, приобретают, по оценке ваххабитов, статус вероотступников. В отношении же вероотступников в шариате предусмотрена смертная казнь или убийство, которые становятся похвальным делом для всякого мусульманина. Такфир ваххабиты распространяют в странах, население которых в большинстве своем привержено исламу, и прежде всего по отношению к представителям власти и силовых структур.

И еще одно замечание. В последние годы ваххабизм становится еще более политически ангажированным, чем другие ветви радикального ислама. Политики, а иногда и просто деклассированные элементы, в сущности, далекие не только от ваххабизма, но и от мусульманской религии вообще, выдают джихад за истинный ислам и используют его как средство социальной мобилизации населения в борьбе против законной власти. Или, иначе говоря, паразитируют на ваххабизме. (Малашенко А. Ошибка аналитиков. НГ. 18.05.2000 г.).

Приходилось встречать и в российской, и в западной печати утверждения, что в период постсоветского религиозного ренессанса в Ферганской долине под воздействием внешних сил, в частности эмиссаров из Саудовской Аравии, традиционный для Узбекистана толерантный ханафизм начал уступать позиции жесткому и бескомпромиссному ханбализму в его ваххабитском варианте. Думаю, что дело здесь не в саудовских эмиссарах. Точнее, не только в них. Мировой опыт неопровержимо свидетельствует: если в том или ином обществе какая-то религия или религиозное направление не в состоянии удовлетворить соответствующие эмоциональные потребности верующих, оно в значительной мере спонтанно заменяется другим религиозным течением, стремительно увеличивающим число своих сторонников.

Я уже писал, но не могу не повторить следующее. В своих политических манифестациях фундаменталистская версия Исламского Возрождения имеет определенное сходство с марксизмом, как теорией, и коммунизмом, как практикой. Сходство и в притязаниях на абсолютную истину, исключающих многообразие мнений, в готовности проводить во всем мире свои идеи силой оружия, в идеологически мотивированном терроре и в отказе от реформ, призывах к насильственному свержению власти.

ИСЛАМСКИЕ ВЕКТОРЫ СВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА

Секуляризация

Узбекистан, как уже подчеркивалось, имеет самое древнее исповедание ислама в Средней Азии, общепризнанные в исламском мире традиции мусульманской учености. Через Узбекистан исламм продвигался в Великую Степь, Кашгарию, Индостан. Исламская культура веками составляла, составляет сегодня и будет в обозримом будущем составлять основу духовности узбекского народа. И вместе с тем, как много раз заявлял Президент Каримов, единственно возможный путь для Узбекистана - это светский путь развития страны, светское государство.

Вот его кредо по этому принципиальнейшему вопросу: "Мы за то, чтобы религия продолжала выполнять роль приобщения населения к высшим духовным, моральным и нравственным ценностям, историческому и культурному наследию. Но мы никогда не допустим, чтобы религиозные лозунги стали знаменем борьбы за власть, поводом для вмешательства в политику, экономику и юриспруденцию, поскольку видим в этом серьезную потенциальную угрозу безопасности и стабильности для нашего государства". (Узбекистан на пороге XXI века, с. 43-44).